— Ох, — Жань Ли машинально кивнул, снова почувствовав головокружение. Его качнуло вперед, и он ткнулся прямо в грудь Ли Чжаохе, с трудом перебарывая подступающую тошноту: — Меня немного подташнивает…
— Я отвезу тебя в больницу! — Ли Чжаохе осторожно подхватил его на руки, развернулся и шагнул в лифт, не оставив Жань Ли ни единого шанса на отказ.
— Всё в порядке, просто от долгого сна голова кружится, и желудок взбунтовался. Я полежу на диване, а ты спускай меня помедленнее, ладно? — Жань Ли закрыл глаза, прижавшись к его плечу, и поморщился от боли.
Кто бы мог подумать, что это старый недуг, оставшийся у него с прошлого раза. Тело главного получалось именно таким.
Впрочем, если подумать, его собственное семейное положение и ситуация главного совпадали с точностью до мелочей. Единственная разница заключалась в том, что за ним никто не приходил с местью.
Именно поэтому во время чтения романа ему всё казалось таким странным: человек, выбравшийся из подобной семьи, скорее будет жаждать любви, чем стремиться любить кого-то самому. С чего бы ему вдруг влюбляться в Фэн Яня? Чистое помешательство.
Увидев, что его спускают на руках, Тту Мэн машинально вставила пару слов:
— Маленькому Ли нездоровится? Я могла бы и наверх отнести сладкий суп.
Жань Ли торопливо приоткрыл глаза и замахал руками:
— Я слишком долго спал, нужно немного прийти в себя.
— Тогда хорошо, я пойду разогрею, он уже остыл, — Тту Мэн поспешно отнесла пиалу на столик перед ним. — Суп совсем не жирный, ещё и твои любимые паровые булочки с тремя деликатесами. Ты вечно не ужинаешь, поешь хоть сейчас.
— Я с удовольствием поем, — Жань Ли сонно улыбнулся.
Тту Мэн не могла на него нарадоваться: такой хороший мальчик, всегда поблагодарит, пошутит. Разве мог он быть тем злодеем, о котором говорил молодой господин Ло? Если раньше он вечно капризничал, так наверняка просто с непривычки, да ещё и под строгим присмотром генерального директора Ли — тут волей-неволей взбунтуешься.
Она ещё не видела никого, кто уплетал бы за обе щеки обычные булочки с рисовой кашей с таким аппетитом. Когда он только приехал, она думала, что это избалованный барчук, а оказалось, что ему для полного счастья хватает пиалы рыбной каши и тарелочки булочек в день.
Даже если такой ребёнок проявит капельку нрава, он всё равно в тысячу раз послушнее тех, кто привык только пить, гулять и проигрывать деньги в казино.
Уголки губ Ли Чжаохе чуть приподнялись. У Жань Ли была совершенно безобидная, миловидная внешность — неудивительно, что местные помощницы так к нему привязались.
— Я забронировал столик в ресторане морепродуктов, поедем туда вечером? — мягко поинтересовался Ли Чжаохе, поднимая взгляд и попутно протягивая ему салфетку. — Весь извертелся, суп на подбородок накапал.
Что и говорить, в голосе проскользнуло легкое пренебрежение.
Жань Ли обладал поразительной чуткостью и сразу уловил этот подтекст. Он тут же швырнул поданную салфетку на стол и принципиально отказался вытирать подбородок.
Да чтоб тебя стошнило от вида этого пятна!
Ли Чжаохе на секунду замер, затем совершенно естественным движением вытащил новую салфетку, наклонился и принялся аккуратно стирать каплю. На сей раз брезгливости в его голосе не было, лишь лёгкое замешательство:
— Ты что, ребёнок?
— Ты женишься на ребёнке? — в долгу не остался Жань Ли, с живым интересом глядя на него. Его безобидное личико сейчас так и лучилось самодовольством.
И было чем гордиться: грозный и пугающий злодей из книги под воздействием одной-единственной фразы покраснел до корней волос и был вынужден делать вид, что пьет воду, лишь бы скрыть смущение.
Его потрясающе красивое лицо, похожее на произведение искусства, сейчас было повернуто в профиль, но уши пылали неестественной краснотой.
— Не говори глупостей, — прохладно бросил Ли Чжаохе, бросив на него взгляд.
— Ли Чжаохе можно огонь разжигать, а Жань Ли и сожги гору — нельзя? — фыркнул Жань Ли, чувствуя, что месть удалась лишь наполовину, и добавил с издевкой: — Тц-тц-тц, цц!
Ли Чжаохе тихо цыкнул:
— Что за баловство?
Жань Ли захихикал:
— У тебя учусь, цц!
Поняв, что переспорить его невозможно, Ли Чжаохе лишь покачал головой и отвернулся. Быстро ответив на пару сообщений, он отложил телефон в сторону.
Жань Ли искренне считал, что в мире нет ничего лучше смартфона. Чудеса алгоритмов работали безупречно: стоило захотеть, и можно было почувствовать себя настоящим императором интернета.
Песни, танцы — красота да и только.
— За едой не положено сидеть в телефоне, — нахмурился Ли Чжаохе, заметив, что Жань Ли уже во второй раз пересматривает сомнительное видео, и недовольно качнул головой.
— Это для общего развития, ты ничего не понимаешь. Ты видел, какие у него мышцы? Если бы я мог накачать такие же, чего бы мне бояться Жань... кхм, в общем, мне тоже надо тренироваться, — Жань Ли вовремя проглотил окончание фразы. Ему совсем не хотелось посвящать Ли Чжаохе в детали своего положения в семье Жуань, хотя никаких теплых чувств к тому дому он не испытывал.
Впрочем, даже если бы он промолчал, Ли Чжаохе, надо полагать, и так всё знал. Тот ведь так сильно любил главного героя, наверняка перекопал всю его подноготную. И женился на нём так спешно исключительно потому, что был прекрасно осведомлен об ужасных условиях жизни Жань Ли в семье Жуань.
Жань Ли не любил, когда лезут в душу. Он даже надеялся, что Ли Чжаохе вообще пропустил мимо ушей его оговорку: его выворачивало наизнанку от одной мысли, что кто-то станет копаться в его сокровенных тайнах и вытаскивать наружу его уязвимость.
В конце концов, мало кому захочется выставлять напоказ свой позор — это человеческая природа.
Вот только испытывать подобное раздражение по отношению к Ли Чжаохе ему совсем не хотелось.
И тот оправдал его ожидания: Ли Чжаохе не только не стал допытываться, но даже поддержал его стремление заняться спортом, предложив:
— Можешь пользоваться спортзалом на верхнем этаже. Будешь вставать пораньше и бегать со мной по утрам.
— Ни за что не встану, даже не уговаривай. Как подумаю, как рано надо подниматься, голова сразу болеть начинает. Да она уже болит… — Жань Ли скорчил унылую физиономию, пустив в ход всё своё обаяние и капризничая с невероятным апломбом.
— Совсем обленился, — с улыбкой прокомментировал Ли Чжаохе, но давить не стал и заставлять передумал.
Он ведь спешил затащить Жань Ли под венец вовсе не для того, чтобы заставлять его каторжному труду — ему было достаточно, чтобы тот был здоров и счастлив.
Обед затянулся часа до трех-четырех, но на улице по-прежнему стояли свет и жара.
У Жань Ли не было друзей, с которыми можно было бы тусоваться по вечерам, так что выходить из дома в такую пору он не собирался. К тому же общество одного лишь Ли Чжаохе казалось ему удивительно комфортным.
Устроившись калачиком на диване с включенным телевизором, он плотно прикрыл глаза, пытаясь унять головокружение.
— Всё ещё плохо?
Почувствовав мягкое прикосновение, Жань Ли открыл глаза и понял, что Ли Чжаохе аккуратно убирает пряди с его лба. На секунду кожу согрело теплом — это подушечки пальцев Ли Чжаохе легко скользнули по его лбу.
Жань Ли даже не стал открывать глаза и уж тем паче разлелеплять губы, лишь сонно протянул:
— Уже нет. Просто хочется растечься лужицей, я же рыба-пляжница без всяких амбиций…
— У ленивых рыб тоже есть свои преимущества, главное — просто жить, — у Ли Чжаохе не было к Жань Ли никаких завышенных требований. Того факта, что он всеми правдами и неправдами удержал Жань Ли возле себя, уже было достаточно для исполнения всех мечт. А уж хочет тот быть ленивой рыбой — пустяки дело.
Не говоря уже о том, что у самого Ли Чжаохе водились деньги, да и Жань Ли располагал неограниченными средствами, так что вполне мог позволить себе ничего не делать.
— Но мне скучно! Наверное, стоит найти занятие по душе. Например, устроиться на работу или открыть магазинчик. Как думаешь, что мне лучше открыть? — воодушевившись, Жань Ли резко сел на диване и придвинулся ближе к Ли Чжаохе. — Есть идеи?
— Разве ты не обожаешь читать романы? Мог бы открыть книжную лавку или собственное издательство. Находишь понравившуюся книгу, выкупаешь авторские права и выпускаешь тираж, — принялся рассуждать Ли Чжаохе. — Всё упирается в финансы, дело нехитрое.
Жань Ли ошеломленно уставился на него:
— Откуда ты знаешь, что я люблю читать романы?
Это увлечение принадлежало исключительно ему. В оригинальной книге никогда не упоминалось хобби главного героя — в конце концов, это безумное произведение было полностью посвящено бесконечным эмоциональным качелям между главным героем и главным злодеем, выглядя довольно однобоко.
Но Ли Чжаохе был в курсе его предпочтений! И это выходило за рамки ожидаемого: в каноне главный герой при Ли Чжаохе романы не читал, они при каждой встрече либо лаялись, либо объявляли друг другу холодную войну.
Ли Чжаохе не стал скрывать и многозначительно пояснил:
— Когда я заходил в дом семьи Жуань до свадьбы, заметил шкаф с книгами в твоей комнате. Сюда ты их почему-то не перевёз.
После свадьбы вещи Жань Ли доставляли из особняка Жуань целыми фургонами — будь технологии чуть отсталее, семья Жуань наверняка привозила бы даже фамильные гробы в придачу к невесте.
И при таком объеме вещей книжного шкафа среди них не оказалось. Вывод напрашивался сам собой: Жань Ли давным-давно спрятал самое ценное в безопасном месте. Очевидно, что дом семьи Жуань он таковым не считал, а после его переезда ситуация там явно не изменилась.
Это лишний раз доказывало, как сильно он дорожил своей коллекцией романов и манги.
— Всё хранится на моей вилле! Жаль, тебе такое неинтересно, иначе я бы позвал тебя с собой. У меня там полно раритетной манги и экземпляров с эксклюзивными автографами авторов! — при упоминании сокровищ Жань Ли подпрыгнул, радуясь как ребёнок, дорвавшийся до любимых сладостей. Вот это была настоящая духовная пища!
— Я постараюсь полюбить это, — Ли Чжаохе опустил взгляд на него. Голос звучал тихо, но в глазах читалась предельная серьезность.
Жань Ли машинально поднял голову и встретился с ним взглядом. В темных, глубоких глазах мужчины отражалось его собственное лицо, а чужой взгляд медленно скользил от бровей к подбородку…
И всё-таки у него не было ни единого изъяна во внешности, рассеянно подумал Жань Ли.
Персонаж, балуемый автором, даже плотью и кровью казался сахарным.
— Договорились, — глаза Жань Ли превратились в полумесяцы. На свете не осталось человека, которому он доверял бы больше, чем Ли Чжаохе.
Ли Чжаохе уже протянул было руку, намереваясь коснуться его щеки, но на мгновение замер в воздухе и в последний момент чуть сместил ладони, опустив их на пряди на затылке Жань Ли.
Он сидел неподвижно, позволяя Жань Ли прильнуть к себе.
На самом деле эта голова почти ничего не весила, но Ли Чжаохе так напрягся от избытка чувств, что мышцы в месте соприкосновения начинало сводить от невыносимого тянущего напряжения.
Это его вина.
Глава 7. Жань Чжэн
Жань Ли из оригинала традиционно не ужинал по вечерам. Если допытываться о причинах, история звучала сплошной жалобой, поэтому он всегда скрывал это от Ли Чжаохе. По идее, это касалось лишь книжного персонажа и не должно было влиять на современного попаданца.
Но сейчас, глядя на ломящийся от деликатесов стол, он и впрямь почувствовал тошноту. Странную, жуткую тошноту, от которой веяло холодом прямо из глубины костей.
Казалось, сто́ит ему проглотить хоть кусочек этой еды, как кто-то явится в темноте, всрет ему живот и вытащит всё внутреннее наружу.
— Плохо себя чувствуешь? Почему сразу не сказал? — Ли Чжаохе пересел поближе, уверенным движением налил стакан теплой воды, приобнял его за пояс и притянул к себе.
Предлагая совместный ужин, он вовсе не собирался морить Жань Ли голодом — ему просто хотелось впервые спокойно поужинать вместе.
— Сижу здесь, и аппетит куда-то пропал… — виновато улыбнулся Жань Ли. — Прости, на столе столько вкусного, а я всё испортил.
— Для меня твоё самочувствие всегда на первом месте, — Ли Чжаохе тяжело вздохнул. Он просто хотел, чтобы Жань Ли нормально поужинал по совету Тту Мэн, и никак не ожидал такого исхода.
Жань Ли поморщился и сделал пару глотков теплой воды, но пустой желудок и кишечник взбунтовались даже против неё: едва жидкость попала внутрь, внутри всё скрутило спазмом. Он попытался унять боль, прижав ладони к животу, но стало только хуже.
http://bllate.org/book/35033/4323728
Готово:
