Готовый перевод I Really Didn't Want to Die / Неужели я правда ищу смерти?: Глава 6

Вэнь Наньсин растерянно протянул: — А?.. — и лишь спустя какое-то время пришел в себя.

Он приоткрыл рот, собираясь объяснить: — Н-нет, не то...

— Наверху небезопасно, спустишься сначала? — заметив, что Вэнь Наньсин не сопротивляется, мужчина медленно подошел и протянул к нему руку.

Стоял уже вечер, небо стемнело, и Вэнь Наньсин мог разглядеть лишь крепкую, ладно скроженную фигуру подошедшего, который, судя по всему, регулярно занимался спортом, резко контрастируя с его собственной тщедушной фигуркой.

Волосы тоже были коротко стрижены, и бушующий морской бриз не мог их даже колыхнуть.

Поколебавшись мгновение, он медленно протянул руку в ответ. Их пальцы соприкоснулись, но в этот самый миг правая нога, на которую он опирался, пытаясь встать, неожиданно соскользнула.

— !

— Опасно!

Центр тяжести сместился, сердце Вэнь Наньсина на секунду замерло, и он инстинктивно попытался ухватиться хоть за что-нибудь.

В следующее мгновение его, напротив, крепко обняли.

Вэнь Наньсин повис в воздухе, и последнее, что он услышал, было это слово: опасно. Голос показался знакомым, будто он где-то его уже слышал.

Но... кажется, в нем было три слога?

То самое не слишком культурное ругательство вместе с остатками полмиски лапши с тушеным мясом полетело на землю, и Вэнь Наньсин осознал это, лишь когда рухнул на мягкую надувную подушку.

После десяти часов прямого перелета, приземления и еще четырех часов пути на междугороднем автобусе — после всех этих мытарств и беготни — силы Вэнь Наньсина были полностью исчерпаны.

То ли он смертельно устал, то ли осознание того, что его ужин принесен в жертву матушке-земле, добило его окончательно, но пока соседи сбегались поглазеть на происшествие, Вэнь Наньсин уже потерял сознание.

С запоздалым смущением ощутив ладонью мягкость, перед тем как провалиться в забытье окончательно, Вэнь Наньсин сообразил, к чему именно он только что прикоснулся.

Это были грудные мышцы.

Мягкие, но с твердым железом мышц под ними.

Глава 3

Вэнь Наньсин видел очень длинный сон.

Сначала он вернулся домой, под винтовую лестницу, где раздавались звуки мелодичного фортепиано.

Юноша упоенно играл, окруженный нескончаемыми похвалами близких. Ему тогда было всего пятнадцать — наивному и чистому.

Какой талант! В будущем из него непременно выйдет выдающийся пианист, совсем как из его мамы...

В мгновение ока юноша стал выше родом, его черты лица — все более зрелыми.

Однако из-под чуть удлиненных ресниц неизменно выглядывала тень.

Я хочу... остаться учиться в этом городе. В свои восемнадцать лет он впервые открыто заявил родственникам о своем желании.

Но безапелляционный тон разрубил все его планы на корню: — За границу, учиться играть на виолончели.

И тогда нотные тетради и личные записи убрали в чулан, заперли на замок, а самолет оглушительно приземлился на полосу.

Дважды в год каникулы, раз в год день рождения...

Всё шло по кругу, бесконечные переезды туда и обратно.

Ласковый голос родных говорил: — Синсин, ты должен думать о своем будущем. Ты уже не ребенок, послушайся, хорошо?

Он приоткрыл рот, но, кроме подрагивающих закушенных губ, не мог издать ни звука: — Я...

И снова — резкий, полный упрека окрик: — Ты совершенно ни на что не годен!

— Бам! —

Груз заветных идеалов с грохотом рухнул на мраморный пол, разлетевшись на мелкие осколки.

...

— Солнце уже высоко, а он все еще спит? Ленивее, чем Малышка в очках.

— Я вовсе не ленивый!

— А почему тогда, когда я пришел утром, ты все еще прятался под одеялом?

— Это... это потому что...

Детская наивная перебранка один на один, звонкая и галдящая, словно хаотичные удары барабанов в рок-музыке.

Цэнь Ли, вернувшись с квитанцией об оплате, застал двух карапузов ростом по пояс, облепивших изголовье кровати Вэнь Наньсина, причем один из них, в круглой оправе, тоже был облачен в больничную пижаму.

— А ну кыш, марш по своим кроватям! — взмахнув рукой, он, будто нашкодивших цыплят, отшвырнул обоих на соседнюю койку.

Сидевшая рядом девочка тут же настучала: — Это всё он! Не слушается, сам с постели слез!

Малышка в очках замахал руками и заголосил: — Пустите мня, пустите мня!

Вэнь Наньсин пошевелил зрачками. Веки казались свинцовыми, никак не желали открываться; он думал, что все еще спит, сознание было туманным, и он лишь улавливал какие-то звуки.

С трудом разлепив воспаленные глаза, он попытался приподняться на локте, но резкая боль и пульсация в ноге заставили его шумно втянуть воздух — «с-с-с». Этот звук заставил Малышку в очках беспричинно умолкнуть, и он вытянул свою круглую голову из-под мышки Цэнь Ли, чтобы поглазеть на пациента.

Цэнь Ли тоже скосил на него взгляд: — Проснулся?

Вынырнув из кошмара, который сложно было назвать сладким сном, Вэнь Наньсин ошарашенно произнес: — Мм, — во взгляде еще сохранялась заторможенность, пока он слушал полушутливое замечание: — Ну ты и поспать мастак.

— ...

Вэнь Наньсин поднял глаза на настенные часы.

Всего-то чуть за десять.

Обычно при смене часовых поясов он мог проспать с семи вечера до семи вечера следующего дня.

Никакими силами не добудишься.

— Нормально я сплю, — честно ответил Вэнь Наньсин.

Цэнь Ли: — ...

А он-то промотался на ногах всю ночь: то его вызывали в участок давать показания, то в другой кабинет чай у следователей пить, а этот увалень сладко продрых.

Внезапное молчание, оба таращатся друг на друга во все глаза.

Ощущение инородного тела в лодыжке было слишком настойчивым, чтобы его игнорировать, и Вэнь Наньсин наконец вспомнил, почему он вообще оказался в больнице.

Полюбовался пейзажиком — лишился ноги.

— Вчера... — только начал он, как в руки ему упал теплый, мягкий сверток.

Два паровых пирожка, одно яйцо — горячие, аж обжигают.

— Больничный завтрак, перекусите чем есть.

Сказав это, Цэнь Ли перевел взгляд на начавших снова шуметь поблизости детей: — Мороженое! Мороженое обещали!

— ... — у Цэнь Ли на виске задергалась жилка.

Угораздило же его пообещать этим двум сорванцам лакомство. Впрочем, прежде чем протянуть мороженое, он выдвинул условие: — Сыграете партию в самолетики, и чтобы никаких громких воплей.

Мелюзга по очереди пискнула: — Ладно, — и в палате воцарился покой.

Вэнь Наньсин откусил горячий пирожок, чувствуя себя как-то странно.

Заметив взгляд Вэнь Наньсина, Цэнь Ли решил, что тот просто любопытствует, и пояснил: — Тот круглоголовый — Малышка в очках, а рядом его кореш.

— Болеют, а энергии через край, незнающий подумал бы, что больница — их собственный дом.

Вэнь Наньсин слегка опешил, издав удивленное «а», и посмотрел на Малышку в очках, который вовсю счастливо обнимал мороженое. На душе у него стало смутно: — И... чем же он болен?

http://bllate.org/book/35023/4322698