Чэн Юй, помощник Чу Вэньхэ, был преданным фанатом модели по прозвищу Сладкий Апельсинчик.
Под этим псевдонимом скрывался Сюй Цзинь. Пробиться в агентство «Мэйцзэ» для безвестной омеги было сродни чуду. Из-за сладковатого цитрусового запаха феромонов поклонники быстро окрестили его Апельсинчиком, и за последний год он стал едва ли не самым обожаемым публичным омегой.
На экранах Сюй Цзинь казался воплощением нежности и чистоты. Альфы сходили по нему с ума, а другие омеги отчаянно копировали его манеры и стиль.
Чэн Юй восторгался не столько смазливой внешностью кумира, сколько его упорством на пути к славе. Буквально на днях он с пеной у рта доказывал Чу Вэньхэ: если всё пойдет такими темпами, Сюй Цзинь в этом году взорвет все тренды.
И вот эта суперзвезда глубокой ночью заявилась прямо к ним на порог! Настоящая манна небесная для бедного фаната, не потратившего на погоню за кумиром ни гроша.
Сгорая от нетерпения, Чэн Юй слетел по ступенькам и распахнул входную дверь.
В лицо ударил морозный зимний воздух.
Дыхание перехватило в ту же секунду.
Цзян Юй?!
Парню доводилось видеть смазанные снимки папарацци, но при виде живого альфы он буквально остолбенел.
Мужчина небрежным движением прикрыл за собой дверь:
— Вы здешний доктор?
Несмотря на вежливый тон, черты его лица отдавали ледяным высокомерием. Он смотрел с пронзительной резкостью тёмных, словно безлунная ночь, глаз, способных вывернуть наизнанку любого, и выглядел глухо отчуждённым.
Он был значительно выше обычных альф. В левом ухе виднелся беспроводной наушник «Сенхай», безупречного кроя темно-серое пальто облегало статную фигуру, а тонкий свитер не скрывал рельефных, выверенных тренировками мышц.
Сглотнув вязкую слюну, Чэн Юй ошалело уставился на вошедшего и невольно отступил на полшага.
— Э-э… пройдемте наверх. Сначала нужно заполнить карту.
Начисто забыв про Сюй Цзиня, он повел гостей на второй этаж. Проходя мимо настенного зеркала, парень судорожно пригладил всклокоченные со сна кудри — предстать в столь непотребном виде перед таким альфой было невыносимо стыдно.
На полпути Чэн Юй неожиданно припустил бегом, надеясь предупредить Чу Вэньхэ. Влетев в кабинет, он застал лишь звенящую пустоту.
Вот же чёрт…
Чу Вэньхэ, похоже, давно успел спрятаться.
Сзади уже послышались шаги: Цзян Юй вел под руку Сюй Цзиня.
Оцепенение продлилось три секунды. Стиснув зубы, Чэн Юй взял себя в руки, одеревеневшей походкой подошел к вешалке, с показным покряхтыванием натянул белый халат Чу Вэньхэ и сел за стол с максимально деловым видом.
— Итак… на что жалуетесь?
Сюй Цзинь отозвался еле слышным, умирающим голоском:
— Кажется, течка началась раньше времени… Всё тело горит, так плохо. Что же делать, завтра с утра съемки, сорвать нельзя, а до дома ехать так далеко…
Заполнив карту наполовину, Чэн Юй поднял взгляд и скривился: кумир прильнул виском к плечу Цзян Юя и говорил явно не с врачом, а работал на публику.
Сюй Цзинь тихо кашлянул, прерывисто дыша.
Тесный кабинет моментально заволокло приторным апельсиновым феромоном. Даже Чэн Юй слегка зарделся от густоты запаха. Цзян Юй же с безучастным видом разглядывал что-то за окном, не проявляя ни малейшего интереса.
В голове у юноши лихорадочно крутились мысли: прячущийся за ширмой Чу Вэньхэ ни за какие коврижки не захочет сталкиваться с бывшим мужем.
— Кхм… — Чэн Юй попытался взять ситуацию под контроль. — Дальше мне нужно провести осмотр. Господин альфа, не могли бы вы подождать за дверью?
Цзян Юй высвободил руку из цепких пальцев Сюй Цзиня, шагнул к выходу, но внезапно замер и бросил цепкий взгляд на плотную штору в глубине комнаты.
Сердце Чэн Юя ухнуло в пятки.
Рванув вперед, он встал живым щитом:
— В коридоре есть скамейка!
Попытка заблокировать обзор с треском провалилась. Альфа был значительно выше, и его взгляд без труда скользнул поверх кудрявой макушки:
— Там, кажется, какое-то движение.
— Мышь! — выпалил Чэн Юй.
Сюй Цзинь вскрикнул:
— Мышь?!
— Хо-хомяк! Декоративный хомяк! — спохватившись, парень натянул дежурную улыбку и указал на дверь: — Прошу на выход.
Задержавшись на пороге, Цзян Юй окинул его нечитаемым, холодным взглядом:
— Вы действительно здешний врач?
— А в чем… проблема? — у Чэн Юя нервно дернулся кадык.
— Ни в чем, — альфа опустил глаза, неторопливо поправляя манжету рубашки. — Просто этот застиранный халат сидит на вас не лучшим образом.
Чёрт…
— Будь ваши плечи на полдюйма уже, подошел бы идеально.
Спасите…
Дверь тихо щелкнула. Когда Чэн Юй опомнился, мужчины уже не было в кабинете.
Выдохнув с облегчением, парень попытался вернуть рабочий настрой для общения со своим Сладким Апельсинчиком. Натянув смотровые перчатки, он обернулся — и обомлел: Сюй Цзинь буравил его ледяным, полным неприкрытой злобы взглядом, готовый испепелить на месте.
— С какой стати ты выставил его за дверь?! Не видел, что он сомневался, уходить ли?!
Чэн Юй растерянно моргнул.
Куда подевался тот милый, беззащитный ангел с экрана?
Неужели это какая-то дешёвая подделка?..
Сюй Цзинь раздраженно отмахнулся:
— Чего уставился?
— Минутку, — выдавив нейтральную мину, произнес Чэн Юй. — Я приготовлю инструменты в процедурной.
***
По ту сторону занавески.
Минутой ранее Чу Вэньхэ, нащупывая впотьмах свежий изолирующий пластырь, неосторожно дернул ящик тумбы. Делать нечего: если срочно не сменить наклейку, его собственный феромон просочится сквозь ткань прямо в смотровую.
Обычный пластырь, рассчитанный на десять часов действия, на его железе не держался и четырех.
В процедурную влетел взвинченный до предела Чэн Юй. Сев напротив наставника, он яростно застучал пальцами по экрану коммуникатора.
[Твою ж налево, мой кумир сдох! Отписка, моментальная отписка и хейт на всю жизнь!!]
Чу Вэньхэ невозмутимо набрал в ответ:
[Выпроводи их.]
Не остыв от праведного гнева, помощник собрал нужные реактивы на металлический лоток и с глухим топотом зашагал обратно в кабинет.
На столе остался бланк первичного приема и ручка. Спустив ноги с кушетки, Чу Вэньхэ подошел ближе. Имена бывшего мужа и Сюй Цзиня красовались на бумаге бок о бок. Повертев ручку в пальцах, он, поддавшись необъяснимому порыву, сунул её в нагрудный карман рубашки.
Сложенный вчетверо листок с размашистым росчерком Цзян Юя отправился туда же.
В ту же секунду по телу разлилась забытая, обволакивающая волна покоя. Чу Вэньхэ с облегчением перевел дух.
***
В кабинете звенело напряжение.
Холодный металлический поднос опустился на край стола. Омеги метали друг в друга яростные взгляды.
Сюй Цзинь, не скрывая презрения к неумелому «доктору», с дерганым психом расстегнул ворот:
— Вот угораздило же ночью припереться… Кругом одни безмозглые бездари.
Терпение Чэн Юя лопнуло:
— Ой, да ладно вам. Имел бы он на вас виды — давно бы в отель утащил, а не в клинику посреди ночи вез.
— Ты как со мной разговариваешь?! — взвился Сюй Цзинь, обнажая шею с аккуратной припухлостью железы. — А ну смотри нормально!
Чэн Юй наклонился, придирчиво изучая кожу со всех сторон.
Легкий отек действительно присутствовал, но на симптомы течки это не тянуло даже близко.
— Закончил? — скривился пациент.
Помощник пожал плечами:
— По мне, так вы абсолютно здоровы.
Сюй Цзинь ядовито усмехнулся:
— Будь я здоров, потащился бы в такую глушь посреди ночи?
— Тогда пройдите за ширму, прилягте, — сдерживая раздражение, повысил голос Чэн Юй, подавая сигнал Чу Вэньхэ спрятаться. — У нас там отличная мягкая кушетка! Может, просто переутомились. Или кровь на анализ сдадим!
Гордо вздернув подбородок, Сюй Цзинь сам отдернул штору, пару раз небрежно хлопнул ладонью по матрасу и фыркнул:
— Ладно, полежу немного.
***
Под простыней скрывалось сделанное Чу Вэньхэ гнездо из плотной ткани штормовки. Любой омега в период нестабильности феромонов, оказавшись внутри, засыпал глубоким сном за считаные минуты.
Впрочем, укладываться Сюй Цзинь пока не спешил. Он плюхнулся на край, достал коммуникатор и набрал знакомый номер.
— Алло? Ха-ха, прикинь, он реально притащил меня в какую-то забегаловку! — омега прикрыл рот ладонью, понизив тон: — У нас же сегодня был праздничный ужин в честь моего зачисления, сидели в хого. Короче, я такое узнал, просто разрыв башки! Оказывается, Цзян Юй развелся только потому, что его бывший строил уродские гнезда! А-ха-ха-ха!!
Сюй Цзинь захлебывался от восторга, беззаботно болтая ногами в воздухе:
— Ага, я сам в шоке, что он вообще был женат! Что за чудовище было его омегой, раз он так легко его выставил? Небось при разводе кучу бабла отсудил, зараза!
Чу Вэньхэ затаил дыхание.
Он лежал под каркасом кушетки, и каблук Сюй Цзиня едва не задевал его нос при каждом взмахе.
"Ложись уже… давай, ложись быстрее…"
— Да я и сам в этих гнездах ни в зуб ногой, кто ж знал, что это такое искусство? — простонал Сюй Цзинь, наконец вытягиваясь на постели и натягивая легкое одеяло до подбородка. — Надо будет как-нибудь изучить этот вопрос… Блин, этому же нигде толком не учат…
Собеседник что-то ответил, и модель довольно замурлыкал:
— Да-а, в «Мэйцзэ» все от меня без ума! Скоро буду главным любимчиком в компании~ Босс Сяо Кэ вообще умора, это он спьяну растрепал про бывшую жену Цзян Юя и её кривые гнезда, ха-ха-ха…
Сюй Цзинь в подробностях пересказывал застолье. Ложился он лишь для вида, чтобы скоротать время, но стоило ему коснуться подушки, как сознание окутала густая, непреодолимая истома. Он сладко зевнул.
— Странно… спать захотелось прямо жуть. Проклятый кудрявый недоучка, всю малину мне испортил…
Спустя пару минут над кушеткой повисло ровное, глубокое посапывание.
Бесшумно выбравшись из-под кровати, Чу Вэньхэ бегло осмотрел железу спящего и отправил короткое сообщение Чэн Юю:
[Заходи. Он здоров, чистый спектакль.]
Чэн Юй мгновенно отбил:
[Сам он больной на всю голову! И чем его лечить, понятно без диплома!]
Чу Вэньхэ:
[Пластыри кончились, я вниз.]
***
На мониторе с девятью окнами камер наблюдения силуэта Цзян Юя видно не было.
Перепроверив углы обзора, Чу Вэньхэ натянул защитную маску и плотно замотал шею шарфом.
Он очнулся в этом мире ранней весной и, желая скрыться от лишних глаз, не снимал маску даже в летний зной. Теперь же, с наступлением промозглой осенней прохлады, плотная одежда выглядела абсолютно естественно.
В торговом автомате на первом этаже оставалось несколько изолирующих пластырей, загруженных на днях. Рассчитывая обернуться за минуту, Чу Вэньхэ шагнул к лестничному пролету — и остолбенел.
У окна в дальнем конце коридора спиной к нему стоял высокий альфа.
Чу Вэньхэ мгновенно отпрянул за угол и вжался лопатками в холодную штукатурку.
"И надо же было этому типу встать в единственную слепую зону камеры…"
Вот же нечистый попутал.
http://bllate.org/book/34915/4400522
Готово:
