Этот вестибюль станции метро уже перевели на полностью ручное обслуживание в кассах больше не велось, а бумажные билеты нужно было покупать в автоматах. Без преувеличения, Син Янь простоял у билетного автомата добрых десяток минут, но билет так и не смог заполучить.
В конце концов одна из сотрудниц-девушек просто не вытерпела, подошла к нему, скачала на его телефон транспортное приложение, помогла зарегистрироваться, активировать карту и попутно объяснила, как всем этим пользоваться.
Когда он уходил, девушка смотрела ему вслед, и во всем ее взгляде читалось полное недоумение: как молодой человек может до сих пор ничего не уметь?
Дорога и без того оказалась кружной, к тому же он во всем здесь чувствовал себя чужаком, так что в итоге, выйдя из дома рано утром, добрался до места только к полудню.
Постоялый двор расположился у подножия горы, на весьма приметном месте. Съемочную зону полностью огородили, у входа дежурило множество охранников, а неподалеку толпилось немало карауливших звезд фанатов.
Син Янь заранее позвонил Шэнь Юю по голосовой связи, Шэнь Юй перекинулся парою слов с охраной у ворот, и те провели гостя внутрь.
У развилки установили несколько камер. Проходя мимо каждого объектива, Син Янь машинально натягивал пониже козырек кепки и поправлял защитную маску.
Пройдя довольно длинный путь, он наконец оказался во дворе постоялого двора и сразу же заметил Шэнь Юя.
Поскольку шли съемки, Шэнь Юй был при полном параде: его волосы, завитые легкими волнами, свободно рассыпались по плечам, доходя как раз до мочек ушей. Эта прическа скрывала его резкие скулы, но зато выгодно подчеркивала изящный разрез глаз, брови и высокий переносиц.
На нем был свободный свитер небесно-голубого цвета, прямые спортивные брюки бежевого оттенка и белоснежные кеды.
Словом, образ получился необычайно свежим. К тому же при его ладной фигуре и отличных пропорциях телосложения — стоя там прямой, статный, высокий и красивый — он выглядел невероятно молодо, просто источая эту юношескую энергетику.
И если присмотреться, в нем пробивались даже какие-то редкие нотки нежности.
По задумке съемочной группы ему досталась роль администратора — название громкое, но на деле управлять постоялым двором особо не требовалось. Остальные гости занимались каждый своими обязанностями, на любую работу находились желающие, так что ему практически вообще ничего не нужно было делать: стой себе столбом на радость постояльцам.
Пять минут назад он действительно ничего не делал и даже не стоял столбом, а полулежал-полусидел в кресле за стойкой ресепшна, закинув ногу на ногу, с закрытыми глазами, причем на его бесстрастном лице отчетливо читались четыре слова: не подходи убью.
Но стоило ему ответить на звонок, как он тут же ожил, словно кто-то внезапно щелкнул невидимым тумблером.
Сейчас стоял полдень, гости как раз обедали. Шэнь Юй сходил на раздачу, взял чайник с водой, вернулся в главный зал и принялся обходить столики, разливая воду посетителям. Слегка наклонившись и озарив всех улыбкой, он после каждого наполненного стакана неизменно осведомлялся:
— Ну как вам вкус сегодняшних блюд? Всё нравится?
Мало того что манера поведения оказалась на редкость скромной, так и голос звучал предельно мягко, да еще и набок голову наклонял, улыбаясь людям.
Без преувеличения можно сказать, что в зале сидело всего три столика, но от такого сервиса все посетители разом замерли, боясь даже лишний раз шевегнуть палочками.
В конце концов, это шло вразрез со всем его прежним сценическим образом.
Если вспомнить, Шэнь Юй с самого дебюта славился скверным характером, редко бывая дружелюбным. Он почти никогда не улыбался, создавая впечатление вечно недовольного человека, который, если ему что-то не по нраву, тут же без колебаний отчитывал собеседника, не оставляя от него камня на камне.
Все в индустрии знали о его нраве и, руководствуясь правилом поменьше неприятностей, предпочитали терпеть, когда удавалось, а в остальных случаях просто держались подальше, стараясь не связываться.
Фанатки же его откровенно побаивались: они осмеливались проявлять смелость лишь на просторах интернета, а при встрече в реальной жизни вели себя донельзя тихо и послушно, не решаясь подходить с камерой ближе чем на три метра.
Большинство участников съемок пришли ради встречи с любимыми артистами и прекрасно ориентировались в мире фэндомов, так что даже те, кто не состоял в числе его поклонников, отлично знали о его крутом нраве.
И теперь, когда он внезапно сменил гнев на милость и стал настолько любезным, для тех, кто давно следил за ним, это выглядело поистене пугающе.
Но сам Шэнь Юй казался совершенно слепым к такой реакции: он продолжал спокойно обслуживать людей, лишь изредка одаривая улыбкой и мягким напоминанием девчонок, уставившихся на него странными взглядами:
— Ешьте давай, а то всё остынет.
Поскольку съемки продолжались и мешать процессу было нельзя, Син Яня отвели в специальную зону ожидания. Стоя рядом с операторами, он не стал глазеть на происходящее в упор, а опустил голову и через монитор перед стоявшим впереди оператором наблюдал за улыбающимся человеком внутри постоялого двора.
Внешность у Шэнь Юя была невероятно фотогеничной. Стоило ему перестать напускать на себя хмурый и угрюмый вид, как он тут же казался совсем юным; длинные пряди слегка прикрывали лицо, а свежий наряд довершал картину — в таком виде он почти не отличался от себя же в семнадцать-восемнадцать лет.
Син Янь молча смотрел на него сверху вниз, и холод в его глазах незаметно таял, а если приглядеться повнимательнее, то во взгляде постепенно проступало всё больше мягкости.
То ли из-за странного поведения Шэнь Юя, то ли по какой-то другой причине, но гости переключили всё внимание на него и обедали теперь гораздо медленнее обычного.
Обед наконец подошел к концу лишь спустя добрый час. Наведя порядок и прибравшись, участники получили заслуженный отдых, и съемки масштабных сцен на этом временно завершились.
Только тогда Син Янь оторвал взгляд от монитора и посмотрел на площадку в ожидании, пока Шэнь Юй подойдет забрать вещи.
Однако Шэнь Юй, как назло, застрял в разговорах с другими гостями, всё никак не шел и даже не глядел в его сторону.
Подождав немного, Син Янь достал телефон и позвонил Шэнь Юю.
Тот сбросил вызов и прислал сообщение в WeChat:
— Погоди немного, освобожусь — пообедаем вместе.
Син Янь ответил:
— Вещи здесь, не забудь забрать.
Отправив сообщение, он молча бросил принесенный пакет на стоявший рядом табурет и зашагал прочь.
Шэнь Юй бросил быстрый взгляд в ту сторону и застрочил ответ:
— Идут съемки, мне нельзя выходить наружу, а оставлять там удостоверение личности небезопасно.
Син Янь прочитал, но проигнорировал и продолжил идти.
Заметив это, Шэнь Юй тут же отправил еще одно сообщение:
— Мой номер комнаты 206, отнеси их туда, пожалуйста, а я при первой возможности угощу тебя обедом.
Увидев сообщение, Син Янь на мгновение замедлил шаги, затем развернулся, вернулся назад и поднял пакет.
http://bllate.org/book/34903/4307385
Готово:
