Глава 20
На запись этого выпуска реалити-шоу ушло почти пять часов — с семи вечера до полуночи. Все сотрудники съёмочной группы ждали не дождались, когда участники наконец выйдут, так что когда Чжоу Цзыхэн распахнул дверь, снаружи почти все закричали от радости.
Жуань Сяо и Цэнь Цэнь шли сразу за ним, и когда они вышли, их тоже с ног до головы обсыпали конфетти ожидавшие снаружи сотрудники.
— Так мы выиграли или проиграли?
Цэнь Цэнь, у которой на голове висела лента конфетти, с растерянным видом уставилась на Жуань Сяо.
Жуань Сяо, смеясь, повалилась на плечо Цэнь Цэнь:
— Мы вышли вторыми, и очков набрали прилично.
Цэнь Цэнь потрясённо вытаращила глаза:
— То есть Цзыхэн не был киллером?
Стоявший рядом Ся Сицин, улыбаясь, пошутил:
— Это был я.
Цэнь Цэнь снова потрясённо уставилась на Ся Сицина. Жуань Сяо подтолкнула Ся Сицина:
— Хватит дразнить сестру Цэнь.
Толчок был несильный, но пришёлся ровно так, что Ся Сицин налетел прямо на стоявшего позади Чжоу Цзыхэна. Тот, среагировав инстинктивно, протянул руку и поймал Ся Сицина за плечо, удержав его.
Кончики его волос легко скользнули по подбородку Чжоу Цзыхэна — щекотно.
Ся Сицин тоже не ожидал, что Жуань Сяо сможет его толкнуть, и в тот миг, когда Чжоу Цзыхэн его поймал, удивлённо обернулся на него. Их взгляды встретились, но он быстро снова взял себя в руки и тихо произнёс:
— Спасибо.
Эти слова, как и тот нечаянный взмах волос, скользнули мимо. Ся Сицин сам отступил на шаг, а затем, будто ничего не случилось, продолжил шутить:
— Жуань Сяо, я и не думал, что у тебя такой нечеловеческий талант к сверхъестественным силам.
— А я, по-твоему, зря в Менсу попала?
— Жуань Сяо потянулась.
— Внутри всё время была на взводе, а сейчас, как расслабилась, сразу жутко есть захотелось.
Цэнь Цэнь согласилась:
— Я тоже. Чувствую себя и уставшей, и голодной. Раньше и не замечала.
Чжоу Цзыхэн, что редко случалось, предложил:
— Давайте после работы перекусим.
— Отлично.
— Жуань Сяо схватила Цэнь Цэнь за руку.
— Пойдёмте все вместе, я хочу хого.
Все оживлённо обсуждали, что поесть на ночь, и только Ся Сицин почувствовал, что что-то не так. Он окинул взглядом присутствующих, заглянул внутрь здания и наконец спросил:
— Погодите… а Сыжуй где?
— Сыжуй…
— Жуань Сяо только сейчас вспомнила.
— А! Сыжуй только что ещё в кабинете кричал…
Радостные крики были такими громкими, что заглушили призывы о помощи Шан Сыжуя.
Когда все наконец добежали до кабинета, Шан Сыжуй уже перестал звать на помощь. Он откинул голову назад, уставился в потолок и, услышав звук открывающейся двери, резко выпрямился:
— Вы наконец-то обо мне вспомнили!
Все покатились со смеху. Чжоу Цзыхэн тоже хотел посмеяться, но сейчас смеяться было бы совсем не по-человечески, поэтому он, сдерживаясь, подошёл и принялся развязывать верёвки на Шан Сыжуе.
— Нет, Цзыхэн, ты слишком уж серьёзно к этому отнёсся.
— Сидевший на стуле Шан Сыжуй начал на него ворчать.
— Наручники — ладно, но ты меня ещё и верёвкой связал.
— Когда мы вошли в эту комнату, всё уже было так.
— Чжоу Цзыхэн скомкал верёвку и отбросил её в сторону. Взглянув на наручники, сжимавшие запястья Шан Сыжуя, он вспомнил, что не взял ключ, и уже собрался встать, как вдруг увидел протянутую перед собой руку с ключом.
Чжоу Цзыхэн поднял взгляд — и увидел чистое, простодушное улыбающееся лицо Ся Сицина.
Только выглядит чистым и простодушным, мысленно поправил он себя и взял ключ из рук Ся Сицина.
— Когда он вошёл, его никто не заковывал.
— Ся Сицин усмехнулся.
— Только меня одного сковали, и мне было хуже, чем тебе — мне ещё и глаза завязали.
— Ого… Да у тебя побег был куда сложнее.
Шан Сыжуй и Ся Сицин болтали между собой, а полуприсевший Чжоу Цзыхэн молча расстёгивал наручники. Это напомнило ему, как он точно так же снимал наручники с Ся Сицина. У Шан Сыжуя тоже были красивые руки, но, честно говоря, не такие длинные, как у Ся Сицина, и, кажется, не такие белые.
Зачем он сравнивает?
Щёлк — наручники расстегнулись. Чжоу Цзыхэн пришёл в себя.
Да и что тут сравнивать.
Освободившись от пут, Шан Сыжуй с облегчением подпрыгнул пару раз, одной рукой обнял Ся Сицина за плечо, а другой, с трудом дотянувшись, — Чжоу Цзыхэна:
— Наконец-то всё кончилось.
Несколько сотрудников подошли, чтобы снять с них микрофоны. Ся Сицин сразу почувствовал облегчение, поднял руку и потёр шею. Повернув голову, он заметил на затылке Чжоу Цзыхэна ленту конфетти, которую раньше не убрали.
Он протянул руку.
— Ты чего?
— Чжоу Цзыхэн вдруг почувствовал прохладу и, обернувшись, увидел, что рука Ся Сицина тянется к его шее.
Точь-в-точь маленький тигрёнок с вздыбленной шерстью. Ся Сицин, сдерживая смех, сказал «прости» и снял ту ленту.
Никакого «прости»
— он нарочно воспользовался случаем, чтобы до него дотронуться. Специально.
Тонкие длинные пальцы сжали один конец ленты, помахали ею перед лицом Чжоу Цзыхэна, разжались — и лента, словно пёрышко, медленно, лениво спланила вниз, улегшись у его ног.
Цвет ленты был до невозможности ярким. Как и улыбка на лице Ся Сицина в этот миг.
Чжоу Цзыхэн долго мялся, но всё же выдавил:
— Спасибо.
— Не за что.
Почему этот человек всегда так легко, так воздушно заканчивает фразы? Словно облако, что плывёт по ветру, — лёгкое, насмешливое, и никак его не поймать.
Подошёл режиссёр программы:
— Мы сейчас запишем небольшой закулисный бонус после съёмок.
— Он протянул одну камеру Шан Сыжую, другую — Цэнь Цэнь.
— Вот две камеры. Можете разделиться на две группы и осмотреть этот дом — мы строили его два с половиной дня.
— Не волнуйтесь, режиссёр, я как раз хотел тут всё осмотреть.
— Шан Сыжуй с улыбкой взял камеру, поднял её и навёл на лицо Чжоу Цзыхэна.
— Уже включена?
— Включена, включена.
— Режиссёр отошёл в сторону. Заметив, что Чжоу Цзыхэн пытается уйти из кадра, Шан Сыжуй тут же схватил его, заодно повернув объектив на себя, и прокашлялся: — Всем привет! Я сегодняшний сменный ведущий и оператор в одном лице, участник группы «Хай-Файв»
— Шан Сыжуй! Хай~~ А теперь я представлю вам — та-да-да-дам!
— Он перевёл камеру на лицо Чжоу Цзыхэна.
— Чжоу Цзыхэн! Ого, Цзыхэн, у тебя в кадре лицо просто шикарное.
Чжоу Цзыхэн в шутку прикрыл объектив ладонью. Шан Сыжуй с трудом вырвал камеру из его «когтей» и навёл на стоявшего рядом Ся Сицина:
— А это наш невероятно умный Ся Сицин! Его поведение в комнате меня просто поразило. Если бы не Сицин, может, победил бы я.
— То есть ты выражаешь недовольство?
— Ся Сицин мягко улыбнулся.
— Твоё выступление меня тоже поразило, между прочим.
— Хе-хе.
— Шан Сыжуй поднял камеру, покрутился на месте и навёл её на вход в дом.
— Давайте сначала осмотримся.
После окончания съёмок Шан Сыжуй, словно ребёнок, которого напоили энергетиком, носился с камерой по всему дому. Чжоу Цзыхэн и Ся Сицин шли за ним следом и вставляли пару слов, только когда их называли.
Когда дошли до кабинета, Шан Сыжуй пришёл в неописуемый восторг:
— Вот здесь меня заточил Цзыхэн! Он надел на меня наручники и ещё верёвкой связал!
— Он перевёл камеру на Чжоу Цзыхэна.
— Вот этот красавчик меня похитил.
— Пф.
— Ся Сицин не удержался и рассмеялся. Чжоу Цзыхэн, которому камера упёрлась прямо в лицо, невозмутимо ответил: — А ты не врёшь людям.
— Это всё программа меня заставила, я сам чуть не умер от страха.
— Шан Сыжуй с любопытством спросил: — Кстати, как ты нашёл последний пароль? Я искал-искал и так и не нашёл.
— В этой самой комнате.
— Чжоу Цзыхэн достал из кармана куртки фонарик.
— Этот фонарик я нашёл у дивана. В подсказке было два ключевых слова: «кабинет» и «выключить свет»…
Не успел Чжоу Цзыхэн договорить, как сообразительный Шан Сыжуй свободной рукой потянулся к выключателю у двери:
— Подсказка видна только при выключенном свете?
Его руку перехватили.
— Не выключай свет!
Ся Сицин опешил — он и сам не успел сообразить, что происходит, — и увидел, как Чжоу Цзыхэн без малейших колебаний схватил Шан Сыжуя за руку, останавливая его.
— Что такое?
— Шан Сыжуй с недоумением уставился на Чжоу Цзыхэна.
Честно говоря, Чжоу Цзыхэн и сам не ожидал, что вот так его остановит. Эти слова сорвались сами собой, без малейшего обдумывания.
— Он имеет в виду, что камера снимает, а у неё, наверное, нет режима ночной съёмки…
— Ся Сицин, не меняясь в лице, взял Чжоу Цзыхэна за запястье — за ту выступающую косточку, что виднелась из-под манжеты, — и опустил его руку.
— Верно?
— М-м.
— Чжоу Цзыхэн незаметно высвободил руку из ладони Ся Сицина.
— Я тебе прямо скажу: когда выключаешь свет и светишь этим фонариком по четырём углам, появляются цифровые коды. Достаточно взломать один.
— Вон оно что…
— Шан Сыжуй понимающе, хоть и не до конца, кивнул, а затем с досадой вздохнул: — Чувствую, мне не хватило всего одной подсказки! Иначе победителем был бы я. Как обидно, как обидно.
Отсняв последнюю комнату, все трое спустились в подземный коридор, соединявший зону выбывших с внешней подготовительной зоной съёмок. Коридор был очень узким, и Чжоу Цзыхэну приходилось идти, согнувшись, с трудом протискиваясь вперёд.
Хорошо, что есть свет, иначе, когда он упал…
Хорошо? Почему «хорошо»?
Чжоу Цзыхэну показалось это крайне странным. Он всё меньше и меньше понимал самого себя. В голову будто насильно вселился какой-то человечек, который целыми днями твердит всякую чушь, из-за чего он совсем запутался в собственных мыслях.
Шан Сыжуй шёл впереди один, очень быстро, и говорил в камеру завершающие слова бонуса. Ся Сицин шёл за Чжоу Цзыхэном, почти вплотную.
Узкий длинный коридор сжимал пространство вместе с дыханием. Воздух вокруг, казалось, превращался в мельчайшие частицы, парящие вокруг тела, — они колыхались, словно планктон.
Вдруг Чжоу Цзыхэн почувствовал, как кто-то схватил его за куртку сзади, и слегка обернулся. Ся Сицин не ожидал, что этот несговорчивый тип так послушно повернётся. В тот же миг, как он ухватился за край одежды, он шагнул ближе, собираясь что-то сказать.
И вот так расстояние снова стремительно сократилось.
В поле зрения крошечная родинка на кончике носа вдруг увеличилась, приблизилась, на мгновение коснулась уголка губ Чжоу Цзыхэна, а затем, словно метеор, скользнула мимо и отдалилась.
Те крошечные частицы, что парили, будто светящиеся медузы, внезапно замерли.
Воздух застыл.
В неярком коридоре ребячливая болтовня Шан Сыжуя постепенно затихала, словно уходящий на задний план шум, а другой звук медленно нарастал.
Тук —
Тук-тук —
Чжоу Цзыхэн в панике пришёл в себя и хотел поспешно отшатнуться, но забыл, что здесь так тесно, что его росту в сто девяносто три сантиметра просто негде развернуться.
— Эй, осторожно.
— Ся Сицин видел, как голова Чжоу Цзыхэна ударяется о верхний свод коридора, попытался поймать его, но промахнулся, а в суматохе нога Чжоу Цзыхэна ещё и поскользнулась, и он всей тяжестью рухнул на пол.
Те невидимые посторонним крошечные частицы, что от напряжения замерли, тоже разом стремительно обрушились вниз, словно огромная банка жемчужного сахара, с грохотом посыпавшись на Чжоу Цзыхэна.
Чжоу Цзыхэн потряс головой, пытаясь вытрясти из глаз наваждение.
До чего же нелепо.
Услышав шум позади, Шан Сыжуй крикнул оттуда:
— Что у вас там случилось?
Ся Сицин тут же ответил:
— Ничего, Цзыхэн просто споткнулся. Поднимайся первым.
С этими словами он протянул Чжоу Цзыхэну руку.
Чжоу Цзыхэн даже не взглянул на неё, поднялся сам, неловко отряхнул пыль с одежды и, поворачиваясь, почувствовал резкую боль в копчике, так что пришлось, опираясь о стену, идти медленно.
— Ничего?
— Нормально.
— Пф.
— Снова тихий смешок.
Чжоу Цзыхэну стало неприятно — будто его посчитали слабаком. Он хотел поскорее выбраться из этой неловкой ситуации, сменить не слишком славную тему и потому, прокашлявшись, спросил, не оборачиваясь:
— Ты… ты что хотел сказать?
— Ты ещё помнишь.
— Тон Ся Сицина был как всегда — лёгкий, как ветер, и такой же насмешливый, способный перевернуть всё в душе человека и не дать успокоиться.
— Ты скажешь или нет?
Голос-то какой сердитый, а кончики ушей уже покраснели.
— Я просто хотел спросить… как ты меня узнал.
— Ся Сицин шаг за шагом ступал по следам Чжоу Цзыхэна, по его тени.
— Ну, после того как я вошёл в тот кабинет с выключенным светом.
Чжоу Цзыхэн вдруг замолчал. Выход был уже близко, и он молча поднимался по ступеням.
Будучи старым ловеласом, Ся Сицин прекрасно знал, какие слова нужно говорить, когда дразнишь человека. Даже если собеседник молчит, он всегда умел не дать разговору скатиться в неловкость.
— Догадываюсь… из-за запаха духов?
— Ся Сицин улыбнулся и тоже шаг за шагом стал подниматься по ступеням.
— Выходит, у тебя такой тонкий нюх?
Чжоу Цзыхэн по-прежнему молчал.
Он ступил на последнюю ступень. Воздух снова наполнился шумом: сотрудники желали друг другу удачи, все праздновали успешную запись первого выпуска, Шан Сыжуй и Цэнь Цэнь переругивались, Жуань Сяо звонко смеялась — и ещё множество звуков, смешавшихся в один гул.
Среди этого гула — и низкий тембр Чжоу Цзыхэна.
— Я подсознательно понял, что это ты.
Когда я приблизился и схватил тебя за руку, я уловил запах духов — и убедился ещё сильнее.
Последний шаг Ся Сицина завис в воздухе на секунду — вместе с его замершим мозгом.
Подсознательно…
Нога опустилась на последнюю ступень. Ся Сицин поднял голову и посмотрел на спину Чжоу Цзыхэна. Этот человек, наверное, и сам не знает, какой разрушительной силой обладает эта его бессознательная нежность.
http://bllate.org/book/34872/4464120
Готово:
