Все обомлели. Никто не ожидал, что Сяо Му сам откажется от пары с принцессой. Золотая молодёжь снова оживилась, устремив на них пылкие взоры. Молодой герцог расплылся в сияющей улыбке и ударил себя кулаком в грудь:
— А-Ли, выбери меня, не прогадаешь!
Инь Ли полностью проигнорировал чужие взгляды. Он не отрываясь смотрел на Сяо Му, силой подавляя закипавшую в груди ярость. На лице же его процвела безупречная, исполненная нежности улыбка:
— Но я хочу выбрать тебя.
Он сделал паузу и добавил, глядя прямо в глаза:
— Муж мой.
От этого ласкового «муж мой», произнесённого прекрасной, точно цветущий лотос, принцессой, присутствующие мажоры массово схватились за сердца.
Молодой герцог и вовсе застыл с открытым ртом. Шок сменился глубочайшим подозрением. Наклонившись к самому уху Инь Ли, он едва слышно прошептал:
— А-Ли... Если тебя удерживают силой, просто моргни!
Шёпот был тише комариного писка, однако Сяо Му уловил каждое слово. Он на мгновение задумчиво перевёл взгляд на Молодого герцога:
— Силой? Кого удерживают силой?
Он искренне недоумевал, но Молодой герцог, разумеется, не поверил. В его глазах наследный княжич лишь цинично притворялся дурачком. Разве могли оказаться ложью тайные сведения, которыми поделился отец?
Набравшись храбрости, Молодой герцог с заплетающимся от волнения языком выпалил:
— Сяо Му! Хватит пользоваться своим положением! Сколь бы ты её ни принуждал, А-Ли никогда тебя не полюбит!
Видя перед собой праведное негодование юноши, Сяо Му смутно вспомнил о своей роли в этом мире — здешнее общество считало его деспотичным и взбалмошным наследным княжичем Сяо, насильно женившимся на принцессе.
Значит, тот решает, будто он держит принцессу в заложницах?
Сяо Му понятливо протянул «о-о» и даже не подумал оправдываться. Вместо этого он спокойно поддержал чужую логику:
— И ты хочешь её спасти?
Молодой герцог мгновенно вспыхнул от возмущения, но, встретившись с тёмными, непроницаемыми глазами Сяо Му, отчаянно затрусил.
— Т-ты... Не думай, что я зассу! — заикаясь, выкрикнул он.
— Что ж, тогда тебе стоит хорошенько постараться, — с абсолютной серьёзностью напутствовал его Сяо Му.
Эта фраза повергла молодых дворян в оцепенение. Сяо Му перешёл все границы наглости! Неужто возомнил себя неприкосновенным из-за могущества своего клана? В каковой же бездне страданий приходится жить бедной принцессе?! До чего жаль бедную девушку!
Товарищи посчитали слова Сяо Му скрытой угрозой. Прежде и сам Инь Ли истолковал бы их именно так — решив, будто княжич проявляет властную собственническую жилку.
Но теперь Инь Ли испытывал лишь глухую досаду. Он слишком хорошо знал: этому чурбану до него нет никакого дела, и тот говорит ровно то, что думает, без подтекста.
Загасив накатившую волну тоскливой горечи, Инь Ли сохранил на лице светскую мягкую улыбку и вернулся к сути:
— Парное поло и предназначено для супругов, разве не так?
— Но я не умею играть, — тихо отозвался Сяо Му.
— Неважно, — не желая слушать очередные отказы, Инь Ли решительно схватил его за запястье и потянул за собой. — Со мной мы всё равно победим.
Под полными боли и гнева взглядами золотой молодёжи обе фигуры устремились к центру поля.
Молодой герцог сжал кулаки, скрежеща зубами:
— Разгромим Сяо Му! Спасём принцессу!
— Разгромим Сяо Му! Спасём принцессу! — дружно подхватила кавалькада, сокрушаясь и поднимая клюшки.
Инь Ли ловко взмыл в седло и обернулся к Сяо Му:
— Если не умеешь, просто смотри на меня.
С этими словами он пустил коня вскачь.
Верховой ездой Инь Ли владел безупречно. Он легко лавировал между двумя соперниками, уклоняясь от их атаки. Небольшой кожаный мяч будто прилип к его клюшке — сколько бы противники ни пытались взять его в клещи, перехватить подачу им не удавалось.
Не прошло и чашки чая, как Инь Ли отправил в ворота два мяча подряд.
Трибуны взорвались ликующими криками. Алый силуэт Инь Ли со свистящим на ветру длинным хвостом шелковистых волос проносился по изумрудной траве, озаряя поле яркой вспышкой.
Заложив крутой вираж, Инь Ли оглянулся на Сяо Му и одарил его самоуверенным, торжествующим взглядом:
— Не хочешь попробовать?
Но Сяо Му лишь безучастно восседал в седле, явно витая мыслями где-то далеко. Услышав вопрос, он лишь качнул головой, демонстрируя полное равнодушие.
Инь Ли сжал челюсти и глубоко вдохнул, мысленно твердя себе: «Спокойно, только без нервов. На этого болвана бессмысленно обижаться».
Молодой герцог, хоть и не смог укротить Инь Ли, ничуть не расстроился и тут же подобострастно польстил:
— А-Ли, твоя игра стала ещё искуснее! Мне за тобой ни за что не поспеть! — с этими словами он метнул презрительный взгляд на Сяо Му: — А кое-кто устроился просто отлично. Пальцем о палец не ударит, надеется выехать на чужом горбу?
Зрители тоже заметили: наследный княжич Сяо застыл у края поля как истукан, свалив всё бремя состязания на хрупкие плечи принцессы.
Трибуны зашептались, стараясь держать голоса вполнакала:
— Поговаривали же, будто наследный княжич полностью оправился и даже выиграл золотой лук...
— Ха! На весенней охоте господа всегда держатся позади свиты. Разве станет знатный барин лично пачкать руки? Неужто вы и впрямь верите, будто он сам перебил семь десятков волков? Бабка надвое сказала, приложил ли он вообще руку!
— В точку! В чаще никто не видит, что происходит. Весьма вероятно, тех волков заранее подставили люди князя Сяо.
— А поло — это вам не охота! Тут нужна реальная сноровка, вот он и сдулся.
Княгиня Сяо, видя неподвижность сына, в досаде приложила ладонь к лбу. Ей хотелось самой выскочить на поле. Она-то рассчитывала, что парная игра продемонстрирует всем трогательное согласие между супругами и развеет сплетни о насильном браке!
А этот обычно смышлёный и послушный мальчик взвалил всю работу на принцессу!
Не выдержав, княгиня громко окликнула его:
— Му-эр! Не сиди истуканом!
Сяо Му обернулся на голос матери. Заметив её крайнюю тревогу, он тихо вздохнул. На самом деле игра в поло его совершенно не привлекала, но раз уж он оказался здесь, следовало довести дело до конца.
Покрутив в руке клюшку, он подумал, что стоит попробовать. Суть игры он понял ещё во время показательного матча, просто у него не было практики.
Тем временем Инь Ли снова вступил в борьбу за мяч.
Сяо Му медленно направил коня вперёд.
Кто-то на трибунах фыркнул:
— Ого, неужто изволил шевельнуться?
Инь Ли, видя, что Сяо Му решил включиться в игру, вскинул бровь. В его голове мгновенно созрел план: он подбросит Сяо Му мяч, тот промахнётся, а он, Инь Ли, красиво перехватит инициативу и спасёт положение! После эдакого триумфа этот чурбан просто обязан восхититься его грацией!
С этой мыслью он взмахнул клюшкой и крикнул:
— Принимай!
Белый шарик очертил в небе дугу и устремился к Сяо Му.
Тот поднял голову, фиксируя взглядом белую точку. Глаза его блеснули, и он с маху ударил клюшкой.
Прежде чем кто-либо успел сообразить, что происходит, раздался оглушительный грохот — ГРА-А-АМ!
Инь Ли застыл, хлопая глазами.
Игроки на поле оцепенели.
— Что это за звук?! — запричитали на трибунах те, у кого было слабое зрение. Они толком ничего не разглядели, заметили лишь, как белый мяч испарился в мгновение ока, едва клюшка Сяо Му коснулась его.
У княгини Сяо дрогнули пальцы, и крышка пиалы со звонким стуком упала на фарфор.
В кирпичной ограде ипподрома, шагах в пятидесяти от них, зияла дымящаяся брешь. Камни и кирпичи разнесло в мелкую крошку. Стоявший неподалёку стражник едва не лишился чувств: бледный как полотно, он дрожал, а с его лба градом катился холодный пот.
Сяо Му издал тихий вздох. Похоже, он переборщил с силой.
Он снова взвесил в руке клюшку и мысленно сделал пометку: нельзя вкладывать в удар силу, предназначенную для меча. В следующий раз надо уменьшить её раз в сто.
На трибунах кто-то наконец осознал увиденное и заикающимся от ужаса голосом пролепетал:
— Он что... пробил мячом каменную стену?!
— Такая моща... Да разве он болезненный задохлик?!
Сяо Му, видя общее оцепенение, подъехал к обомлевшему подающему:
— Тот мяч, скорее всего, разлетелся в пыль. Дай другой.
Служка опомнился лишь спустя добрых полминуты, судорожно закивал и поспешно выкатил на поле новый мяч.
После возобновления игры соперники попросту боялись приближаться к мячу Сяо Му. Шутки шутками, а если в тебя угодит эдакий снаряд — костей не соберёшь!
В итоге оба соперника действовали предельно скованно, и матч превратился в сольное выступление Сяо Му и Инь Ли.
Отрегулировав силу удара, Сяо Му бьёт без промаха. Разрыв в счёте мгновенно стал разгромным.
Лицо княгини Сяо просветлело, заиграла удовлетворенная улыбка — теперь-то глупые сплетни о мошенничестве на охоте рассыплются в прах сами собой!
Инь Ли, однако, не получал от такой игры никакого удовольствия. Глядя на дрожащих соперников, он насупился и уже собрался выразить досаду, как вдруг Сяо Му взглянул на счёт и искренне удивился:
— Мы всё ещё не закончили?
Счетовод, глядя на разгромный счёт, запнулся. Хотя было очевидно, что противникам не отыграться, отведенное время ещё не истекло.
Эта неосторожная фраза мгновенно задела Молодого герцога. Он и без того питал к Сяо Му лютую неприязнь, а теперь и вовсе выпрямился, раздувая ноздри:
— Сяо Му! Не слишком-то заносись! Кого ты из себя корчишь?!
С этими словами он пустил коня в галерею и с размаху ударил по мячу.
Этот удар наносился не ради игры — Молодой герцог метил прямо в Сяо Му! Инь Ли, благодаря богатому боевому опыту, мгновенно просчитал траекторию полёта мяча и, опережая реакцию Сяо Му, перехватил коня, заслоняя его собой.
Увидев, куда несётся снаряд, Молодой герцог в ужасе закричал:
— А-Ли! Берегись!
Мяч летел с бешеной скоростью, но Инь Ли и не думал уклоняться. Он уже занёс клюшку для отбива, когда в его голове внезапно вспыхнула гениальная догадка. В последний миг он сместил кисть на полдюйма в сторону. Мяч лишь скользнул по дереву и на полном ходу врезался прямо в его голень.
Инь Ли издал сдавленный глухой стон. Кровь мгновенно пропитала ткань и расплылась багровым пятном по штанине.
Ипподром замер в цепенящей тишине, после чего взорвался криками ужаса. Молодой герцог так и остался стоять с открытым ртом.
Сяо Му, не колеблясь ни мгновения, слетел со своего коня и опустился на круп лошади Инь Ли, прямо позади него. Опустив взгляд на окровавленную штанину, он взволнованно спросил:
— Как ты? Сильно болит?
Заметив сдвинутые к переносице брови Сяо Му, Инь Ли мгновенно забыл о боли в ноге. Уголки его губ едва не расползлись в довольной улыбке, но он вовремя взял себя в руки и жалобно протянул:
— Больно... Ужасно больно.
— Поедем, я отвезу тебя к лекарю, — ответил Сяо Му и перехватил поводья. Опасаясь тряски, он пустил коня самым тихим шагом к трибунам.
Молодой герцог отбросил клюшку и на скаку устремился к ним, с раскалившимися от слёз глазами:
— А-Ли! Прости меня, я правда не хотел...
Договорить он не успел — Сяо Му одарил его столь леденящим взглядом, что бедняга задрожал всем телом. Взгляд этот был подобен смертоносной ауре, пригвоздившей его к месту: ледяной ужас пробежал по хребту, и Молодой герцог не смел сделать и шага.
Зрители на трибунах видели всю сцену как на ладони.
Пятая принцесса рисковала собой, заслоняя Сяо Му, а тот мало того что бережно подхватил её, так ещё и одним взглядом обратил в бегство обидчика! Какая же это тирания и насильный брак? Это же чистейшая, искренняя любовь!
Подъехав к трибунам, Сяо Му спрыгнул на землю и протянул руку, чтобы помочь Инь Ли спуститься. Тот замешкался лишь на мгновение, после чего крепко сжал его ладонь и спешился. Когда стопа коснулась земли, голень пронзила тупая боль, но он волевым усилием сдержал эмоции.
Инь Ли не выпускал чужую ладонь, слегка проведя большим пальцем по гладкой тыльной стороне. Кожа Сяо Му была нежной и белой, точно драгоценный шёлк, и этот ощутимый контакт отозвался сладостным трепетом где-то в глубине сердца.
Кадык Инь Ли судорожно дёрнулся. Он перевёл взгляд на изящное белоснежное запястье. Кажется, это был первый раз, когда он вот так держал Сяо Му за руку. Прежде, даже когда тот учил его боевым искусствам, они избегали подобных прикосновений.
«Этот удар мячом явно того стоил», — удовлетворенно подумал он.
Княгиня Сяо, осыпая Инь Ли тревожными расспросами, тут же велела слугам перенести его в шатёр лекаря.
Отослав посторонних, в шатре остались только княгиня и Сяо Му.
Лекарь осторожно разрезал штанину, обнажая израненную голень. Вид сплошной кровавой мешанины выглядел весьма жутко.
У Сяо Му ёкнуло сердце.
Осмотрев рану, лекарь склонил голову:
— Нижайше прошу прощения у Вашего Высочества, но мне необходимо ощупать ногу, дабы проверить, не повреждена ли кость.
Княгиня ахнула, прикрыв рот ладонью:
— Неужели кость могла пострадать?! О боги, посмотри хорошенько!
Сам Инь Ли отлично знал состояние своей ноги. В тот миг он успел подставить клюшку, гася большую часть силы удара.
Рана казалась страшной лишь внешне — пострадала только мягкая ткань. По сравнению с теми увечьями и синяками, что он получал в детстве, обучаясь боевым искусствам у Старшего наставника, это была сущая мелочь. Он уже хотел сказать, что в ощупывании нет нужды, но, мельком взглянув на хмурого Сяо Му, передумал.
Раз уж получилась рана, надо выжать из нее максимальную пользу!
Инь Ли изобразил на лице мучительное страдание и с видом стойкого героя кивнул:
— Давай... ощупывай.
Лекарь накрыл голень платком и аккуратно надавил.
Едва его пальцы слегка сжали ткань, Инь Ли судорожно втянул воздух и с трудом подавил болезненный стон.
Княгиня чуть не плакала от жалости:
— Ли-эр, потерпи, миленький!
Лекарь замлел от страха и боязливо взглянул на принцессу. Видя, как та сжимает губы, корчась от невыносимой муки, он почти невесомо коснулся другого участка:
— А здесь больно?
Инь Ли кивнул.
Лекарь сменил место:
— А тут?
Инь Ли снова кивнул.
Куда бы ни прикоснулся лекарь, Инь Ли исправно кивал.
Чем чаще он кивал, тем сильнее у лекаря уходила душа в пятки. Пресвятые предки, да у неё тут едва ли не раздробление кости! Разве обычный мяч способен учинить такое разрушение?!
Не смея больше прикасаться к ноге, лекарь утёр пот со лба и выпрямился.
Сяо Му и княгиня, глядя, как Инь Ли изо всех сил терпит адскую боль, мрачнели с каждой секундой. Княгиня в отчаянии спросила:
— Всё совсем плохо?!
Лекарь с тяжким видом взглянул на Инь Ли и вздохнул:
— Перелом весьма скверный.
Инь Ли поджал губы и слегка покашлял, чтобы скрыть рвущийся наружу смешок. Но, подняв глаза на Сяо Му, увидел, что тот стоит с темнее ночи лицом, а в его глазах пылает скрытый гнев.
Улыбка мгновенно сбежала с лица Инь Ли.
Этот чурбан разозлился? Неужели он переборщил с актёрством?
Княгиня причитала:
— Бедный мой Ли-эр... Это можно вылечить?!
— Вылечить-то можно, — закивал лекарь, — да только кости да жилы требуют покоя. Её Высочеству придётся провести в постели от трёх до пяти месяцев. Без движений.
— Что?! — Инь Ли едва не поперхнулся. Три-пять месяцев не вставать с кровати?!
Лекарь скорбно вздохнул:
— При таком тяжёлом переломе три-пять месяцев — ещё благополучный исход. Если же кости срастутся неправильно, Ваше Высочество впредь и в седло сесть не сможет.
Видя, как лекарь достаёт деревянные шины для иммобилизации, Инь Ли в полной мере осознал значение выражения «сам себе выкопал яму». Он попытался отстраниться:
— Да на самом деле всё не так страшно... Можем обойтись без этих деревяшек?
— Ваше Высочество! Без шин кость срастётся криво! Запомните: в ближайшие месяцы этой ногой шевелить строго воспрещено! — с отцовской строгостью возопил лекарь.
Княгиня тоже принялась уговаривать его, точно дитя:
— Ли-эр, будь умницей! Нельзя же пренебрегать советами лекаря!
Инь Ли, приговоривший себя к пяти месяцам заточения, судорожно искал выход, когда Сяо Му внезапно произнёс мрачным, не терпящим возражений тоном:
— Я сам буду ухаживать за принцессой.
Инь Ли мгновенно переменился в лице и чеканно выпалил лекарю:
— Накладывай.
Слуга медицины, точно ходок по канату, наводя дрожащими руками порядок, принялся шинировать ногу. Сяо Му подошёл ближе, помогая удерживать голень и внимательно выслушивая наставления лекаря.
К великому изумлению лекаря, принцесса, только что стенавшая от малейшего прикосновения, во время накладывания шины даже глазом не моргнула. Она лишь гипнотизировала наследного княжича пылким, сияющим взглядом.
Глядя на озабоченное лицо Сяо Му, Инь Ли думал: «Пять месяцев так пять месяцев! Зато этот чурбан сам вызвался заботиться обо мне. Оно того стоило!»
Сяо Му же внутри с трудом сдерживал закипавший гнев. Он отчётливо видел: тот мяч метил прямо в него. Сяо Му мог бы с лёгкостью перехватить его голой рукой, и никто бы не пострадал. Но он никак не ожидал, что принцесса бросится заслонять его собой.
Принцесса так добра к нему. Она совершенно не заслуживает таких страданий из-за него.
Когда лекарь закончил перевязку, выписал снадобья и удалился, княгиня Сяо тоже ласково успокоила Инь Ли и вышла, чтобы заняться гостями, напоследок велев сыну сопроводить супругу в поместье.
В шатре остались только они вдвоём.
Инь Ли, чья нога теперь напоминала туго перетянутый бамбуковый свёрток, замер в предвкушении. Как этот чурбан соберётся ухаживать за ним? Разумеется, он не собирался перекладывать на него бытовую рутину, но всё же... в груди сладко щекотало от надежды.
Он бросил взгляд на свою недействующую ногу:
— Я не могу идти. Ты не мог бы мне помочь?
Сяо Му пристально посмотрел на него и после паузы произнёс:
— Принцесса, подожди меня здесь.
С этими словами он повернулся и вышел из шатра.
Инь Ли остался в недоумении.
Спустя некоторое время полог распахнулся, и Сяо Му, точно провинившегося цыплёнка за загривок, приволок и швырнул к ногам Инь Ли Молодого герцога.
Глядя на разукрашенное синяками и ссадинами лицо Молодого герцога, Инь Ли мрачнел на глазах. Дурное предчувствие охватило его.
— А-Ли... — всхлипывая, проскулил Молодой герцог. — Я правда не специально! Прости меня, я виноват перед тобой!
Сяо Му произнёс холодным, непреклонным тоном:
— Раз уж ты покалечил принцессу, то и отвечать тебе. Будешь вести её коня под уздцы и отвезёшь в поместье князя Сяо.
Инь Ли застыл от изумления.
Разве не этот чурбан обещал ухаживать за ним?! С какого перепугу он притащил сюда этого мажора?!
Молодой герцог опешил, но в следующее мгновение его глаза вспыхнули радостной надеждой, и он закивал как заведённый:
— Без проблем! Я просто обязан позаботиться об А-Ли!
С этими словами он, копошась, поднялся, намереваясь подхватить Инь Ли под руку.
Лицо Инь Ли мгновенно превратилось в ледяную маску. Потёрши занывший висок, он с отвращением взглянул на избитого юношу и процедил:
— Не надо. Я сам...
Он взглянул на свою закованную в деревянные шины ногу, толстую и неподъёмную, точно бревно, и глубоко, прерывисто вдохнул.
«Какое там "сам", чёрт возьми!»
Зачем он только накликал на свою голову эту беду?!
Он метнул на Сяо Му полный упрёка взгляд, но тот будто и не заметил его немого недовольства. Задумчиво хмыкнув, княжич сказал:
— Я велю подать экипаж.
И, не дожидаясь ответа, вновь скрылся за пологом.
В шатре остался лишь Молодой герцог, с раскаянием взирающий на Инь Ли:
— А-Ли, тот мяч летел в этого задохлика! Я не думал, что ты бросишься наперерез. Я знаю, тебя принудили! Сяо Му просто животное, раз заставил девушку прикрывать себя! Не бойся, я обязательно найду способ вырвать тебя из этого ада!
Инь Ли и без того пребывал в паршивом расположении духа, а от речей Молодого герцога у него и вовсе застучало в висках.
Что за каша у этого дурака в голове?! Сколько можно вести монолог с самим собой?! Вызволить его из ада? Да разве он хоть раз заикался, что его нужно спасать?!
Инь Ли поманил юношу пальцем. Тот с радостной готовностью наклонился ближе. Инь Ли уже сжал кулак, намереваясь навесить на второй глаз Молодого герцога точно такой же синяк, как и на первый, но в этот момент боковым зрением уловил движение — Сяо Му отодвинул полог и вернулся.
Инь Ли мгновенно отвёл кулак и всплеснул руками, изображая на лице невинное удивление:
— Что ты сейчас сказал? Вызволить меня из ада?
Молодой герцог даже не понял, как близко был к расправе, и пылко закивал:
— Ты только не волнуйся! Я сделаю так, что Сяо Му проклянёт тот день, когда женился на тебе! А потом попрошу отца ходатайствовать перед Их Величествами об аннулировании вашего брака!
— И как же ты заставишь Сяо Му пожалеть? — спросил Инь Ли, переводя взгляд за плечо юноши на стоящего у входа Сяо Му, который, казалось, внимательно прислушивался к их беседе.
Молодой герцог ненадолго задумался и с пылкой убеждённостью выложил:
— Я пойду и скажу ему прямо: ты заслуживаешь лучшей доли, а не заточения в четырёх стенах поместья князя Сяо!
Инь Ли едва сдерживал вспышку гнева при одних лишь словах о «лучшей доле», однако непреодолимое любопытство одержало верх. Ему до смерти хотелось посмотреть на выражение лица Сяо Му.
Отреагирует ли этот чурбан хоть как-то, когда у него из-под носа пытаются увести жену?
Но Сяо Му стопором стоял у входа. На его лице не отразилось ни единой эмоции. Более того, дослушав речь, он вполне одобрительно кивнул.
Инь Ли стиснул зубы и, сделав изумлённые глаза, воскликнул:
— Наследный княжич?!
Молодой герцог от этого возгласа подпрыгнул и, обернувшись, упёрся взглядом в стоящего прямо за его спиной Сяо Му. Ноги его тут же подкосились:
— Сяо... Сяо...
Сяо Му неторопливо шагнул вперёд. С каждым его шагом Молодой герцог всё больше проседал к полу.
Когда Сяо Му остановился перед Инь Ли, Молодой герцог, вспомнив недавнее жестокое избиение, уже истекал холодным потом.
Встретившись с полным ожидания взглядом Инь Ли, Сяо Му на мгновение задумался и с глубочайшим убеждением произнёс:
— Полагаю, Молодой герцог сокрушительно прав.
Лицо Инь Ли мгновенно помрачнело.
Сколько раз это уже повторялось? На что он вообще каждый раз надеется?!
Молодой герцог ошарашенно замлел. Сяо Му тем временем повернулся к нему и покровительственно похлопал по плечу:
— Если тебе удастся уломать Их Величества отменить указ, я с превеликой радостью оформлю развод. Сам я уже пытался, но потерпел неудачу. Желаю успеха.
Инь Ли зажмурился и судорожно вдохнул. Сколько бы он ни искушал судьбу, вывод оставался неизменен:
Этот чурбан действительно не испытывает к нему ни малейшего интереса и всеми силами пытается от него избавиться!
Подавив закипающую ярость, он смерил обледеневшим взглядом всё ещё сидевшего на полу Молодого герцога. Его голос прозвучал сурово и отчуждённо, словно ледяной ветер с северных гор:
— Пошёл прочь. Нам с Сяо Му нужно поговорить.
Услышав этот морозный тон, юноша мгновенно протрезвел, с готовностью закивал и, точно ошпаренный, выскочил из шатра.
— О чём принцесса хочет поговорить? — поинтересовался Сяо Му.
Глядя на его абсолютно невинную, исполненную искренней готовности фразу и открытое лицо, Инь Ли устало потёр виски.
— Раз уж ты сам украл меня и привёл в свой дом, то и не думай теперь избавиться от меня, — тихим, но звенящим от напряжения голосом произнёс Инь Ли.
Он поднял взор, пристально посмотрел Сяо Му прямо в глаза и, чеканя каждое слово, отрезал:
— Сяо Му, никакого развода не будет.
http://bllate.org/book/34828/4542137
Готово:
