Янь Чаоянь увидел, что тот не на шутку встревожен и собирается бежать, и, сообразив в чем дело, с немалым задором усмехнулся:
— Мы же забронировали отдельную кабину, а не общий зал. С чего это ты, будто места в столовой штурмуешь, так рвешься прийти именно раньше меня?
Чжоу Цзыцэн услышал это и замер:
— …Черт! В школе просто привычка осталась.
Едва слова сорвались с губ, брови у него внезапно дернулись, и он опасливо покосился на Янь Чаояня.
Янь Чаоянь странно глянул на него:
— Разве тебе не спешно? На меня-то чего пялишься?!
Чжоу Цзыцэн не стал больше задерживаться и с горячностью вылетел из кабины.
Янь Чаоянь небрежно притянул стул, уселся и едва слышно вздохнул.
Он еще не был столь уязвимым, чтобы даже простое слово не выносить, но его родные и друзья, судя по всему, придерживались на этот счет совсем другого мнения.
Взяв меню и кое-что набросав галочками, Янь Чаоянь позвал официанта и отдал заказ.
Ждать еду в одиночестве было немного скучно, и Янь Чаоянь решил разобрать сообщения в WeChat.
Когда он только что переключился на основной аккаунт, чтобы добавить друга, он мельком глянул и заметил, что непрочитанных сообщений там уже набежало больше девяноста девяти.
Друзей на основном аккаунте Янь Чаояня было немного: если исключить семью и близких, оставалось всего два чата.
Один — семейный чат на шесть человек, а второй — отдельный чат из четырех человек под названием У братьев и сестер не бывает сестричек, созданный специально для того, чтобы не попадаться на глаза старшему поколению.
В том, что касалось добавления родных, друзей и всяких чатов, основной и рабочий аккаунты Янь Чаояня почти ничем не отличались — с той лишь разницей, что на рабочий он не стал добавлять чат У братьев и сестер не бывает сестричек. И теперь, судя по всему, заветные девяноста девять плюс на основном аккаунте горели именно из-за него.
Еще не заходя внутрь, Янь Чаоянь примерно догадывался, что происходит в чате, а открыв его, понял, что все ожидаемо: Янь Чжицзинь и Янь Шиюй в очередной раз затеяли извечный спор о том, кто из них старше.
Сколько Янь Чаоянь себя помнил, эти споры о старшинстве не прекращались ни на день.
Как рассказывал старший брат, еще до его рождения Юй-гэ и Цзинь-цзэ категорически не хотели становиться самыми младшими в семье, но на беду родились двойняшками, а потому чуть ли не каждый день препирались из-за совершенно по-детски наивного вопроса: кто родился первым и кто кого старше.
Подобные перепалки обычно ни к чему не приводили, и тогда парочка перевела стрелки на двух пап и старшего брата.
Вот только на их беду, появились они на свет в спешке, да и Большой папа с Маленьким папой уже не помнили, кого из них достали первым, а старший брат тогда был слишком мал и ничего не запомнил.
Поэтому ясности в этом вопросе так и не появилось.
Позже родился Янь Чаоянь, но эта двойня все равно не оставляла попыток выяснить старшинство.
Маленького Янь Чаояня постоянно ублажали самыми разными способами, заставляя заговорить: один надеялся, что тот назовет его второй сестрой и третьим братом, а вторая — что вторым братом и третьей сестрой.
Сначала Янь Чаоянь не понимал всех подводных камней и соглашался с тем, кто первый скажет, а став немного разумнее, без чьей-либо помощи освоил искусство держать баланс — стал просто звать их Юй-гэ и Цзинь-цзэ, на корню пресекая любую возможность расспросов о субординации.
Впрочем, даже несмотря на это, они продолжали время от времени задирать друг друга и спорить, и за столько лет это уже вошло у них в привычку.
Янь Чаоянь пролистал историю переписки вверх, с любопытством наблюдая за тем, как Юй-гэ и Цзинь-цзэ разворачивают в чате новый раунд дебатов о старшинстве.
Сначала все шло по старому кругу, но ближе к концу спор снова свелся к именам.
Их Маленького папу звали Лун Цзиньюй, а в именах Янь Хуайлуна, Янь Чжицзиня и Янь Шиюя как раз поровну распределились все эти иероглифы.
По поводу иероглифов Цзинь и Юй они уже спорили раньше, поэтому на сей раз дискуссия сосредоточилась на тех знаках, что стояли у них в серединке.
Янь Чаоянь прокрутил еще ниже и увидел только что выскочившее новое сообщение.
Маленькая фея Цзинь-цзэ: Знание — это познание, познание стоит на первом месте, значит, родилась я раньше!
Великий красавчик Юй-гэ: Ха, да ты совсем не понимаешь наших пап! В именах заложен глубокий романтический смысл: путь, который прошли Большой папа и Маленький папа, встретившись, узнав и полюбив друг друга. Сначала происходит встреча, а уже потом — познание!
Маленькая фея Цзинь-цзэ: Если уж рассуждать в таком духе, то почему в имени старшего брата нет иероглифа встреча?
Увидев это, Янь Чаоянь невольно усмехнулся.
Янь Юй, бурный роман…
Если бы их назвали так, не только старший брат не смог бы нормально прожить эту жизнь, но и сам смысл имени исказился бы до неузнаваемости — да и с чего бы кому-то использовать этот иероглиф.
Янь Чаоянь немного посмеялся, но все же не удержался и подал голос в чате:
— Возможно, потому что наша фамилия — Янь.
Стоило этому сообщению появиться, как в чате мгновенно воцарилась тишина, и поток спорящих реплик замер.
Прошло около полминуты.
Великий красавчик Юй-гэ: Видишь? Даже А-Янь на моей стороне [доволен].
Маленькая фея Цзинь-цзэ: А-Янь! Разве Цзинь-цзэ в чем-то перед тобой провинилась? Почему ты подыгрываешь ему?!
Янь Чаоянь: «…»
Я тут ни при чем, ничего я не делал, я просто мимокрокодил и в знак справедливости замолвил словечко за незаслуженно пострадавшего Лунь-гэ, чистейший воздух, понимаете ли.
Не успел он возразить, как Янь Шиюй, видимо решив «ковать железо, пока горячно», отправил в чат еще одно сообщение.
Великий красавчик Юй-гэ: Сяо-Цзинь, прекращай сопротивляться. Знаешь, как А-Янь записал тебя и меня в контактах? Великий красавчик Юй-гэ и Маленькая фея Цзинь-цзэ. Я большой, ты маленькая, усела?
Янь Чаоянь: «…???»
Вы свои разборки ведите сами, зачем меня-то в поле боя втягивать?!
При мысли о том, что эти брат с сестрой изо всех сил стараются надавить на жалость и пустить в ход эмоциональные манипуляции, у Янь Чаояня даже заболела голова, и он принялся быстро набирать текст объяснения.
Большой и маленький — это просто определения для следующих слов, а вовсе не то, что вы себе напридумывали.
Вообще-то, Янь Чаоянь изначально думал не соблюдать строгий баланс в подписях, но если уж выравнивать чашу весов даже для определений, то тогда придется ставить маленькую фею рядом с маленьким красавчиком, а великого красавчика — рядом с маленькой феей.
Маленький красавчик и великая фея… Что ни возьми, а выглядит странновато.
Поразмыслив немного, Янь Чаоянь в конце концов просто стер слова больший и меньший из их прозвищ, превратив их в просто фею Цзинь-цзэ и красавчика Юй-гэ.
Затем он сделал скриншот отредактированных контактов и скинул картинку в чат.
В тот самый миг, когда изображение было отправлено, до этого хранивший молчание старший брат Янь Хуайлун тоже написал сообщение.
Ледяная глыба Лунь-гэ: Хоть вы и беситесь, но А-Янь не трогайте.
Янь Чаоянь мысленно выразил полное согласие.
Секунду назад отправленный им скриншот тут же переслал Янь Хуайлун, обведя красной линией словечко «старая» из попавшего в кадр прозвища Ледяная глыба Лунь-гэ.
http://bllate.org/book/34773/4292462
Готово:
