Когда Айзэ почти дочитал одолженные Байлуном путевки, задачи по наблюдению у братьев Симона и Байлуна тоже подошли к концу.
Все два раза они практически по очереди дежурили у хрустального шара, и даже попытки Айзэ заглянуть туда хоть на мгновение не увенчались успехом. Вероятно, Айзэ понимал, что для них он всё ещё остаётся не до конца безопасной и непредсказуемой переменной, так что с любой стороны подобное недоверие было вполне естественным.
Поэтому Айзэ оставалось лишь два дня провести, зарывшись в книгу.
Та книга о путешествиях, которую Байлун одолжил ему от скуки, на самом деле не представляла собой ничего особенно увлекательного. Зато благодаря ей Айзэ обнаружил, что не только способен без малейших затруднений общаться с людьми этого мира, но и прекрасно понимает письменную речь — местная письменность не походила ни на одну из известных ему, и тем не менее он с лёгкостью её разбирал... Пожалуй, это можно было считать лишь бонусом попаданца.
Ранним утром третьего дня Симон ткнул Айзэ коротким копьем:
— Вставай, маленький паук. Десять минут на сборы, живо!
Столь лишённое вкуса прозвище Симон, разумеется, выдумал по собственной воле. Причина была очевидна: всё началось с того имени, которое Айзэ «присвоил» себе сам. За два дня общения Симон, вероятно, заметил, что Айзэ недолюбливает его, и из не слишком доброй насмешки наградил его вот таким прозвищем.
Впрочем, в некотором смысле это наугад брошенное Симоном прозвище попало прямо в точку.
Внезапно разбуженный тычком и совершенно сбитый с толку парень недовольно уткнулся носом в постель и отказался двигаться:
— С какой стати тащиться туда в такую рань?
Байлун, уже подгонявший снаряжение на плечах, пояснил:
— Хоть и кажется, что Мрачный Паук с девяностопроцентной вероятностью покинул логово, ради нашей безопасности входить туда нужно в момент, когда его бдительность притуплена сильнее всего.
— Так что, обязательно с утра пораньше? — зевнув, Айзэ почесал в затылке и кое-как приподнялся.
Одно дело, когда с подобной просьбой обращается персонаж любимой книги — как бы сильно он ни ворчал, а всё равно поднимется.
— Около половины одиннадцатого. Путь отсюда предстоит не самый легкий, — мягко поторопил его Байлун. — Пора поторопиться.
Тогда Айзэ кое-как, наскоро свернул свой спальник — разумеется, безобразно свернул — и, непрерывно зевая, отправился на поиски воды, чтобы умыться.
Симон, который опирался на короткое копье и наблюдал за этой сценой со стороны, проводил Айзэ взглядом, повернулся к младшему брату и беззвучно зашевелил губами:
— Видишь? Я же говорил, что ты ему нравишься, всё, что ты скажешь, он готов слушать.
Молодой мечник ответил ему кривой, вымученной улыбкой.
Наскоро умывшись и прополоскав рот, Айзэ, всё ещё протирая глаза и зевая, поплелся следом за полностью готовыми к походу братьями в сторону логова Мрачного Паука.
По сравнению с тем стремительным бегством, на этот раз путь к логову Мрачного Паука занял чуть больше времени. С учетом небольшой передышки неподалеку от логова дорога от лагеря заняла около двух часов.
Ближе к полудню в логове паука царила невероятная тишина. На сей раз братья не стали разделяться, как в прошлый раз: они пустили Айзэ посередине и, ступая бесшумно и осторожно, вошли в логово Мрачного Паука.
По правде говоря, когда Айзэ ступил под своды пещеры во второй раз, его внутреннее состояние разительно отличалось от того, что было три дня назад.
Тогда, только-только осознав, что он угодил внутрь книги, он чувствовал себя так, будто его громом поразило. Вдобавок паучье логово изрядно его напугало, и душа была переполнена сплошными матерными возгласами. Но теперь, снова ступая в этот уплетенный паутиной грот, он, в отличие от двух осторожных искателей приключений рядом, чувствовал себя так, будто вернулся домой — ни малейшего напряжения.
Строго говоря, это ведь и впрямь был его дом!
...Стоило только смириться с подобной мыслью, как Айзэ показалось, что даже здешняя вездесущая, наводящая ужас паутина вдруг стала выглядеть куда более дружелюбной.
Раз уж это его дом, не завалялось ли здесь чего-нибудь ценного? Мощные артефакты тоже сойдут!
Мрачный Паук — как ни крути, крутой босс, и если в его логове не нашлось какой-нибудь знатной вещицы, это просто оскорбляет его достоинство босса!
Вот только мысль о каких-либо поисках вызывала у Айзэ внутреннее напряжение — вспоминая те черепа, которые он в прошлый раз обнаружил в самом центре логова... От этого поневоле бросало в дрожь. Каким бы честным и правильным парнем из Поднебесной он ни был, испытывать тягу к исследованиям в обществе иссушенных трупов на дне пещеры у него никак не получалось...
Вот так за всякими праздными мыслями троица осторожно проследовала по тому же пути, по которому они спасались бегством в прошлый раз.
Не говоря уже о Симоне и Байлуне, даже страдавший толстокожестью Айзэ заметил, что паутина на их пути казалась... удивительно нетронутой. В ярком свете короткого меча Байлуна, защищенного магией света, на мертвенно-белых нитях паутины отчетливо виднелись следы сильных ожогов.
Это практически полностью подтверждало, что логово Мрачного Паука пустовало. Тем не менее, ни Байлун, ни Симон не ослабили бдительности, из-за чего Айзэ тоже приходилось изображать крайнее напряжение, шагая позади всех до самого конца.
Знакомый центр пещеры вскоре предстал перед глазами троицы.
Вполне предсказуемо: в центральной части грота обнаружилась лишь огромная паутина да бесчисленные сети поменьше, а кроме них — ничего.
Лишь в этот момент братья Симон и Байлун переглянулись, и напряжение в их телах слегка отпустило — на данном этапе можно было с уверенностью утверждать, что печально известный монстр действительно испарился из собственного логова.
— Это нелогично. — Поскольку в прошлый раз Симон заходил с другого входа, здешняя картина казалась ему совершенно чужой. Рыцарь, всё еще сжимавший круглый щит и короткое копье, нахмурился и прошел несколько шагов по разорванной паутине, смешанной с землей, после чего заговорил вновь, и в его голосе прозвучало легкое разочарование: — Я имею в виду: как он мог исчезнуть? И куда он мог деться?
Байлун, судя по всему, размышлял над тем же вопросом. Он повернулся в другую сторону и присел на корточках там, где в прошлый раз подхватил Айзэ, чтобы осмотреть высохшие трупы с уже стертыми чертами лиц:
— Если он действительно исчез бесследно, значит, наша миссия, вне всякого сомнения, провалена. Но если он просто воспользовался каким-то способом, чтобы перебраться в другое место, рано или поздно мы всё равно сможем уничтожить эту творившую столько зла тварь.
Злодейская тварь, о которой толкуют братья, не знала, что сказать в такой момент, оставалось лишь стоять в стороне и тупо пялиться на свою спальню (логово) и кровать (паутину).
Внезапно блуждающий взгляд Айзэ замер. Поколебавшись пару секунд, он всё же решился подать голос:
— Байлун, а Мрачный Паук может по своему желанию менять размеры своего тела?
— Говорят, что нет. А что такое?
Айзэ повернулся к Байлуну, а затем перевел взгляд обратно на то, на что смотрел только что: у самого края гигантской паутины в центре логова, там, где она соединялась со стеной пещеры, висела паутинка размером с ладонь.
— Разве такой крошечный паук может сплести... подобное?
— Теоретически — нет. — Симон, отошедший на дюжину шагов, вернулся назад, слегка наклонился прямо к лицу Айзэ и с усмешкой выгнул бровь: — Зато его шестерки — вполне. Уровень силы Мрачного Паука позволяет причислить его к высшим монстрам, к тому же в здешних краях он такой один. Сильнейший правитель никогда не испытывает недостатка в подчиненных. — С этими словами Симон выпрямился, сделал пару шагов к Байлуну, но внезапно развернулся и бросил напоследок Айзэ: — Если не знаешь даже этого, иди и перечитай Высшее монстроведение.
= =+
Его же мать!
Издевается над приезжим! Разве так поступают люди?!
Пока Айзэ свирепо мысленно костил Симона, обменявшиеся краткими мнениями братья решили немедленно отправиться в ближайший человеческий город — Горный Город Аглара, чтобы расспросить о новостях касательно Мрачного Паука.
Поскольку такие королевские высшие монстры, как Мрачный Паук, — огромная редкость на всем Континенте, находились смельчаки-ученые, жаждавшие сорвать завесу тайны с подобных существ и проводившие соответствующие исследования. Перед началом похода на Мрачного Паука Байлун ознакомился с результатами многолетних трудов исследователей, среди которых упоминалось одно весьма любопытное явление:
Независимо от причины, если паук королевской крови покидает логово более чем на три дня, он уже никогда не вернется сюда снова, и это гнездо неизменно превращается в покинутое логово по неизвестной причине.
Поэтому, раз уж пещеру теперь можно было считать покинутым логовом, коэффициент безопасности здесь превышал девяносто процентов, но в то же время оставаться в логове, куда Мрачный Паук больше не вернется, для них не было никакого смысла.
Братья не собирались откладывать поездку в Горный Город Аглара на следующий день. Придя к выводу, что Мрачный Паук теперь считает свое логово в глубине топей заброшенным, они тут же двинулись обратно в лагерь, чтобы собрать вещи и немедля направиться в Аглару.
Путь пешком от болот до Горного Города занимал примерно полтора дня, и, к великому сожалению, на маршруте между ними не было ни единой деревушки — Горный Город Аглара располагался на самой границе империи, а за болотами фактически начинались владения зверолюдей. По этой причине здешние места можно было назвать безлюдными, и даже маленькие деревушки попадались крайне редко.
А это значило, что сегодня вечером придется ночевать под открытым небом.
Айзэ не имел ничего против путешествий пешком, поскольку, как только он осознал себя Мрачным Пауком, он одновременно заметил и некие малозаметные изменения в собственном теле: помимо того, что кожа стала лучше, от чего мужчинам толку немного, его физические данные превзошли прежние в несколько раз. Три дня назад из-за растерянности новичка он ничего не понял, но сегодня по дороге от лагеря до логова он почти не запыхался — показатель выносливости просто зашкаливал.
В прежнем мире Айзэ был человеком довольно ленивым: стоило друзьям позвать куда-то — непременно выбирался наружу, да и спортом занимался неплохо, хотя мастерством не блистал, однако выходные предпочитал проводить дома за чтением романов или видеоиграми.
Поэтому Айзэ был уверен, что пеший поход до Горного Города пройдет без сучка и задочки. Вот только перспектива ночевки под открытым небом вызывала у него немало нареканий. Стоит вспомнить, что по сюжету оригинального романа, когда Симон и Байлун убили Мрачного Паука и возвращались назад с его магическим ядром, они столкнулись с великим буйством монстров! Обладавшие немалой силой воины были зажаты в тиски множеством чудовищ и изрядно потрепаны, и Айзэ помнил, что в том эпизоде Симон даже получил ранение!
Судя по тем словам, что Симон обронил у него дома, раз уж он сам, истинный Мрачный Паук, не погиб — пусть пока и остается профаном, обладающим силой, но не умеющим ею пользоваться, — возможно, никакого буйства монстров и не случится, но проводить глухую ночь в диких местах — тоже сомнительное удовольствие. Помимо обычных ночных обитателей вроде насекомых и змей, в этом иномирном Континенте водилось множество других разновидностей ночных тварей!
Любой опытный игрок знает, что в стандартный набор любого приключенческого отряда в обязательном порядке входит либо маг, либо жрец. В их же команде состояли лишь два бойца ближнего боя и паук-неуглас. Что им делать, если не повезет столкнуться с кем-то действительно опасным?!
На опасения Айзэ Симон ответил лишь презрительным фырканьем, а Байлун одарил своей неизменно мягкой улыбкой. Выводы у обоих совпали удивительным образом: за исключением Мрачного Паука, с которым трудно тягаться лицом к лицу, никаких других высших монстров в этих окрестностях практически не водилось.
Подчинившись принципу большинства, Айзэ поплелся следом за обоими. Быстро собрав пожитки в лагере, троица ступила на дорогу, ведущую в Горный Город Аглара.
Кто бы мог подумать, что в эту самую ночь ночевки в диких местах они действительно столкнутся с кое-какой... «штучкой», доставившей немало хлопот.
http://bllate.org/book/34760/4290989
Готово:
