Пролог — Причина
Мир Богов Пустоты
Площадь вокруг Гигантского колеса была плотно заполнена Божествами, сгрудившимися, чтобы увидеть всё своими глазами.
Боги в изумлении смотрели в центр площади, где зияла пустота, и повсюду слышались оживленные споры.
Да, пустота. Там не осталось ничего.
Раньше там стоял огромный диск, по которому петляли разноцветные линии, сплетаясь в сложные, хаотичные узоры, вспыхивавшие и тут же исчезавшие. Эти линии отражали циклы жизни и смерти, судьбы и испытания каждого живого и неживого существа. Это был символ Бога Судьбы — Великое Колесо Судьбы.
Однако сегодня этот диск, определявший всё сущее, бесследно исчез, и никто из Богов не заметил, как это произошло.
Означает ли исчезновение Колеса Судьбы, что исчез и сам Бог Судьбы?
Боги спорили без умолку: одни радовались, другие торжествовали, третьи насмехались, кто-то пребывал в растерянности. Но все обсуждения сводились к одному: исчез ли Бог Судьбы и не перешла ли теперь Судьба в их собственные руки?
Среди Божеств начал раздаваться тихий шепот: Исчез! Бог Судьбы точно исчез! Наши судьбы теперь свободны, никто больше не сможет их контролировать! Мы наконец-то принадлежим только самим себе!
Постепенно голосов, твердящих об исчезновении Бога Судьбы, становилось всё больше, они звучали всё громче. В конце концов, почти все Боги ликовали, радуясь тому, что могут вершить свою судьбу сами.
В этой хаотичной толпе один из Богов с приметными светло-голубыми волосами стоял, опустив голову, и всё его тело мелко дрожало, словно его ошеломила внезапная новость. Но в глубине его глаз, скрытых от чужих взоров, пылало безумие, имя которому — страстная любовь. Получилось? Я преуспел?
Божество медленно подняло голову и безумным взглядом посмотрело в сторону Храма Времени. Исчез. Единственное препятствие исчезло, а это значит, что теперь ты принадлежишь только мне.
Храм Времени
Шоу с печалью в глазах смотрел на существо, лежащее у него на руках, чья Божественная душа угасла почти на четыре пятых. Золотистая кровь текла из плотно сжатых губ, а сердце разрывалось от боли.
Оказывается, Боги не всемогущи. Даже такой сильный, как я, не смог ничего исправить.
Я — Бог Времени, так почему я не могу вернуться в наше прошлое, чтобы снова не дать тебе оказаться в моих объятиях?
Почему! Почему так вышло! Мы ведь, мы ведь обещали быть счастливыми вечно. Я был неправ, я виноват! Бай, я был неправ... — Шоу крепче прижал к себе того, кто был у него на руках, и зарыдал, потеряв самообладание.
Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем Боги начали приходить в себя после ликующих возгласов. Разум постепенно возвращался к ним, Божества успокаивались, и в их головах возник один вопрос: Почему Бог Судьбы исчез? И что заставило его исчезнуть?
Боги невольно вспомнили о другом могущественном главном Боге — Боге Времени.
Мир Богов Пустоты был местом, где обитали Боги, управлявшие всеми пространствами и временами (подобно головному офису и филиалам), а Судьба и Время были правителями этого Мира Богов Пустоты, Богами, стоящими выше всех остальных Божеств.
И как Боги, властвующие над всем сущим, единственным, кто мог противостоять Судьбе, был другой главный Бог Мира Богов Пустоты — Бог Времени.
В Мире Богов Пустоты никто не знал, когда появились Судьба и Время; о них ходили лишь бесконечные легенды.
Легенда гласит, что Судьба и Время существовали с тех пор, как всё было хаосом и пустотой.
Легенда гласит, что Судьба и Время были противниками, врагами.
Легенда гласит, что Судьба и Время — братья, самые близкие люди.
Легенды... Легенды... Одна легенда за другой.
Но правдивы ли они? Никто не знал. Известно лишь, что эти легенды никогда не прерывались. Даже долгие эпохи не заставили их исчезнуть. Никто не знал, откуда они взялись, но никто и не смел проверять их на достоверность.
До сегодняшнего дня!
Бог Судьбы исчез!
Боги, словно по команде, посмотрели в сторону Храма Времени, но никто не осмелился пойти и спросить у Бога Времени, правда ли это.
Впрочем, в глубине души все они уже верили, что Судьба исчезла, ведь никто не хотел, чтобы его судьба была в чужих руках.
Среди Богов воцарилось молчание.
Вдруг из толпы вышла фигура в светло-голубом одеянии и неспешным шагом направилась к центру пустой площади.
Боги присмотрелись, и их угасающие сердца вновь забились чаще. Причина была проста: этим Божеством был герой одной из легенд — возлюбленный Бога Времени, Бог Моря — Би Лань.
Встретив ожидающие взгляды Богов, Би Лань подавил волнение, окинул присутствующих взглядом и, едва заметно улыбнувшись, спокойно произнес: Раз уж мы не можем точно знать, куда делась Судьба, почему бы нам всем вместе не отправиться к Богу Времени и не выяснить всё наверняка? Что скажете?
Боги переглянулись, но никто не проронил ни слова: не соглашались, но и не возражали.
Видя их нерешительность, Би Лань затаил досаду, но внешне остался невозмутим: Не бойтесь, вам достаточно просто пойти со мной. Я сам спрошу Бога Времени, вам не придется открывать рта. Если я пойду один, не будет ли это выглядеть неуважительно перед Богом Времени? В конце концов, исчезновение Судьбы касается всего живого.
Боги сочли доводы Би Ланя разумными, к тому же от них больше ничего и не требовалось, поэтому они поспешно согласились.
Так Боги вслед за Би Ланем прибыли к Храму Времени.
Они в напряжении опустились на колени перед воротами Храма, а Би Лань с благоговением обратился к ним: Би Лань и все Боги пришли просить Бога Времени прояснить, почему Великое Колесо Судьбы исчезло с площади? Куда ушел Бог Судьбы?
...
Тишина. Мертвая тишина.
Хотя голос Би Ланя был тихим, все знали, что Бог Времени его слышит.
Однако ответа не последовало.
Что происходит?
Вопросы зазвучали в сердцах Богов.
Прошло много времени, но из Храма Времени не донеслось ни звука.
Атмосфера паники начала распространяться среди собравшихся.
Би Лань и все Боги пришли просить Бога Времени прояснить, почему Великое Колесо Судьбы исчезло с площади? Куда ушел Бог Судьбы? — не обращая внимания на панику, Би Лань повторил свою просьбу.
Время шло... неизвестно сколько времени, а Би Лань снова и снова повторял слова мольбы. Но Храм Времени хранил молчание.
Когда Боги уже решили, что Бог Времени их не удостоит ответом, ворота Храма медленно отворились.
Шоу продолжал крепко обнимать того, кто лежал у него на руках, не желая отпускать ни на миг, словно только так он мог убедиться, что его возлюбленный действительно здесь, с ним.
Он смотрел на бледное лицо у себя на руках. Если ты больше не ты, а я всё еще я — мы уже не сможем вернуться в прошлое.
На губах появилась усмешка. Как иронично: будучи Богом Времени, я могу лишь предаваться воспоминаниям о былом.
Воспоминаниям о том прекрасном, что уже не вернуть.
— Эй, ты — Бог Времени?
Шоу посмотрел на мальчика, возникшего из ниоткуда, и серьезно ответил: Ты — Судьба?
— Хм-м~ Ты в точности такой, как в легендах. Такой же серьезный и скучный. Хи-хи. — Мальчик не ответил, лишь склонил голову набок и хитро улыбнулся.
Так они встретились впервые.
— Эй, давай поиграем вместе?
— Эй, зови меня Бай, хорошо?
— Эй, на что ты смотришь?
— Эй, если я поселюсь рядом с тобой, как тебе такая идея?
— Эй! Я с тобой разговариваю, ответь хоть что-нибудь! Почему ты меня игнорируешь, даже когда я прихожу каждый день?!
Постепенно его мир был захвачен Богом Судьбы по имени Бай.
В его храме шаг за шагом появлялись следы жизни этого мальчишки.
Он не возражал. Но и не отказывал.
Дни шли своим чередом, и однажды мальчик сказал ему: Эй, смотрю я на тебя, ты, кажется, вполне доволен тем, что ты — Бог Времени.
Услышав слова мальчика, в которых сквозила зависть, он отложил книгу и посмотрел на него. В глазах Бая читались гнев, беспомощность и одиночество.
Сердце внезапно пронзила боль.
Прежде чем он успел подумать, рука сама потянулась к голове мальчика: Что случилось? — его голос звучал с небывалой нежностью.
Бай опустил голову и пробормотал: Я — Судьба, но я никогда не управлял Колесом Судьбы. Почему все меня боятся? Только из-за того, что я — Судьба?
Слушая шепот мальчика, он притянул его к себе и тихо, нежно ответил: Они не понимают, ты ни в чем не виноват.
Бай промолчал, лишь крепко обняв его в ответ. На шею упали теплые капли.
Это было их первое объятие. Крепкое объятие.
Дни текли в спокойствии и теплоте.
Их первый поцелуй;
Их первое свидание;
Их первое...
Если бы не то событие, возможно, так продолжалось бы вечно.
Та же сцена, те же люди, но два разных настроения.
— Шоу, ты говорил, что они не понимают и я не виноват. Почему, почему в итоге именно ты так со мной поступил?!
Он молчал, лишь мрачно глядя на взволнованного Бая.
— Шоу, ответь мне! Ты говорил, что они не понимают и я не виноват! Скажи! Скажи! — Бай в истерике тряс его.
Но он продолжал молча смотреть на него.
Постепенно Бай прекратил неистовые крики. Вглядываясь в безмолвного Шоу, он увидел в его глазах отчаяние и прошептал: Ты тоже такой. Оказывается, и ты такой. Но почему даже ты стал таким?
Глядя на отчаявшегося Бая, он не выдержал и хрипло произнес: Бай, не надо так. Я не виню тебя. Даже если такое случилось, я не виню тебя.
Услышав его слова, Бай удивленно поднял голову и посмотрел прямо ему в глаза, словно пытаясь что-то в них прочесть. Лишь когда Шоу слегка нахмурился, Бай заговорил: Ты не винишь меня. Ха-ха, ты не винишь меня.
Бай обнял его, крепко-крепко, как в их первое объятие, но на сей раз это было одностороннее объятие, наполненное бесконечным холодом.
Бай погладил его по лицу и тихо прошептал: Шоу, мне нет дела до всего мира, я всегда заботился лишь о тебе. Я хотел, чтобы ты верил мне, чтобы заботился только обо мне. Ты сам говорил, что они не понимают и я не виноват. Но почему в конце концов ты решил, что я неправ, почему!
Он хотел что-то сказать, но в горле словно застрял ком, и он не мог издать ни звука.
Бай пристально посмотрел на Шоу, закрыл глаза, а когда открыл их снова, от его тела начали исходить разноцветные искры, и он начал медленно подниматься в воздух.
Когда свет окутал Бая, в голове Шоу промелькнула догадка, но он не успел ее осознать, завороженный открывшимся зрелищем.
Разноцветное сияние вокруг лица мальчика делало эту сцену невыразимо печальной и прекрасной.
Бай нежно коснулся его щек и с горечью промолвил: Шоу, знаешь? Я видел всё, что происходит в мире: любовь и ненависть, чувства и вражду, бесчисленное множество глупых влюбленных, и это научило меня, что любви нельзя верить. Поэтому я верил только тебе. Я всегда верил только тебе!
Бай смотрел на него со слезами на глазах и сладко улыбнулся, но в этой улыбке сквозила невыразимая печаль: Шоу, мне было так хорошо с тобой. Правда хорошо. Люди говорят, что это любовь. Раньше я не верил, но теперь верю. Потому что наша любовь, как и людские чувства, оказалась такой короткой.
В конце Бай опустился и легко поцеловал его в губы. Слезы в тот же миг покатились по щекам.
Слезы падали на лицо, теплые, но сердце Шоу словно сковало льдом. Глядя на Бая, он лишь мог безучастно поднять руку и схватить маленькие, бледные, холодеющие ладони.
Бай взглянул на его руки и попытался улыбнуться, но задохнулся от рыданий.
— Шоу, я не верю в любовь, я верю только в тебя.
Бай медленно поднимался в высь, и лишь сцепленные руки еще связывали их.
Бай улыбнулся — так же, как при их первой встрече, но в этой улыбке была лишь печаль. — Но ты не веришь мне, ты веришь только в любовь.
Тело Бая становилось всё более прозрачным, а свет — всё ярче.
Глядя на прозрачную фигуру, Шоу наконец вспомнил то, что промелькнуло в голове: Гибель Богов. Но было слишком поздно.
Бай разомкнул их сцепленные руки и с улыбкой посмотрел на Шоу. Слезы продолжали течь, в его глазах читалась мольба не отпускать, и он беззвучно прошептал губами: Я... тебя... люблю.
Шоу протянул руку к пустоте, где только что был Бай, но схватил лишь воздух.
— Нет!
Глядя на пустые ладони, он вспоминал, как держал маленькую ладошку, как они обещали, что большая рука будет держать маленькую вечно.
Кто? Кто в конце концов разжал руки?
Ты говорил, что они не понимают и я не виноват. Да, ты не виноват, Бай, ты не виноват. Это я виноват.
http://bllate.org/book/34686/4281781
Готово:
