Больно!
Когда Се Жань открыл глаза, перед ним предстали высокий шкаф и разбросанные по полу таблетки.
С раскалывающейся от боли головой он поднялся с пола, перед глазами внезапно потемнело, и ему пришлось ухватиться за что-то, чтобы кое-как устоять на ногах. Постояв так добрую минуту, он наконец смог разглядеть убранство комнаты.
Это была большая и даже роскошная комната — за всю свою двадцатитипятилетнюю жизнь Се Жань видел нечто подобное только в квартире одного из своих друзей-мажоров: простота, граничащая с роскошью, но при этом какая-то душная, лишенная воздуха. Свет, пробивающийся сквозь щель между шторами, позволял ему с трудом оценивать обстановку.
Не успел он привыкнуть к окружению, как в его голову хлынул огромный массив текста — самая настоящая предыстория. От неожиданности он выпустил из рук скользящее игровое кресло и снова рухнул на пол.
Что вообще происходит?!
На этот раз Се Жань наконец разобрался со своим текущим положением. Его звали Се Жань. Ночью, возвращаясь домой после сверхурочной работы, он попал под колеса потерявшей управление машины, а очнувшись, перенесся в этот мир. Вдобавок ко всему, внезапно всплывшие в памяти воспоминания постороннего наблюдателя, похожие на краткое содержание предыстории, заставили Се Жаня с внезапным ужасом вспомнить бумажный роман, который когда-то передавали из рук в руки в его школьном классе.
Попадание в книгу?! На то, чтобы свыкнуться с подобной паранормальной и необъяснимой с точки зрения науки вещью, Се Жаню потребовалось немало времени.
Если он не ошибался, его занесло в ту самую сетевую игру-ранобэ, которая так сильно впечатлила его в школьные годы. Он стал второстепенным персонажем-мажором, младшим братом главного героя и тем самым жалостливым Се, которого бесчисленные соотечественники по мужской линии называли ходячим банкоматом.
Почему первоначального владельца тела называли жалостливым? Да потому что он был немым из-за нарушения речи, вызванного детской травмой.
Се Жань попытался издати звук, но как бы сильно он ни старался, в ответ послышалось лишь нечто вроде хриплого, невероятно противного сипения надрывающегося горла.
Он действительно не мог говорить. Даже при том, что в этом теле теперь поселилась другая душа, присущие ему недуги никуда не делись. Это сулило мало хорошего: проблемы с речью доставляли колоссальные неудобства как в межличностном общении, так и в повседневной жизни. К тому же собственный характер Се Жаня был прямо противоположным характеру прежнего владельца — он вовсе не был замкнутым и очень любил общаться с людьми.
Эта книга запомнилась ему так ярко именно потому, что второстепенный персонаж носил с собой одно имя и фамилию. Одноклассники то и дело подшучивали над ним из-за этого, так что Се Жань от корки до корки изучил то самое ранобэ о прокачке в виртуальной реальности, уделив особое внимание сюжетным линиям этого маленького персонажа.
В романе прежний Се Жань служил лишь живым фоном, но то текстовое описание, что только что ворвалось в его голову, до боли напоминало прочитанную оригиналку — его можно было назвать расширенной и усложненной версией досье персонажа, полностью раскрывающей всю подноготную Се Жаня из книги.
Черт! Се Жань судорожно втянул воздух и растянулся на полу. С приведением мыслей в порядок на него накатила новая волна физической боли. Он протянул руку, подобрал около шеи упавший пузырек с таблетками и, лишь немного придя в себя, внимательно вчитался в надпись на этикетке — оказалось, это было снотворное.
Снотворное? Самоубийство?
Рука Се Жаня, сжимавшая пузырек, замерла. Кое-как поднявшись на ноги, он раздвинул шторы, и ослепительный свет залил комнату. Только теперь он смог отчетливо рассмотреть всё вокруг. Таблетки из выпавшего из рук флакона валялись по всему полу, кроме того, на ковре оказалось немало осколков фарфора, а основание разбитого сосуда валялось прямо у его ног.
Прежний хозяин тела, судя по всему, в огромной спешке пытался наглотаться снотворного, да так неудачно, что задел стоявший рядом шкаф и был насмерть придавлен рухнувшей вазой, после чего он, Се Жань, благополучно переместился сюда и унаследовал эту оболочку.
Погибнуть под упавшей вазой — на редкость драматичное начало. И с каких это пор столь опасные предметы ставят на верхние полки шкафов?! Разве жизнь прежнего владельца не была до крайности жалкой и удушливой?
У Се Жаня раскалывалась голова. К счастью, упал он мимо осколков, иначе при его нынешнем физическом состоянии к старым травмам наверняка добавились бы новые. Он помнил, что у прежнего Се Жаня дома была прислуга — почему же такой грохот не привлек ничьего внимания?
Он не стал ломать над этим голову, а просто посидел еще немного, приходя в себя. Впрочем, с его нынешним самочувствием, пожалуй, стоило обратиться к врачу.
Ладно, раз уж попал сюда — придется осваиваться. Раз уж со мной приключилась столь дивная вещь, как перемещение в другой мир, не исключено, что в реальности меня давным-давно раскатала машина. Вспоминая свое прошлое, Се Жань даже почувствовал некое облегчение от того, что был совершенно одинок. В конце концов, никому не придется долго убиваться по поводу его смерти, да и друзья наверняка быстро оправятся от утраты.
Вообще-то, так даже лучше.
Он упорядочил в голове текстовые воспоминания о прежнем владельце тела, после чего решил поискать аптечку первой помощи, чтобы обработать рану на лбу, а уже потом отправиться в больницу. Хотя, кроме боли, он пока ничего не чувствовал, для полной уверенности этому телу требовалось тщательное медицинское обследование.
У Се Жаня не было времени разглядывать усеянный осколками пол. Ковыляя, он добрался до ванной и увидел, что волосы на макушке прежнего владельца перепачканы кровью, причем некоторые пряди выглядели пугающе ярко. Он торопливо схватил несколько салфеток и прижал их ко лбу — кровь действительно продолжала сочиться.
Сначала нужно заняться раной, дома наверняка должна быть дежурная аптечка.
Вернувшись в комнату, Се Жань порылся в кошельке прежнего хозяина, захватил телефон и уже собирался выйти, но стоило его пальцам коснуться дверной ручки, как на него накатила волна сильнейшей тошноты и головокружения. Едва удержавшись на ногах, он ощутил, как жгучая, удушливая тоска заставила его посмотреть в другой конец комнаты.
Должно быть, сама судьба забросила в него столь драматичное явление... Неужели сознание прежнего хозяина всё еще теплится в этом теле?
Се Жань слегка нахмурился, но все же поддался внутреннему зову и зашагал в тот угол. Куда именно прежний владелец хотел его привести?
Это был один из углов комнаты, где самым приметным предметом являлся компьютер с запущенным игровым клиентом. В студенческие годы Се Жань немало времени проводил за видеоиграми, поэтому без труда узнал типичный интерфейс какой-то ММО, причем находившийся в состоянии гибели персонажа — в черно-белой гамме.
Ты хочешь, чтобы я разобрался с этим?
Се Жань не мог напрямую общаться с тем волевым импульсом, но стоило ему усесться в игровое кресло, как это ощущение внезапно испарилось, уступив место новому потоку мыслей, отчетливо оформившемуся в его голове:
Я хочу стать очень сильным, и я хочу, чтобы многие меня любили.
Таково было предсмертное желание прежнего владельца?
В глазах Се Жаня, если бы кто-то другой высказал подобное, он счел бы эти мысли непрактичными и смехотворными. Но если примерить их на эту книгу, на прежнего хозяина тела — еще совсем юного паренька, — то при всей наивности и юношеском максимализме Се Жань находил это предсмертное желание до боли жалким и унизительным.
Прежний владелец был богатым наследником: в семье водились деньги, родители были состоятельными людьми, а среди ровесников выделялся старший брат, преуспевающий во всем. Однако в раннем детстве из-за какого-то несчастного случая у него развилось нарушение речи, и с тех пор он стал немым.
Родители не любили его, брат не баловал вниманием, и постепенно мальчик замкнулся в себе, став угрюмым отшельником.
Мало того, что он был обделен теплом и заботой в реальном мире, так еще и в течение всего прошлого семестра из-за своего характера и недуга подвергался травле в школе. Даже в видеоиграх он неизменно становился жертвой беспрерывного кемпинга на трупе, и никакие вливания реальных денег уже не могли его спасти. У него не было друзей в реальной жизни, а круг общения ограничивался парой скупых строчек в кратком досье персонажа.
Если взглянуть на это глазами стороннего наблюдателя, вся жизнь прежнего владельца, за исключением богатого происхождения, состояла из сплошного и жирного слова боль.
Сетевая игра, видеоигра?
И правда, плата за его перемещение оказалась не столь уж простой — вероятно, ему придется разгрести все эти проблемы, чтобы прежний хозяин смог окончательно и без сожалений покинуть этот мир.
Се Жань перевел взгляд на компьютерный монитор. На черно-белом экране виднелись всплывающие пузыри с репликами.
[Текущий] Байлунма Бубай: Да ладно? Пару раз слили — и уже в афк? Притворяешься мертвым? Вставай, потанцуем [средний палец].
[Текущий] Чи Манго: Одиночка посмел позариться на целебные травы нашей гильдии! Хватило духу отжать траву, так хватило бы и смелости встать и драться по-честному, а?
[Текущий] Байлунма Бубай: Мусор.
[Текущий] Чи Манго: Сынок, скажи папочке что-нибудь ласковое, и папка убьет тебя на пару раз меньше.
...
Се Жань, морщась от головной боли, смотрел на строчки текста, выскакивавшие на черно-белом мониторе. Честно говоря, при виде этих слов в нем самом поднялась волна чистейшей ярости — это чувство досталось ему в наследство от прежнего владельца. Похоже, тот решился наглотаться снотворного не на пустом месте: жизнь и так не баловала, но именно этот инцидент в игре стал той самой последней соломинкой, что переломила спину верблюда.
Его никто не любил, и он искренне верил, что собственное существование — лишь обуза для окружающих.
Лицо Се Жаня оставалось бесстрастным, но в мыслях он понимал: подобные бесчинства зарвавшихся хамов в онлайн-играх — далеко не редкость, и именно это окончательно подорвало и без того шаткую психику прежнего хозяина.
Устроить осаду на месте возрождения, да еще и иметь наглость качать права?
Взгляд Се Жаня сузился.
К счастью, все игровые интерфейсы устроены по одному шаблону, и Се Жань быстро отыскал историю сообщений в текущем канале, восстановив всю хронологию событий от начала до конца.
Прежний владелец случайно выкопал в дикой местности [Траву Пернатого Духа]. Такие целебные травы росли в диких зонах игрового мира, выпадали с крайне низкой вероятностью, и обычно их монополизировали торговцы крупных гильдий, чтобы поставлять своему руководству. На текущем игровом рынке этот предмет пользовался огромным спросом и стоил больших денег.
Говорить о монополии было громко — на деле торговцы просто рассаживали твинков по точкам появления и тупо ждали таймеров респауна. При этом локация оставалась общедоступной, и любой случайный прохожий в любой момент мог наткнуться на жестокй ресурс.
Трава, которую по нелепой случайности выкопал прежний владелец, предназначалась в качестве домашней заготовки для жены главы Несокрушимых Богов — доминирующей гильдии на их сервере. Когда парень по ошибке сорвал растение, он изначально собирался выкупить его у госпожи главы по рыночной цене, но это лишь сильнее ее разъярило, что и привело к нынешней осаде трупа на открытой местности.
Изучив ситуацию, Се Жань пришел к выводу, что выражения в чате действительно переходили все границы — поношение предков до восемнадцатого колена выглядело еще цветотками.
В романе Шаг к небесам в виртуальной реальности главный герой придерживался классического стиля мужского протагониста в жанре прокачки, обладая бесконечными золотыми пальцами. И прежний владелец как раз должен был стать одним из таких читов.
Се Жань довольно отчетливо помнил этот эпизод из книги. Именно в этот момент главный герой Цинчэн Тянь впервые встречается в игре с прежним владельцем Фэн Юйжанем. Это была та самая сладостная сцена, где протагонист встает на защиту слабого, проявляя благородство. И именно благодаря этому инциденту прежний хозяин добровольно вызвался стать шестеркой Цинчэн Тяня, а в дальнейшем превратился в его личный банкомат.
Именно так — банкомат. Наивный дурачок прежний владелец после того, как главный герой проявил к нему мнимую доброту, начал безоговорочно вливать в него деньги, лишь бы эта игровая связь не обрывалась. Он искренне считал, что раз у него нет других талантов, кроме тугой мошны, то раз уж он может помочь главному герою и поддержать между ними статус старшего и младшего братьев, то и просить протагониста ни о чем не нужно — он готов был отдавать деньги добровольно.
Главный герой захочет топ-экипировку? Прежний владелец оплачивает материалы.
Главный герой захочет основать гильдию? Прежний владелец выкупает патент на создание гильдии за свои кровные.
...
Позже, когда протагонист возжелал поразвлечься с девчонками, прежний владелец даже бронировал для него отели и выкупал целые заведения...
В текущем канале тем временем продолжали сыпаться издевательские реплики, призванные еще сильнее задеть жертву. Се Жань молча дочитал историю сообщений, глядя на застрявших на месте убийства игроков, и наконец застучал по клавишам, вбивая текст в поле ввода.
[Текущий] Фэн Юйжань: Подождите секунду.
http://bllate.org/book/34674/4280190
Готово:
