Говорили же, что он мастерски умеет и яму выкопать, и землей ее засыпать, а теперь оставалось лишь дожидаться, пока жертва сама туда с радостью прыгнет.
Но со стороны это свалившееся с небес чудо казалось для Юй Чэна не иначе как манной небесной, подарком самой судьбы.
Я-то думал, чему это Юй Чэн в последнее время так радовался, а он, оказывается, заимел влиятельного покровителя и теперь кичится своей крышей.
Вроде по фамилии Пэй, это он помог Юй Чэну пробиться в Home...
С одной стороны ищет богатого спонсора, с другой — строит из себя преданного фаната Чу Ханьфэна, совсем стыд потерял. Говорят, вчера, развлекаясь со спонсором, он случайно столкнулся с Чу Ханьфэном, так Юй Чэн даже пирог открыть не смел от страха.
Ну и что, что есть спонсор? Если бы Тун Ши не уступил ему эту возможность, с чего бы ему так зазнаваться... Чего ты меня толкаешь?
Трое шли по коридору и оживленно спорили, совершенно не ожидая, что Юй Чэн, которого не было видно уже несколько дней, внезапно, словно в огне, появится в компании. Их шаги тут же оборвались.
А Юй Чэн бросил на них легкий взгляд из-под полуопущенных ресниц, и в тот момент, когда их глаза встретились, в его ленивой насмешке проступило еще большее веселье.
Сказать, что ему было совсем не совестно — соврать.
Но обычно Юй Чэн всегда смотрел на всех свысока, и желающих задвинуть его было хоть отбавляй. Стоило им с таким трудом дождаться, пока Юй Чэн оступится, как не прошло и нескольких дней, а у него уже появились признаки возрождения из пепла — от этого просто жутко полыхало.
Особенно после такого косого взгляда со стороны Юй Чэна...
Тот человек со злости потерял рассудок и огрызнулся: Не толкай меня, я же ничего не придумал.
Эти слова были адресованы не самому Юй Чэну, но намеренно повышенный тон и утрированная интонация делали смысл очевидным.
Юй Чэн остановился и повернулся.
В компании и без того было полно артистов, особенно после того, как в последние годы один за другим посыпались различные шоу на выживание: никого не волновало наличие реального потенциала, контракты подписывали со всеми подряд, ведь даже если из сотни человек выбивался всего один темный лошадник, компания оставалась в плюсе.
Юй Чэн задумался на мгновение, но так и не смог вспомнить имя стоящего перед ним человека.
Пожалуй, из-за того, что Юй Чэн прямо написал свои мысли на лице, у собеседника не прошло и полсекунды, как лицо из красного стало свинцовым, и он в еще большем озлоблении выпалил: Ну и что, что у тебя есть покровитель, подумаешь, великое дело.
От этого заявления Юй Чэн только рассмеялся, даже не пытаясь ничего опровергать, и с издевкой бросил: А что не так с покровителем?
Видимо, не ожидая, что Юй Чэн посмеет так открыто и бесстыдно признать это среди бела дня, тот на мгновение подавился и не смог сразу найти ответ.
Насмешка в глазах Юй Чэна не угасла: Мало того, что у меня есть покровитель, я еще и красивее тебя. Есть возражения?
Ты...
Да сходил бы ты на мастер-класс к своему Тун Ши, хоть перестал бы быть полным нулем в интернете, от нечего делать только и способного что языком за спиной трепать.
Не обращая внимания на тихие уговоры товарища, этот парень покраснел от злости, задыхаясь всё тяжелее, и выкрикнул: Всё лучше, чем твоя бесстыдная дурная слава! Мало того, что обидел Тун Ши, так еще и целыми днями только и знаешь, что паразитируешь на популярности Чу Ханьфэна, хоть посмотри, знает ли тебя вообще Чу Ханьфэн!
Хотя ему вовсе не хотелось произносить это имя...
Юй Чэн усмехнулся и чуть прикрыл глаза: А то, знает меня Чу Ханьфэн или нет, какое тебе дело?
Я просто за Чу Ханьфэна...
Или... — не успел он договорить, как Юй Чэн резко оборвал его: Он меня не знает, так, по-твоему, тебя знает?Если подумать, он не просто был знаком с Чу Ханьфэном — они больше полугода ели из одной чашки и жили под одной крышей.
В то время его отец Юй Чжэнсян с большим трудом покончил со своим многолетним холостяцким прошлым и познакомился с Со Н Фэйвань, которую в прошлом веке называли легендой киноэкрана. Позднее их отношения постепенно стали ближе, и Юй Чжэнсян взял его с собой, чтобы познакомить с Сун Фэйвань.
Время казалось удивительно мягким: оно не оставило никаких следов на лице этой ушедшей со сцены актрисы, и она по-прежнему оставалась яркой и потрясающе красивой женщиной. Если бы он раньше не слышал об этом от Юй Чжэнсяна, Юй Чэн ни за что бы не подумал, что у неё есть ещё и пятнадцатилетний сын.В тот день, когда он прибыл на место, остальные уже собрались, и этот юноша как раз сидел под мягким светом ресторанных ламп. В игре теней и света его брови и глаза казались особенно выразительными и глубокими, а темные зрачки под рассеянным сиянием сияли, словно усыпанное яркими звездами небо. В тот миг, когда его веки дрогнули и он посмотрел на него, взгляд словно затянуло дымкой фильтра, добавившей ему тепла, которого на самом деле не было, и создавшей обманчивое впечатление мягкости и дружелюбия.
То была первая встреча Юй Чэна с Чу Ханьфэном.
Надев кепку и защитную маску, он украдкой перевел взгляд с лица Сун Фэйвань на сидевшую рядом худощавую фигуру и задержал его на несколько мгновений.
Хотя он еще не обладал нынешней подтянутой и прямой осанкой, в то время рост Чу Ханьфэна уже считался высоким среди сверстников. Тощий, но не хрупкий, он обладал той особой утонченной и благородной элегантностью, которая свойственна исключительно юношам.
А затем он, не удержавшись, сквозь маску чихнул.
То ли легкая лихорадка, вызванная простудой накануне, еще не до конца отступила, то ли просто заложило нос, но Юй Чэн чувствовал, как у него кружится голова, а в горле ощущался жар.Позже, по мере того как проходило всё больше времени в общении с Чу Ханьфэном, он начал думать, что тогда это была любовь с первого взгляда.
Теперь же, размышляя об этом заново, он понимал, что, скорее всего, это была просто банальная простуда.
Точно так же, как и сейчас.
Простуда, подхваченная неделю назад из-за купания в ледяной воде, ещё до конца не прошла, и Юй Чэн, глядя на Чжун Куня, у которого лицо было ещё мрачнее его собственного, чувствовал, как у него слегка кружится голова.
Тот глубоко вздохнул, окинул Юй Чэна взглядом с ног до головы и презрительно фыркнул:
— Кто здесь в конце концов генеральный директор — ты или я? Раньше ты творил что хотел — и ладно, но теперь ты заваливаешься прямо в мой кабинет, чтобы торговаться со мной? Ты и вправду думаешь, что я ничего не смогу тебе сделать?
Юй Чэн с непринужденным видом сидел перед рабочим столом Чжун Куня, закинув ногу на ногу, смотрел на него в ответ и с усмешкой произнес:
— То, что ты называешь возможностью разобраться со мной — это поморить меня несколько дней голодом, а потом снова заставить участвовать в шоу?
В его тоне сквозило такое презрение, будто в самом конце он собирался добавить пренебрежительное: «Мелкая сошка».
Чжун Кунь едва не схватил сердечный приступ от злости.
Он думал, что поведение Юй Чэна в тот день означало, что тот готов склонить перед ним голову, поэтому и дал ему небольшую поблажку, но никак не ожитал, что этот наглец останется таким же упрямым.
Подумав пару мгновений, он тут-же всё понял:
— И правда, присосался к какому-то богатому сынку, совсем забыл, кто ты есть и чего стоишь?С этими словами Чжун Кунь бросил взгляд мимо лица Юй Чэна на плотно закрытую дверь кабинета и насмешливо бросил:
— Подумаешь, Пэй Янь! Какая может быть мощь у семейки, которая держит сеть ресторанов и клубов? Нажив себе врагов, долго он не продержится, и глядишь, в один прекрасный день у него даже не останется сил, чтобы тебя прикрывать.
http://bllate.org/book/34623/4272384
Готово:
