Видя неловкое выражение на лице короля песен, Чэн Е поспешил разрядить обстановку:
— Ладно, на самом деле пол был скользкий. Я просто хотел предупредить лучшую актрису, которая вот-вот должна была выйти на сцену, чтобы она была осторожнее и не упала, отбирая у меня все заголовки новостей.
Видео на огромном экране тут же переключилось на пять актрис, номинированных на звание лучшей актрисы. Они одарили зал смущенными или ироничными улыбками.
— Конечно, обаяние короля песен тоже огромно — я не смог удержаться и пал к его ногам.
По залу вновь прокатилась волна смеха, полностью заглушив слегка покрасневшее лицо Юнь Лошэна.
Этот экспромт Чэн Е буквально оживил клонившуюся ко сну церемонию награждения. Не зря Чэн Е считается самым востребованным артистом современности: он всегда знает, что от него требуется, и всегда может это исполнить.
Возможно, из-за недовольства тем, что главный соперник перетянул на себя всё внимание, лицо Бай Шэна, сидевшего в кресле, выглядело далеко не лучшим образом. Его лицо, будто высеченное из камня, казалось еще мрачнее; он даже забыл поаплодировать, когда на сцену за наградой вышла лучшая актриса Мэн Цинь.
Сидевший рядом актер-ветеран заметил неладное:
— Сяо Бай, ты нервничаешь?
Бай Шэн покачал головой. Ничего страшного, то, что должно принадлежать ему, от него не уйдет.
К этому моменту с начала церемонии прошло уже более четырех часов, и наконец настал самый важный момент — объявление лучшего актера.
По традиции, перед оглашением результатов ведущий Чжао Дань должен был взять интервью у пяти кандидатов, задав несколько стандартных вопросов: о настроении, о том, верят ли они в свою победу, и так далее.
По логике, четверо кандидатов, помимо Чэн Е, были новичками-идолами, и их ответы должны были быть сдержанными. Для опытного ведущего, каким был Чжао Дань, такая беседа должна была стать легкой прогулкой, но Бай Шэн, будучи альфой, был переменной, которую невозможно просчитать.
Бай Шэн — самый молодой среди номинантов. В свои 22 года он вошел в число претендентов на премию Цзиньмо за роль императора У в своем дебютном фильме «Река истории». Его по праву называли монстром-новичком.
«Река истории» — масштабная постановка класса S+, снятая известным режиссером Фу Юэ. Фильм даже демонстрировался на международной премии «Лебедь», а вокруг подбора актеров разыгрались нешуточные страсти.
Тот факт, что в своем первом же фильме он смог поработать с Фу Юэ, говорит о многом. Ходили слухи, что он — третий молодой господин богатейшей семьи страны, Корпорации Бай, другие же поговаривали, что он незаконнорожденный сын короля страны D. Где правда, а где ложь — никто не знал.
Большинство альф обладают холодным, аристократичным темпераментом, к ним трудно подступиться, а Бай Шэн с его ростом метр девяносто два был среди них первым. Он слыл в кругах шоу-бизнеса самым трудным собеседником, и многие знаменитые ведущие уже «обломали об него зубы».
Чжао Дань, впервые столкнувшийся с Бай Шэном, испытывал опасение: что, если парень просто промолчит? Как тогда спасать эфир?
Чжао Дань с улыбкой начал беседу, надеясь, что на доброжелательность ответят тем же:
— Поздравляю с номинацией. Что вы чувствуете, впервые попав в этот список?
— … — выражение лица Бай Шэна не изменилось ни на йоту. Атмосфера мгновенно стала крайне неловкой.
— Это большая честь? — поспешил сгладить углы Чжао Дань.
— …Да, — едва заметно кивнул Бай Шэн.
«Действительно, непростой орешек», — подумал Чжао Дань и, набравшись храбрости, продолжил:
— А как вы считаете, сможете ли вы получить эту награду?
— Нет, эта награда принадлежит Чэн Е.
???!
Чжао Дань, который мечтал лишь поскорее закончить интервью, был шокирован услышанным и на мгновение потерял дар речи.
Однако Бай Шэн не остановился. Сняв солнечные очки, он посмотрел на собеседника совершенно искренне:
— Актерская игра Чэн Е в фильме «Здравствуй, ясный день» безупречна, можно сказать, это лучшее, что было в истории нашего кино. Я попал в список номинантов только благодаря хорошему режиссеру и сценарию, моя же собственная игра еще далека от идеала.
— Я часто думаю, — продолжил Бай Шэн, игнорируя попытку ведущего прервать его, — что если принять высший балл за сотню, то я набрал лишь восемьдесят. Если бы эту роль играл Чэн Е, он бы точно получил сто двадцать. Я сегодня сижу здесь только для того, чтобы вблизи насладиться его игрой! Он мой кумир, вдохновивший меня прийти в эту профессию…
«Черт, черт, черт!» Чэн Е от ужаса был готов позеленеть.
Неужели нынешние молодые люди готовы на любую подлость, лишь бы хайпануть? Помимо того единственного приветствия, когда он занял свое место, Бай Шэн не проронил ни слова, сохраняя холодный и надменный вид. Откуда вдруг взялось это красноречие?
Это же чистой воды попытка прославиться за его счет!
Если в зоне автографов никто не слышал тихих слов Бай Шэна, то теперь, держа в руках микрофон, он продолжал обращаться к старшему коллеге просто по имени — Чэн Е, — ни капли не выказывая уважения.
Чэн Е больше не мог сидеть сложа руки. Он поспешно протянул руку, чтобы пожать ладонь альфе, который был выше его на полголовы, и прервал поток его слов:
— Добро пожаловать на мою встречу с фанатами, малыш. Не нервничай, на премьере моего следующего фильма я обязательно приберегу для тебя билет в первом ряду.
Сказав это, Чэн Е поднялся и направился к трем оставшимся кандидатам, пожимая каждому руку:
— Вы ведь тоже мои фанаты, верно?
Трое упомянутых опешили, но тут же дружно закивали.
— И вам достанутся билеты, но в первом ряду могут сидеть только самые преданные поклонники.
Он взял микрофон и повернулся к залу:
— На следующей премьере я арендую площадку побольше и разыграю среди фанатов бесплатные пригласительные.
Зал мгновенно взорвался овациями! Остальные трое претендентов на звание лучшего актера встали и начали аплодировать вместе со зрителями — все, кроме Бай Шэна, чье лицо оставалось каменным.
Видя, что атмосфера накалилась, ведущий Чжао Дань решил ковать железо, пока горячо, и пригласил на сцену вручантов. Одним из них был председатель жюри Лю Цзянькан, другой — международная модель Шу Вэй.
Хотя они работали вместе впервые, дуэт оказался на редкость слаженным, и в два счета они подкололи всех пятерых номинантов.
Выждав достаточно времени, Лю Цзянькан решительно вскрыл конверт:
— А теперь я объявляю: обладателем премии Цзиньмо в номинации Лучший актер становится…
Чэн Е про себя начал обратный отсчет, ожидая, что через секунду его имя огласят на весь зал.
— …обладателем премии становится Бай Шэн! Поздравляем, Сяо Бай!
Услышав имя Бай Шэна, Чэн Е не мог в это поверить. В одно мгновение его охватила слабость.
«Нельзя падать!» — приказал себе Чэн Е, сжимая кулаки так, что чуть не пробил кожу ногтями.
Все камеры сейчас были направлены на него, бесчисленные хейтеры только и ждали повода позлорадствовать. Он не мог позволить им победить.
Чэн Е улыбнулся и зааплодировал, внешне сохраняя безупречную выдержку, словно неудача на премии Цзиньмо для него ничего не значила. Но только он сам знал, как сейчас обливается кровью его сердце — это была невыносимая, раздирающая душу боль.
Этот день должен был стать бенефисом Чэн Е. Цветы для короля песен, отпор Бай Шэну — все было в его руках. Но награда досталась Бай Шэну, и все его сегодняшние действия превратились в посмешище.
Можно было предвидеть, что его колкости в адрес Бай Шэна теперь будут припоминать ему на каждом шагу, используя как инструмент для унижения.
Победителей не судят, так было во все времена. У Чэн Е не было права жаловаться. Но он действительно был разочарован.
Все эти годы он раз за разом испытывал пределы своих возможностей, ставил на кон жизнь, лишь бы исполнить давнюю мечту — заполучить этот последний жемчуг, премию Цзиньмо. Он пришел сюда, полный решимости, но вновь потерпел поражение.
Один лишь бог знает, сколько усилий ему стоило заставить себя не уйти с церемонии немедленно.
…
На следующее утро Чэн Е очнулся от тяжелого похмелья. Он помнил лишь то, что награда досталась Бай Шэну, и что он даже не пошел на праздничный банкет съемочной группы «Здравствуй, ясный день». О произошедшем накануне он думать не хотел, да и вспомнить толком ничего не мог.
Стоило включить телевизор, как экран запестрел новостями о триумфе Бай Шэна. Он выключил ТВ и открыл социальные сети: на первом месте в трендах снова красовалось: #Чэн Е с треском проиграл Бай Шэну#.
Не каждый лауреат Цзиньмо раздувает такой ажиотаж, как Бай Шэн. Помимо того, что он воспользовался неудачей Чэн Е, который четырежды номинировался и ни разу не выиграл, в ход пошли и байки с премии «Лебедь».
Изначально хейтеры насмешливо прозвали Бай Шэна Императором Уверенности или Лягушонком — всё из-за его «скромного» поведения на той премии.
В прошлом году он, будучи исполнителем главной роли в «Реке истории», шел по красной дорожке вслед за режиссером Фу Юэ. Когда журналисты в интервью спросили его, какова его цель в индустрии развлечений, он не стал отвечать прямо, а лишь повернулся и посмотрел на логотип премии «Лебедь». Его амбиции были понятны без слов.
Тогда многие насмехались над ним, говоря, что обычная жаба возомнила, будто может отведать лебединого мяса. И вот, не прошло и года, как он обошел Чэн Е, самого молодого обладателя премии «Лебедь», и забрал Цзиньмо.
Это был настоящий, потрясающий воображение реванш, разгромная победа.
Образ гения, ставшего легендой с первой же роли, — это то, что так любят зрители. А если добавить к этому его «почтительные» слова в адрес Чэн Е на церемонии, то эффект превзошел все ожидания — даже не пришлось нанимать армию ботов, чтобы занять все первые полосы.
«Лягушка превратилась в принца, теперь и премия «Лебедь» не за горами?»
«Бай Шэн бросает вызов Чэн Е, Цзиньмо уже в кармане»
«Двойная победа! Чэн Е получает фаната, фанат получает кубок»
«Проиграл награду и опозорился, Чэн Е замечен пьяным в слезах»
«Принцесса-омега из страны К. без ума от Бай Шэна, желает взять его в мужья»
Чэн Е бегло просмотрел заголовки и спокойно выключил телефон. А затем — швырнул его в дверь!
Звука разбивающегося стекла не последовало: телефон на лету поймал Лу Юй, его незаменимый агент.
Держа в одной руке несколько упаковок острой закуски, он редким для него мягким голосом принялся успокаивать актера:
— Чэн Лаоши, ну зачем так злиться? Это у жюри глаза не на том месте, это не ваша вина.
— Злюсь на этих заморских чертей, — Чэн Е вернул себе маску невозмутимости. — Просто телефон показался мне дряхлым, хотел обновить на новый.
«Ты этот телефон купил неделю назад, вообще-то», — мысленно закатил глаза Лу Юй.
— Что это за коробка у тебя в ногах? — перевел тему Чэн Е.
— Это карточки из поздравительных букетов, — Лу Юй взял коробку и открыл ее, невозмутимо добавив: — Разве Чэн Лаоши не говорил собрать их, чтобы потом ответить на любезности?
Точно. Пусть он и не получил награду, люди, приславшие пожелания, ни в чем не виноваты.
Чэн Е небрежно взял одну из карточек, и слова, написанные там, заставили даже старого прожженного интригана, каким был Чэн Е, слегка покраснеть.
«Премия Цзиньмо принадлежит только тебе, иначе жюри просто слепы. Остальным актерам, чтобы догнать тебя, нужно сниматься еще как минимум тысячу лет».
http://bllate.org/book/34622/4272278
Готово:
