Глава 7. Его крестный отец
Человек на полу не шевелился, казалось, он потерял сознание. Ученики испуганно отступили назад, наблюдая, как профессор Макгонагалл идет вперед, подняв волшебную палочку. Гарри посмотрел, как она взмахом палочки заставила веревки перевернуть человека лицом вверх — на его лбу уже красовалась огромная шишка, — а затем судорожно втянул воздух. Вглядевшись в искаженное лицо, она бросила через плечо:
— Всем оставаться на местах и ждать меня, никому никуда не уходить.
После этого она применила заклинание Левитации, чтобы поднять Питера в воздух, и вышла из класса.
Гарри рухнул на стул и только теперь заметил, что ладонь, сжимавшая волшебную палочку, полностью вспотела. Питер потерял сознание и не очнется еще какое-то время, и это было просто замечательно. Впрочем, даже будь он в сознании, сбежать из замка не получилось бы — сейчас вам не хижина в Годриковой Впадине. Отрешенно уставившись на паука, заползшего на край стола, он лишь когда тот начал спускаться на паутине, с запозданием сообразил, что это его собственный питомец. Ему ведь еще нужно потренироваться на нем в сменицких чарах, чтобы смыть предыдущие чары обнаружения. Гарри на уровне рефлекса выкрикнул:
— Оцепеней!
Тонкая нить сорвалась с кончика его палочки и безошибочно опутала пытавшееся сбежать членистоногое. Паук повис вниз головой в воздухе, беспомощно дрыгая лапками. Гарри чуть дернул палочку вверх, и паутиной паука швырнуло в круглую чашку на столе.
— Краснеиди! — указал он на паука, и тот, барахтаясь в чашке, стал переворачиваться, а его окрас начал медленно меняться на красный.
С этим покончено. Гарри откинулся на спинку стула и лишь теперь заметил, что его одноклассники, до этого шушукавшиеся между собой, почему-то замолчали и теперь смотрят на него с благоговейным трепетом.
— Эм, я вовсе не… — Гарри сглотнул слюну, привлекать к себе столько внимания он не собирался. — То есть, профессор Макгонагалл ведь только что так сказала, разве нет?
— О, Гарри! — Гермиона широко распахнула глаза. — У тебя получилось с первого раза!
Она явно собиралась сказать что-то еще, но Гарри вовсе не горел желанием слушать о том, что в Руководстве по начальной трансфигурации об этом заклинании ничего не сказано, и поспешно перебил ее:
— Разве мы не должны начать практику? Профессор Макгонагалл вернется через минуту и наверняка все проверит…
Гермиона нахмурилась: она видела, что Гарри не хочет говорить на эту тему, но не понимала почему. Очевидно, что у Гарри всегда все получалось отлично, однако на уроках он вел себя точно так же, как все остальные. Да и Том тоже… Гермиона бросила взгляд на черноволосого черноволосого черноголового мальчика, который с заметным интересом разглядывал Гарри. На самом деле эти двое были очень похожи, гневно подумала Гермиона: оставалось надеяться, что у Гарри найдется столь же веская причина, как у Тома! Чувство, когда ты уступаешь первое место кому-то другому, было просто отвратительным! И ведь сразу двоим!
Когда профессор Макгонагалл толкнула дверь, то обнаружила, что ее ученики сбились в кучки и вовсю обсуждают превратившуюся в человека крысу. Она кашлянула, и в классе мгновенно воцарилась тишина:
— Мистер Поттер, мистер Уизли, вам лучше пройти со мной в кабинет директора.
Рон явно сильно нервничал, он умоляюще посмотрел на Гарри и заметил, что тот уже сделал шаг вперед.
Оба мальчика двинулись вслед за ведьмой в остроконечной шляпе. Когда Гарри закрывал дверь, до него донеслись еще более оживленные голоса. Он догадывался, с чем им предстоит столкнуться, и, пожалуй, это было единственное за последнее время, что могло его обрадовать. Было бы здорово, если бы Сириус ждал его прямо в кабинете директора, подумал Гарри, хотя вряд ли все произойдет так быстро — сначала ему придется как-то умаслить Дамблдора.
Они шли по замку, профессор Макгонагалл вела их какими-то замысловатыми окольными путями и наконец остановилась перед огромной каменной горгульей.
— Берти Ботт со вкусом ушной серы.
Профессор Макгонагалл выглядела так, будто ей отчаянно не хотелось произносить эти слова, но горгулья ожила и отпрыгнула в сторону. Рон уставился на открывшуюся за ней винтовую каменную лестницу и в некотором колебании последовал за ними.
Когда профессор Макгонагалл отворила дверь, Гарри успел заметить, как в камине исчезает зелено-желтая полосатая цилиндрическая шляпа. Фардж уже побывал здесь, с облегчением подумал Гарри, еще никогда он так не радовался появлению министра магии. Сириус сможет выйти на свободу очень скоро… Подумав об этом, Гарри поднял глаза и встретился взглядом с пронзительными голубыми глазами директора, которые были устремлены на сжавшегося в комок человека на полу. Рядом с ним стоял хмурый профессор зельеварения.
Всегда безупречный пол кабинета директора был усыпан осколками стекла, и Гарри догадывался почему: кто-то случайно опрокинул флакон с сывороткой правды, на дне которого еще оставалась прозрачная жидкость. Портреты на стенах шушукались между собой, причем один из них выглядел особенно разъяренным:
— Подлая скотина! Бессовестный предатель! Как он смеет порочить благородный род Блэков!
Это был Финеас Найджеллус Блэк, он яростно махал кулаками в сторону человека на полу.
Заметив вошедших, Дамблдор поднял руку, призывая портреты к молчанию, и в комнате моментально стихло.
— Спасибо, Минерва, — произнес он, и та кивнула, отходя в сторону.
Затем Дамблдор повернулся к двум мальчикам, явно не знавшим, куда себя деть, и заговорил несколько тяжелым тоном:
— Дети, полагаю, мы только что выяснили нечто крайне важное, и это напрямую связано с вами.
Рон со страхом уставился на человека на полу и испуганно пискнул:
— Сэр, я понятия не имею…
Дамблдор успокаивающе кивнул ему:
— Да, Рон, до сих пор мы все ничего не знали.
Его взгляд снова опустился на пол, и Гарри был уверен, что заметил гнев в тех голубых глазах:
— Кто бы мог подумать, что человек, получивший орден Мерлина первой степени и убитый Пожирателями Смерти десять лет назад, все еще преспокойно стоит перед нами?
Лежащая на полу фигура слегка задрожала — заклинание оцепенения с него еще не сняли. Гарри и Рон во все глаза смотрели на него, а Дамблдор продолжал:
— Он — незаконный анимаг. После того как Волан-де-Морт потерпел крах…
От этого имени Рон и профессор Макгонагалл невольно содрогнулись.
— …он превратился в крысу и нашел приют в волшебной семье.
— Сэр… — дрожащим голосом проговорил Рон, пугаясь еще сильнее. — Вы хотите сказать… что мы всей семьей жили под одной крышей с Пожирателем Смерти целых десять лет?
— Боюсь, что так, мой мальчик, — сурово ответил Дамблдор. — Должен сказать, это просто чудо, что ничего не случилось.
Лицо Рона стало совсем бледным.
Заметив скользнувший по нему взгляд Дамблдора, Гарри решил, что должен изобразить недоумение:
— Но, сэр, какое отношение это имеет ко мне?
Дамблдор посмотрел на Гарри, и его голос звучал тяжело:
— Тот орден был присужден ему за жертву, но должен сказать, мы все это время заблуждались насчет одного обстоятельства.
— Сириус Блэк был тем Пожирателем Смерти, которого тогда обвинили в убийстве Питера, — Дамблдор встал и обошел свой рабочий стол. — Вся правда в том, что Сириус обнаружил, что Питер — Пожиратель Смерти. Когда он пустился за ним в погоню, Питер взорвал пол-улицы, а затем сбежал в образе крысы, оставив после себя лишь обрубок пальца в качестве крупнейшего куска плоти.
Сидевший с опущенной головой Питер вдруг издал пронзительный визг — это Дамблдор с помощью магии заставил его сменить позу, обнажив изуродованную руку. Снегг тяжело фыркнул.
— Питер мастерски притворялся. Сириус разоблачил его из-за гибели Джеймса и Лили Поттер, когда Волан-де-Морт отыскал их убежище. Питер был их Хранителем Тайны, в то время как все мы считали, будто им был Сириус.
Дамблдор пристально поглядел на Гарри.
Гарри чувствовал, что ему даже не нужно применять Оклюменцию, чтобы в полной мере выразить те эмоции, которые он должен был испытывать сейчас; на самом деле он все это время сдерживал собственную ярость.
— Сэр… это он погубил моих родителей?
Питер всхлипнул, и в этом звуке страха было куда больше, чем раскаяния:
— Вы не понимаете… как ужасен Тёмный Лорд…
Дамблдор положил руку Гарри на плечо, заметив выражение его лица — казалось, мальчик готов был прямо сейчас наслать на Питера пару проклятий. Гарри в упор глядел на Питера и услышал, как Дамблдор говорит Рону:
— Мистер Уизли, я рассчитываю, что происходящее здесь останется между нами. Артура и Молли я уже оповестил.
Рон кивнул, вид у него был до смерти перепуганный. Дамблдор бросил взгляд на его побледневшее лицо:
— Минерва, будьте добры, проводите мистер Уизли в больничное крыло, хорошо?
Макгонагалл кивнула и увела Рона.
— Северус, благодарю за зелье. Полагаю, у меня есть пара слов для Гарри…
Не успел Дамблдор договорить, как черноволосый мужчина двинулся с места:
— Тогда я пойду, директор.
Гарри поднял голову и встретился взглядом со Снеггом. Они какое-то время смотрели друг на друга, и Гарри на мгновение показалось, что в глазах Снегга мелькнуло нечто вроде раскаяния, но то выражение быстро сменилось привычной неприязнью, и профессор, взметнув черные полы мантия, вышел прочь.
— Гарри, ты как? — отпустив остальных, Дамблдор повернулся к Гарри.
Гарри уже перевел взгляд обратно на Питера и сквозь зубы процедил:
— Хотел бы преподать ему урок, сэр, если вы, конечно, уберете руку…
В его голове проносились воспоминания о событиях в хижине, о том, как Питер тогда ускользнул от него… о серебряной руке, подаренной Волан-де-Мортом при возрождении… и о том, как под конец его собственная нерешительность или остатки былой доброты привели к тому, что эта рука задушила его самого… Самым же четким было видение: Волан-де-Морт, целящийся в него волшебной палочкой, белое кольцо света и пение феникса… Гарри старался изо всех сил избегать зрительного контакта с Дамблдором: он знал, что искусный мастер легилименции способен узнать его мысли через эту связь, в способностях директора он не сомневался.
— О, Гарри, этим займутся сотрудники Министерства, министр скоро вернется со своими людьми, — успокаивающе похлопал его по плечу Дамблдор и проследил за взглядом Гарри, устремленным на Питера. — Я хотел поговорить с тобой о другом. О Сириусе. Раз уж его оклеветали, то вскоре после суда над Питером с него снимут все обвинения.
Лежавший на полу Питер затрясся еще сильнее.
Гарри молча сверлил Питера взглядом. Дамблдор присел на корточки и посмотрел на него снизу вверх:
— Сириус — твой крестный отец.
Гарри пришлось вернуть взгляд на лицо Дамблдора, лихорадочно соображая перед этим:
— Вы хотите сказать… мой крестный? У меня есть крестный отец?
— Да, — продолжил Дамблдор. — Джеймс дружил с ним еще во времена учебы в Хогвартсе.
Питер снова всхлипнул, и Дамблдор бросил на него короткий взгляд:
— Ах да, и этот трус тоже.
Заметив, что Гарри снова собирается сделать движение, директор слегка надавил на его плечо:
— Хочешь повидаться со своим крестным? После того как он выйдет из Азкабана? Уверен, он будет рад тебя увидеть.
Гарри кивнул, вспомнив отношение Дурслей:
— Значит, я больше не вернусь на Тисовую улицу?
Дамблдор посмотрел на него:
— Ты сможешь провести Рождество со своим крестным, но, боюсь, тебе все же придется возвращаться туда хотя бы раз в год.
В этот момент камин внезапно вспыхнул зеленым пламенем, и из него один за другим стали выходить люди. Впереди всех шел пухлый Фардж, который изумленно застыл при виде Гарри:
— Так это и есть тот…
За ним появились трое авроров, в одном из которых Гарри узнал Кингсли Бруствера. Дамблдор поднялся с места, проигнорировав слова Фарджа, подошел к своему столу и взял сучковатую волшебную палочку. Вспыхнул белый свет, но пораженный им Питер ничуть не изменился, и все в недоумении уставились на директора.
— Контрзаклинание против анимагов, — пояснил Дамблдор. — Насколько мне известно, дементоры реагируют исключительно на человеческие эмоции.
Авроры посмотрели на него с явным восхищением, один из них шагнул вперед и, не обращая внимания на бьющегося в еще большей дрожи Питера, поднял его на ноги с помощью волшебной палочки.
Фардж, казалось, лишь спустя долгие секунды пришел в себя после появления Гарри и теперь нервно потирал руки:
— В любом случае, благодарим того ребенка, который перепутал заклинание…
Он с надеждой уставился на Дамблдора, рассчитывая, похоже, на то, что тот представит ему Гарри.
Дамблдор сделал вид, что ничего не заметил:
— Что ж, можете возвращаться в Министерство.
Авроры кивнули Дамблдору и, конвоируя Питера, шагнули в камин.
— Фардж, я рассчитываю, что суд над Питером состоится как можно скорее, — глядя на министра магии поверх очков-половинок и дождавшись его неохотного кивка, Дамблдор вновь обрел непринужденный тон. — Ну а тебе, Гарри, нужно…
— Сэр, думаю, я сам смогу найти дорогу в класс, — поспешно вставил Гарри, уловив паузу. Ему совершенно не улыбалась перспектива беседовать с директором с глазу на глаз.
Дамблдор приподнял одну бровь, внимательно вглядывался в него какое-то время, а затем произнес:
— Я-то думал, тебе требуется немного отдохнуть… Ну что ж, можешь идти.
Гарри кивнул. Выйдя за дверь, он поднялся по винтовой лестнице, миновал каменную горгулью и, только завернув за угол, пустился бегом по коридору. У него получилось! Питер схвачен! Гарри так и подмывало завопить во весь голос — он наконец-то исправил то, о чем так горько сожалел в прошлый раз.
Вернувшись в класс, Гарри обнаружил, что профессор Макгонагалл и Рон еще не вернулись. Толпа одноклассников тут же обступила его:
— Что там произошло?
— Крыса Рона — это анимаг?
— Зачем тебя вызывал профессор Дамблдор?
Гарри несколько раз открывал рот, но в конце концов выдал:
— Да так, небольшое недоразумение.
Одноклассники явно остались недовольны таким увертливым ответом, но тут чей-то испуганный вскрик спас Гарри от дальнейших расспросов.
Все дружно обернулись в сторону звука, и Гарри поспешно протиснулся сквозь толпу. Это была Гермиона — она с изумлением указывала на какую-то сову. Гарри с облегчением выдохнул, решив, что случилось новое ЧП. Однако, разглядев птицу как следует, он тоже вытаращил глаза:
— Букля? Ты как здесь оказалась?
Гарри сделал шаг навстречу, но птица настороженно посмотрела на него и с плеча Тома перелетела к нему.
Том убрал руку, которой только что гладил ее перья:
— Боюсь, ты ошибаешься, — непринужденно произнес он. — Это мой питомец, Негро. Я только что наколдовал на него сменицкие чары.
Он пожал плечами и добавил с самым беззаботным видом:
— Правда, кажется, вышел небольшой казус, верно, Гарри?
http://bllate.org/book/34569/4264321
Готово:
