Цюй Миннань уже много лет крутился в шоу-бизнесе и давно привык к разного рода грязи и беспорядкам, царящим там. В конце концов, он сам находился в этой среде — разве мог он остаться в стороне и сохранить безупречную чистоту?
Хотя он и не был любителем сплетен, всё же до него доходили те или иные слухи, но прежде ему ещё никогда не доводилось слышать, чтобы у этого невероятно популярного киноимператора Цинь Суйи были подобные интересы и увлечения.
Наклонившись и подняв телефон, Цюй Миннань обнаружил, что экран треснул, и вмиг преисполнился мрачного уныния. Однако ещё сильнее его угнетало другое: Цинь Суйи стал прямым свидетелем всего процесса его расставания с партнёром.
Нельзя сказать, чтобы Цюй Миннань питал к Цинь Суйи сильные предвзятости, просто их дороги расходились, и им было не по пути. Будучи убеждённым сторонником авторского кино, он всегда придерживался принципа режиссёроцентричности, а актёров рассматривал не иначе как пешки на доске.
Поэтому ему не нравились слишком яркие пешки. Если пешка слишком сильно бросается в глаза, не затмит ли она сияние всей шахматной партии целиком?
Через стеклянную витрину Касабланки Цюй Миннань посмотрел на Цинь Суйи, сидевшего в дальнем углу. Даже сквозь тёмные очки, закрывавшие большую часть лица, невозможно было скрыть исходящее от него сияние. Касалось, такие люди от рождения созданы быть в фокусе объектива, самым ослепительным центром притяжения в любой толпе.
Затем он перевёл взгляд на человека, сидевшего напротив Цинь Суйи. Тот тоже был молодым красавцем: копна золотистых кудрей, черты лица с неуловимым отзвуком смешанной крови — объёмные и красивые, как раз в духе популярного нынче тренда на смазливых айдолов.
Цюй Миннань не знал этого златокудрого юношу, но, судя по его внешности, предположил, что он, скорее всего, новичок, только что дебютировавший или ещё только собирающийся выйти на сцену шоу-бизнеса... С чего бы вдруг новичку быть знакомым с человеком столь высокого статуса, как Цинь Суйи? К тому же, их манеры и поведение были столь близки и непринуждены?
Едва встретившись, златокудрый парень заключил Цинь Суйи в крепкие объятия, после чего уселся напротив него. Они оживленно о чём-то говорили, смеялись, то и дело касаясь друг друга руками и телами — их отношения казались донельзя близкими, невольно вызывая самые разные домыслы.Цюй Миннань, хотя почти никогда не следил за Цинь Суйи, всё же кое-что слышал о ней. Поскольку они оба вращались в индустрии развлечений, он крайне редко слышал о каких-либо скандалах с участием Цинь Суйи. Эта женщина действительно была преданной своему делу актрисой, а в личной жизни вела себя крайне скромно и, казалось, никогда не занималась самопиаром — даже ради продвижения новых фильмов.
Вспомнив всё, он понял, что, кажется, никогда не видел никаких слухов о её романах. С какими бы актёрами ни в паре ни работала Цинь Суйи, вокруг неё никогда не возникало никаких любовных сплетен... Неужели в этом и крылась правда?
Чем больше он думал об этом, тем страшнее ему становилось продолжать размышления. Он уже хотел повернуться и уйти из этого опасного места, но вдруг замер на полушаге: а что, если только что Цинь Суйи узнала его и Жэнь Цянь и решит раструбить об этом на весь свет?
Цюй Миннань переживал вовсе не за себя — его гораздо больше беспокоило, как эта история отразится на Жэнь Цянь. Несмотря на то, что они уже расстались, он всё же искренне желал ей светлого будущего. Они были вместе пять лет, и с самого начала, когда он ещё был абсолютным никому не известным новичком, Жэнь Цянь разделяла с ним самые трудные времена. Теперь же, когда она наконец-то начала подавать надежды на то, чтобы стать звездой, ему совсем не хотелось, чтобы их бесславно завершившийся роман превратился для неё в преграду на пути к славе.
Слегка нахмурившись, он достал телефон и через стеклянную витрину сделал тайное фото сидевших в углу Цинь Суйи и светловолосого красавчика. Ракурс и момент были пойманы идеально: в этот самый кадр Цинь Суйи как раз подняла руку, стряхивая что-то неизвестное с волос парня.
Затем они переглянулись и улыбнулись друг другу, атмосфера была очень тёплой, а учитывая их крайне привлекательную внешность, кадр получился поистине прекрасным.
Сделав исподтишка снимок, Цюй Миннань с чувством вины воришки тут же развернулся и бросился наутёк.
Пробежав половину пути, он поднял руку и поймал такси.
Водитель такси, глядя на запыхавшегося Цюй Миннаня, не удержался и обернулся, чтобы проверить, не преследует ли их кто-нибудь с убийственным намерением.
Цюй Миннань немного успокоил дыхание и только тогда поднял голову, сказав водителю:
— Шеф, будьте добры, в Шэнши.
Водитель вдавил педаль газа, и такси с лёгким шуршанием сорвалось с места.
По дороге он внимательно разглядывал лицо Цюй Миннаня и с любопытством спросил:
— Вы какая-то звезда, да?Цюй Миннань всё ещё не мог отойти от недавнего испуга и лишь спустя какое-то время осознал, что водитель обращается к нему. Он поспешно покачал головой.
— То-то я смотрю, вроде раньше вас не видел, — водитель, разговорчивый мужчина, быстро завел беседу. — Вы, значит, сотрудник? Наверное, целыми днями видите кучу знаменитостей?
Цюй Миннань усмехнулся:
— Ну, бывает.
— А Цинь Суйи вам встречался? — водитель расхохотался. — Слышал, он у вас в компании главная звезда. Моя дочка от него без ума, вся комната постерами обклеена!
Рука Цюй Миннаня дрогнула, и телефон снова выскользнул из рук, упав на пол.
— Ой! Осторожнее! — водитель бросил взгляд в зеркало заднего вида. — Экран же треснул!
Цюй Миннань лишь неловко хмыкнул.
Когда он вошел в здание кинокомпании Шэнши, его тут же окружила толпа людей, осыпая приветствиями.
— Брат Цюй!
— Добрый день, брат Цюй!
— Брат Цюй, давненько вас не было видно! Редкий гость сегодня!
Цюй Миннань даже бровью не повел. Выдавив из себя дежурную улыбку, он направился прямо сквозь толпу.
— Брат Цзинь, это кто? — любопытно спросил у своего менеджера новичок, только недавно начавший карьеру. Человеку, прошедшему мимо, на вид не было и тридцати, почему же к нему такое почтение?
Менеджер поправил очки:
— Это режиссер Цюй Миннань, наш глубокоуважаемый старший коллега. Смотрите у меня, в будущем будете вести себя с ним почтительно.
— Цюй Миннань? Это не тот, что снимает всякий трэш… — новичок не сдержался, за что тут же получил от менеджера свирепый взгляд.
— Не умеешь говорить — молчи. Брат Цюй — звезда нашей компании, которую мы активно продвигаем. Если перейдешь ему дорогу, век не видать тебе успеха в этой индустрии!
Новичок пробормотал себе под нос:
— Звезда? Разве не Цинь Суйи — главная звезда?
— Тебе какая разница? — менеджер закатил глаза. — Идем-идем, нам на съемки пора!
Цюй Миннань поднялся на лифте. По пути он снова столкнулся с кучей людей, приветствовавших его, но, по привычке отвечая на их любезности, вскоре добрался до своего кабинета.
Стоило ему войти, как раздался голос:
— Нань-Нань! Наконец-то ты пришел! Я тебя уже полдня жду! — едва слова стихли, как перед ним возник молодой мужчина в черной рубашке с маленькой косичкой, весь вид которого буквально кричал об артистизме. Он рванулся вперед, намереваясь буквально наброситься на Цюй Миннаня.
Тот с каменным лицом увернулся от прыжка:
— Что тебе опять нужно?
— Разве я не могу прийти к тебе просто так? — Нань Сылэ подмигнул Цюй Миннаню.
Цюй Миннань опустил голову и принялся закатывать рукава:
— Ты приходишь только тогда, когда у тебя есть дело. Говори уже, что стряслось? На какого новичка из нашей компании ты на этот раз положил глаз?
Нань Сылэ снова моргнул и неловко усмехнулся:
— Опять ты всё понял?
— Я тебя насквозь вижу, Нань Сылэ, — холодно усмехнулся Цюй Миннань. — Стоит мне посмотреть на твою расплывающуюся в весенней неге физиономию и этот твой павлиний прикид, как я сразу понимаю: весна в твоей душе снова расцвела. В прошлый, позапрошлый и в разы до этого — каждый раз, когда ты напяливаешь эту блестящую черную рубашку, ты приходишь ко мне за контактами очередного смазливого паренька, который тебе приглянулся.
— Ну конечно, ты же мой самый лучший друг в поднебесной, Нань-Нань, как ты меня понимаешь! — Нань Сылэ хихикнул, достал из кармана телефон и сунул его под нос Цюй Миннаню. — Вот этот! Новичок вашей компании, скоро дебютирует. Зовут Эрик, говорят, наполовину китаец, наполовину итальянец!
Цюй Миннань взглянул на экран. На него смотрел красивый метис с широкими плечами, узкой талией и длинными ногами. Его глубоко посаженные глаза и утонченные черты лица напоминали скульптуру, а в облике читалась смесь меланхоличной красоты и той самой притягательной атмосферы, свойственной юноше, который уже не ребенок, но еще не взрослый. Словом, объект вполне соответствовал эстетическим предпочтениям этого помешанного на внешности Нань Сылэ.
Он уже собирался съязвить по поводу неизменных вкусов друга, как вдруг его словно ударило током.
...Погодите-ка, этот красавец-метис — разве не тот самый парень, которого он только что видел в Касабланке в компании Цинь Суйи, и которого подозревают в связи с ним?!
http://bllate.org/book/34472/4251548
Готово:
