Увидев, что Сюй Цинцзянь проснулся, Шэнь Сюйбай на мгновение замер, держась за завязку одежды, а затем непринужденно отпустил её.
— Войдите, — бросил Шэнь Сюйбай в сторону двери.
По его слову дверь кабинета отворилась, и Управляющий Лю, ведя за руку Шэнь Нянь, вошел внутрь.
— Няньнянь! — Сюй Цинцзянь тут же вскочил на ноги, собираясь броситься к дочери.
Движение вышло резким, он совершенно позабыл о том, что только что перенес, и от вспыхнувшей боли его лицо мгновенно изменилось, а губы стали ещё бледнее.
Шэнь Сюйбай, глядя на порывистые движения Сюй Цинцзяня, невольно нахмурился.
— Папа, — Шэнь Нянь, ничего не замечая, по-прежнему семенила своими маленькими шажками к Сюй Цинцзяню.
— Ой, моя хорошая Няньнянь, — Сюй Цинцзянь совладал с собой и тут же с улыбкой подхватил девочку на руки, прижимая к груди.
Шэнь Нянь перевела взгляд на стоявшего рядом Шэнь Сюйбая и замялась, словно желая, но не решаясь позвать его.
— И как тебе следует его называть, Няньнянь? — Сюй Цинцзянь тут же подсказал ей.
— Оц… отец… — послушно произнесла Шэнь Нянь.
Шэнь Сюйбай посмотрел на неё, кивнул и отозвался:
— Мм.
— Какая Няньнянь умница, — Сюй Цинцзянь в поощрение тут же чмокнул девочку в щеку.
Шэнь Нянь крепко обняла Сюй Цинцзяня за шею, всем своим видом выражая радость от похвалы.
Доставив людей на место, Управляющий Лю собрался удалиться, но Шэнь Сюйбай остановил его.
— У Ванъе еще есть какие-то указания? — тут же спросил Управляющий Лю.
Шэнь Сюйбай невозмутимо бросил взгляд на Сюй Цинцзяня, а затем приказал Управляющему Лю:
— Вели кому-нибудь принести в кабинет несколько жаровен.
— Слушаюсь, — без малейшего колебания ответил Управляющий Лю.
Конечно, он прекрасно понимал, что жаровни понадобятся вовсе не Шэнь Сюйбаю — тот даже в самые лютые зимние морозы никогда не велел разжигать огонь, хотя в этой княжеской резиденции такое бывало в порядке вещей еще три года назад.
И всё потому, что Сюй Цинцзянь всегда ужасно боялся холода.
Услышав, что Шэнь Сюйбай распорядился насчет жаровен, Сюй Цинцзянь с удивлением посмотрел на него.
— Я просто боюсь, что Няньнянь замерзнет, — холодно бросил тот в ответ.
Сюй Цинцзянь моргнул, а затем с легкой ноткой разочарования произнес:
— Ох…
Похоже, он всё придумал сам, но даже просто погреться в лучах славы Няньнянь было уже неплохо.
Управляющий Лю действовал чрезвычайно расторопно: не прошло и мгновения, как в кабинете запылало несколько жаровен. Воздух быстро согрелся, и Сюй Цинцзянь почувствовал себя гораздо лучше.
Разбирая официальные бумаги, Шэнь Сюйбай украдкой бросал на Сюй Цинцзяня взгляды: губы того уже не казались такими бледными, как прежде, и выглядел он намного лучше.
Поразмыслив, он велел Управляющему Лю принести тарелку сладостей для Шэнь Нянь.
— Быстро поблагодари отца, — напомнил дочери Сюй Цинцзянь.
— Спасибо… отец, — послушно поблагодарила Шэнь Сюйбая Шэнь Нянь.
Правда, слово отец давалось ей еще с большим трудом.
— Не нужно говорить мне спасибо, — ответил Шэнь Сюйбай.
При этом он с некоторым неудовольствием глянул на Сюй Цинцзяня.
Шэнь Нянь — его родная дочь, подумаешь, тарелка сладостей, а Сюй Цинцзянь заставляет её говорить слова благодарности. Он уже начал сомневаться, не делает ли Сюй Цинцзянь это нарочно.
Сюй Цинцзянь заметил недовольство Шэнь Сюйбая и сообразил, что подобные наставления создают между дочерью и отцом излишнюю холодность. От этого ему стало не по себе, и он виновато опустил голову.
Однако Шэнь Нянь была еще слишком мала и не понимала смысла происходящего. Решив, что она чем-то прогневила Шэнь Сюйбая, девочка испуганно посмотрела на Сюй Цинцзяня.
— Папа оговорился, — Сюй Цинцзянь торопливо попытался сгладить неловкость. — Отцу спасибо говорить не нужно, но вот другим людям — обязательно. Поняла?
Сказав это, он украдкой взглянул на Шэнь Сюйбая и успокоился, заметив, что выражение лица того вроде бы немного смягчилось.
— Няньнянь поняла, папа, — послушно отозвалась девочка на слова Сюй Цинцзяня.
— Умничка, — Сюй Цинцзянь в награду погладил Шэнь Нянь по голове.
Затем он взял из тарелки сладость, отломил маленький кусочек и поднес к роту девочки.
Глядя, как Шэнь Нянь с аппетитом уплетает лакомство, Сюй Цинцзянь трогательно улыбнулся и спросил:
— Вкусно?
— Вкусно, — Шэнь Нянь усердно закивала и добавила: — Няньнянь раньше никогда не пробовала таких вкусных сладостей.
Слушая эти слова, Сюй Цинцзянь чувствовал лишь острую боль в сердце.
Раньше он даже не мог обеспечить дочери нормальную жизнь, заставляя её разделять с ним все тяготы.
— Раз вкусно, кушай больше, — Сюй Цинцзянь продолжал отламывать небольшие кусочки и кормить Шэнь Нянь.
Усевшись на коленях у Сюй Цинцзяня, девочка ела сладости и во все глаза озиралась по сторонам.
Дети её возраста как раз находились в периоде неуемного любопытства. Поглазев по сторонам, Шэнь Нянь протянула ручку и схватила кисть, лежавшую на письменном столе Шэнь Сюйбая.
Она только собиралась спросить Сюй Цинцзяня, что это такое, как он сам потянулся и забрал кисть.
— Солнышко, не трогай папины вещи, как бы не сломать, — Сюй Цинцзянь вернул кисть на место.
Вещи Шэнь Сюйбая стоили целое состояние, и если бы она что-то испортила, ему было бы нечем возместить убыток.
Стоило ему произнести эти слова, как Шэнь Сюйбай нахмурился и с глухим стуком швырнул кисть, которой только что писал, прямо на стол.
Сюй Цинцзянь и Шэнь Нянь вздрогнули от неожиданности и одновременно уставились на него.
— Сюй Цинцзянь, вон отсюда, — с раздражением бросил Шэнь Сюйбай.
— А… — Сюй Цинцзянь, прижимая к себе Шэнь Нянь, растерянно моргнул.
Он понятия не имел, чем снова разозлил Шэнь Сюйбая.
— Прочь, — повторил тот.
Сюй Цинцзянь виновато посмотрел на него, но все же нерешительно поднялся, собираясь уйти.
— Няньнянь остается, — добавил Шэнь Сюйбай.
— А? — Сюй Цинцзянь остолбенел.
Сидевшая у него на руках девочка тоже замерла от этих слов, а затем испуганно прижалась к Сюй Цинцзяню еще крепче.
http://bllate.org/book/34466/4251054
Готово:
