Лу Инчэн немного поколебался, но в конце концов под взглядами всех присутствующих прошёл через комнату и ступил в чужой для него мир.
Увидев, что Гу Цзиньшэн прибыл, Бай Е тут же с бокалом в руке направился к нему:
— Ой-ой-ой, да это же наша главная звёздочка.
Бай Е одновременно разглядывал Лу Инчэна. Выбрав слепую зону, где Лу Инчэн не мог его видеть, он сначала показал Гу Цзиньшэну большой палец, выражая восхищение внешностью Лу Инчэна.
После этого Бай Е украдкой указал на сидевшего неподалёку мужчину:
— Человек из фотографии там, тоже вернулся из Штатов, зовут Лукас, полукровка, действуй по ситуации, ха.
В этот момент Лу Инчэн как раз чутко повернул голову, чтобы посмотреть на Бай Е.
Бай Е тут же перешёл в режим светской беседы и включил фронтальную камеру телефона:
— Старина Гу, ты сегодня такой красивый, нам обязательно нужно сфотографироваться вдвоём.
Сделав снимок, он перекинул фото Гу Цзиньшэну через AirDrop и, прижимая телефон к груди, с довольным видом принялся обрабатывать снимок.
Гу Цзиньшэн налил Лу Инчэну бокал шампанского.
И надо же было такому случиться: сегодня у Гу Цзиньшэна словно обострился инстинкт защитника — он не отходил от Лу Инчэна ни на шаг.
Гу Цзиньшэн то накалывал вилкой фрукт и подносил ему к губам, то откручивал для него крышку на бутылке с минеральной водой.
Затем Лу Инчэн услышал, как Гу Цзиньшэн сказал:
— Твой отец сегодня устроил попытку самоубийства, я знаю, что у тебя паршивое настроение. Выпей немного вина, ничего страшного, не бойся напиться, я составлю тебе компанию.
Эти слова опьянили Лу Инчэна сильнее алкоголя, даже несмотря на то, что он понимал: доброта Гу Цзиньшэна, возможно, имеет так называемый срок годности.
Войдя во вкус, Гу Цзиньшэн даже взял микрофон и на глазах у изумлённой публики исполнил для Лу Инчэна собственную песню о любви, вызвав всеобщий визг.
Некоторые парни-повадыри были безумно завистливы, но, увидев лицо Лу Инчэна, его одежду и стиль, они сникали и находили это вполне логичным.
В тот вечер в глазах Лу Инчэна существовал только Гу Цзиньшэн.
Только вертевшийся вокруг него Гу Цзиньшэн.
...
Пока Гу Цзиньшэн не вышел, чтобы ответить на звонок.
Стоило ему вернуться, как выражение лица Гу Цзиньшэна резко испортилось, а недавняя непринуждённость испарилась без следа.
Лу Инчэн лучше всех умел читать по лицам, и он тут же среди шума спросил, что случилось.
Гу Цзиньшэн тяжело вздохнул:
— Что делать, мои родители узнали, что я сегодня прогулял работу. Мама рассвирепела, прямо сейчас едет сюда, чтобы меня поймать.
В конце концов, всё началось из-за него, и обеспокоенный Лу Инчэн спросил:
— Могу ли я чем-нибудь помочь?
Гу Цзиньшэн сжал его руку:
— Ладно, одной твоей реакции на это уже достаточно. Я действительно не зря прогулял ради тебя работу. Сначала возвращайся в Хэндянь, я скажу маме пару слов и тоже вернусь.
Лу Инчэн искренне сказал:
— Я могу подождать тебя и даже вызвать тебе трезвого водителя, дорога такая длинная, я переживаю, если ты поедешь один.
Гу Цзиньшэн приблизился и легко коснулся губами кончика уха Лу Инчэна:
— Завтра спозаранку начинаются съёмки, я хочу, чтобы ты вернулся пораньше и выспался.
Это двусмысленное шёпотное признание, эта проявленная к нему небывалая нежность пошатнули сердце Лу Инчэна.
В конце концов, набравшись храбрости, Лу Инчэн мягко коснулся щеки Гу Цзиньшэна:
— Гу Цзиньшэн, спасибо тебе.
За всё сегодняшнее, включая эту мимолётную мечту, спасибо тебе.
А Гу Цзиньшэн моргнул и замер.
Лу Инчэн уже поднялся на ноги.
Видя, что Лу Инчэн только что скрылся в дверях, Гу Цзиньшэн встал, толкнул дверь и бросился за ним.
Глядя на ошеломлённого Лу Инчэна, он опустил голову, открыл телефон и перевёл Лу Инчэну через WeChat двадцать тысяч юаней:
— Знаю, что тебе сейчас приходится нелегко, вспомнишь по дороге назад взять такси, не жалей денег. Запомнил?
Эта возвышенная суперзвезда улыбалась совсем как настоящий юноша. Оказывается, он всего лишь Гу Цзиньшэн, он не недосягаем, и у него тоже есть сторона, способная хорошо относиться к другим, оказывается, он тоже человек.
Чистая улыбка Гу Цзиньшэна запечатлелась в сердце Лу Инчэна, заперла восемнадцатое лето Лу Инчэна и заполнила каждую щелочку в его душе.
— Угу. — Лу Инчэн с тяжелым телефоном в руке глубоко запечатлел улыбку Гу Цзиньшэна в своем сердце и покинул отель Яоши.
И едва Лу Инчэн ушёл, Гу Цзиньшэн поправил воротник и уселся прямо рядом с Лукасом.
Поскольку он был так добр к Лу Инчэну сегодня, Лу Инчэн совершенно не заметил, что, пока Гу Цзиньшэн угощал его фруктами, он переглядывался с Лукасом.
Пока Гу Цзиньшэн откручивал ему крышку с воды, Лукас строил Гу Цзиньшэну глазки и облизывал губы.
Когда Гу Цзиньшэн пел для него песню, в мыслях Гу Цзиньшэна было лишь желание заставить Лукаса понервничать, чтобы раззадорить его на ещё большую инициативу, используя Лу Инчэна в качестве наживки для ловли Лукаса.
Два зайца одним ударом, и рыба клюнет на живца. Проявленная нежность — всего лишь игра.
Таков был план Гу Цзиньшэна ещё до прихода сюда. Этим вечером, когда перебывать в постели хотелось с обоими, кто проявит больше инициативы и распутства, того он и выберет.
Лу Инчэн этого не знал.
Лу Инчэн тем более не знал, что никакой телефонный звонок Гу Цзиньшэну был не нужен — просто снаружи Лукас прижал его к стене и страстно поцеловал, а Гу Цзиньшэн получал от этого огромное удовольствие.
Он ничего, абсолютно ничего не знал.
Лукас протянул руку и потыкал Гу Цзиньшэна в кубики пресса:
— Малыш, почему ты всё-таки позволил ему уйти?
Закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку дивана, Гу Цзиньшэн выдохнул сероватое облачко дыма:
— Вообще-то я пожалел.
Сегодня ему хотелось переспать с Лу Инчэном гораздо больше.
Но он знал, что с Лу Инчэном они еще успеют напроводиться вместе времени вдоволь — когда захочешь, тогда и переспишь, всё равно Лу Инчэн так нуждается в деньгах, что наверняка примчится по первому зову.
Даже если Лу Инчэн — это подделка под бренд, а Лукас — лишь дешёвая копия. Даже если от дешёвки после одного раза начнёт тошнить, то с качественной вещью ему хотелось бы сойтись в постели ещё несколько раз.
Покачивая в руке бокал с шампанским, Гу Цзиньшэн чокнулся с Лукасом. Под звонкий хрусталь сталкивающихся бокалов Гу Цзиньшэн невольно вспомнил невинный поцелуй Лу Инчэна перед уходом.
Снова обратил кого-то в свою веру. Неплохо, ощущения от поцелуя были приятными, свои двадцать тысяч юаней он отработал.
Ассистент номер 8
В эту знойную ночь Лу Инчэн сменил два автобуса, прежде чем добрался обратно до Хэндяня, в то время как Гу Цзиньшэн привёл Лукаса в свою роскошную виллу.
Гу Цзиньшэн в эти дни безвылазно снимался в Хэндяне и не имел возможности развлечься, поэтому изнемогал от желания уже давно. Едва Лукас привёл себя в порядок в ванной, он, словно не в силах больше ждать, прижал его одной рукой к постели и погрузился в безумную, опьяняющую ночь.
По обычным привычкам Гу Цзиньшэна, он сначала заставлял человека послужить ему, получить немного удовольствия, и лишь затем приступал к основному блюду.
Но сегодня он пропустил даже этап предварительных ласк, и вскоре Лукас уже бился в дрожи с закатившимися глазами, сминая простыни в глубоких складках.
После всего Лукас, совершенно обессиленный, сидел у края ванной и курил с Гу Цзиньшэном сигарету после бурной ночи.
Ванная комната вела напрямую в гардеробную, а дверь между помещениями оставалась открытой, поэтому Лукас с первого же взгляда заметил сваленные в кучу футболки, джинсы и кеды.
С первого взгляда было очевидно — дешёвка.
Зажав сигарету между пальцами, Лукас произнёс:
— До меня здесь кто-то побывал?
Гу Цзиньшэн ничего не ответил.
Лукас усмехнулся и игриво протянул:
— Что, твой парень?
Гу Цзиньшэн стряхнул пепел в раковину:
— Парень?
Он холодно посмотрел на Лукаса:
— Я никогда не завожу парней.
Лукас знал правила. Переспав ещё разок и убедившись, что Гу Цзиньшэн не собирается оставлять его на ночь, он оделся и на дрожащих ногах покинул дом Гу Цзиньшэна.
Проводив гостя, Гу Цзиньшэн поднялся наверх.
Проходя мимо гардеробной, Гу Цзиньшэн внезапно остановился.
Его взгляд упал на вещи, оставленные Лу Инчэном.
Постояв так в тишине какое-то время, Гу Цзиньшэн подошёл ближе, совершенно естественным движением подобрал одежду и обувь Лу Инчэна, поддел ногой крышку мусорного ведра и выбросил всю эту дешёвку внутрь.
Бултых.
Так звучит мусор, когда его швыряют в корзину.
В гостиничном номере Хэндяня Лу Инчэн убедился, что выпил до последней капли всю воду из бутылки минералки, и только после этого бросил пустую тару в мусорное ведро.
Он невольно возвращался мыслями к Гу Цзиньшэну, к событиям всего сегодняшнего дня.
Для Лу Инчэна это был первый раз в жизни, когда он по собственной воле поцеловал человека.
И к тому же мужчину.
Лу Инчэн думал, что он совсем сошел с ума. Он прислонился к изголовью кровати и с горькой усмешкой попытался осмыслить собственное поведение, которое казалось ему совершенно непостижимым.
Затем он снова открыл историю переводов, глядя на те двадцать тысяч юаней, что перечислил Гу Цзиньшэн.
Если подумать, ровно через месяц у Гу Цзиньшэна день рождения. Что, если потратить эти деньги на подарок, который действительно достоин великой звезды?
Лу Инчэн принялся листать приложение в поисках того, что любит Гу Цзиньшэн в повседневной жизни. Какая же сложная задача, всё, к чему лежит душа у этого человека, непременно стоит целое состояние.
Его палец скользил по экрану вниз, пока наконец его выбор не пал на колье с четырёхлистным клевером от Van Cleef & Arpels, полностью инкрустированное бриллиантами.
Какое потрясающее колье, а учитывая, как чётко у Гу Цзиньшэна очерчены ключицы, представьте только, как невероятно оно будет смотреться на его шее.
Вот только модель побольше стоила слишком дорого, и ему её было просто не потянуть. Лу Инчэн продолжил тщательный поиск: уменьшенный вариант с полным паве из бриллиантов стоил двадцать пять тысяч — кажется, это была как раз та сумма, которую он мог осилить, если хорошенько поднапрячётся.
Лу Инчэн мысленно прикинул бюджет: пять тысяч юаней... Если работать днём, а по ночам брать ещё какую-нибудь подработку, он вполне сможет собрать недостающие пять тысяч за месяц.
Судя по его недавним наблюдениям, в таком месте, как Хэндянь, помимо бесчисленных актёров, водилось немало преданных фанатов. Если удастся связаться с кем-то из поклонников какой-нибудь звезды и тайком сливать им расписание артиста, можно неплохо заработать на быстрых деньгах.
В конце концов, есть спрос — будет и предложение, а раз есть рынок, значит, появятся и деньги. Стоит только приложить усилия, и жизнь непременно перестанет быть такой нищенской.
Ночь становилась всё глубже, заставляя звёзды на небе сиять всё ярче и отчётливее.
Лёжа в постели, Лу Инчэн смотрел через крошечное окошко на ночное небо.
Глядя на звёзды, он вспоминал лицо Гу Цзиньшэна.
С улыбкой на губах Лу Инчэн закрыл глаза.
Спокойной ночи, моя звёздочка на небе, моя вселенская суперзвезда.
На следующий день сияющий и полный сил Гу Цзиньшэн появился на съёмочной площадке.
Заметив его прибытие, Лу Инчэн протянул ему бумажный пакет. Внутри лежали роскошная одежда, которую Гу Цзиньшэн заставил его надеть вчера, и туфли на тонкой подошве:
— Вчерашняя одежда, возвращаю.
Даже не взглянув на пакет, Гу Цзиньшэн с абсолютным равнодушием бросил:
— Оставь себе, я же подарил её тебе.
Лу Инчэн чувствовал, что подарок слишком дорог:
— Так нельзя.
http://bllate.org/book/34375/4237652
Готово:
