Прошло полчаса, и они почти закончили прогулку, поэтому договорились с Сяо Ханем в Вичате встретиться у входа в университет.
Нин Цин совсем недавно вышла из студии и, увидев их, дважды посигналила.
Когда стоявший перед ними автомобиль проехал мимо, Чан Синьян подбежала к Нин Цин и ласково обняла её за руку.
Нин Цин с улыбкой взъерошила ей волосы.
Сяо Хань шёл позади Фан Вэйю, наблюдая за их столь близким общением, и почему-то чувствовал, что что-то здесь не так.
Нин Цин как раз надевала на Чан Синьян шлем. Когда те подошли ближе, она качнула подбородком в сторону спутника Фан Вэйю и спросила:
— Это кто?
— Это Сяо Хань, — представил Фан Вэйю. Тщательно подбирая слова, он продолжил: — Мой... одногруппник.
Нин Цин удивленно приподняла брови, многозначительно переглянулась с Чан Синьян, а затем повернулась к Сяо Хане:
— Привет, Сяо одногруппник.
Сяо Хань от природы не слишком умел вести подобные беседы, к тому же он совершенно не знал Нин Цин, поэтому лишь вежливо кивнул и ответил:
— Привет.
Когда мопед умчался прочь, Сяо Хань негромко спросил Фан Вэйю:
— Одногруппник?
В его тоне проскользнуло легкое сомнение. Произнеся это, он тут же подумал, что слишком придирается к словам, но забрать сказанное назад уже было нельзя.
Фан Вэйю внутри весь сжался: он не понимал, что у Сяо Ханя на уме, и нерешительно спросил:
— Разве нет?
Сяо Хань тут же нахмурился и несколько разочарованно произнес:
— А я-то думал, мы можем считаться друзьями.
Фан Вэйю снова не знал, что ответить. Сяо Хань вечно заставал его врасплох, безо всякой причины рождая в нём иллюзию, будто они и вправду давние знакомые.
А сам Сяо Хань даже не осознавал, что его брошенные невзначай слова способны перевернуть чужую душу вверх дном.
Они молча шли к автобусной остановке.
Навстречу им двигалась шумная ватага беззаботно бегущих подростков. Один из парней что-то живо жестикулировал, показывая друзьям новые танцевальные движения, и, проходя мимо, случайно, но довольно ощутимо толкнул Фан Вэйю в плечо.
Фан Вэйю потерял равновесие и резко качнулся назад, но Сяо Хань с молниеносной реакцией протянул руку и подхватил его, крепко обхватив за талию так, что это до боли напоминало объятие.
Споткнувшись, Фан Вэйю в тот самый миг, когда его поддержал Сяо Хань, отчетливо услышал хаотичный стук сердца — неизвестно, из чьей именно груди доносившийся.
Словно сообразив, что сейчас их поза выглядит не совсем уместно, Сяо Хань, как только Фан Вэйю уверенно встал на ноги, тут же опустил руку, молча обошел его слева, откашлялся и произнес:
— Иди с внутренней стороны.
— Хорошо. — Фан Вэйю не стал спорить, хотя на душе у него было как-то неопределенно и туманно.
Дорога назад ничем не отличалась от пути сюда: тот же пятнадцатый автобус, парные места у окна.
Оперевшись локтем о оконное стекло и подперев голову рукой, Фан Вэйю смотрел вдаль. Он думал о многом — до тех пор, пока закатное солнце не окрасило небо в багрянец.
В тот же вечер Фан Вэйю выложил пост в Моментах, прикрепив снимок, который сделала для него Чан Синьян, и еще несколько фотографий, связанных с университетом.
Подпись состояла всего из двух простых слов: — Первая встреча.
Много-много времени спустя Сяо Хань снова отыщет этот пост и спросит, почему он тогда написал Первая встреча.
Фан Вэйю прекрасно понимал, что тот задает вопрос, на который уже знает ответ, и ничего не ответил, лишь крепче сжав его руку.
Сюй Иньжу увидела пост сына в Моментах только на следующее утро за завтраком и лишь тогда узнала, что вчера он приезжал домой.
Госпожа Сюй тут же надулась. Опустив палочки для еды, она принялась ворчать сидевшему напротив Фан Вэйю:
— Ты посмотри на этого ребенка: приехал — и ни слова не сказал, даже домой проведать нас не зашел.
Фан Вэйюань в ответ лишь рассмеялся, положил ей на тарелку только что испеченную булочку с начинкой из красной фасоли и сказал:
— Ребенок же не может каждый день бегать домой, верно? К тому же мы живем так близко, навестить его — дело пары минут.
— Только ты у меня мастак говорить. — Сюй Иньжу с наипускным гневом зыркнула на Фан Вэйюань, а затем схватила телефон, чтобы написать Фан Вэйю в Вичат. Сперва она поинтересовалась, поел ли он утром, а получив утвердительный ответ, тут же позвонила по видеосвязи.
Сегодня утром у него было две пары, и Фан Вэйю как раз обедал в столовой вместе с соседом по комнате Чжао Цзя. Он нажал на кнопку принятия вызова, и на экране мгновенно появилось раскрасневшееся лицо госпожи Сюй.
— Мам, — позвал он в экран.
Уголки глаз Сюй Иньжу чуть опустились, и она с упреком протянула:
— Вэй Вэй, ты же вчера приезжал, почему маме-то не сказал?
Казалось бы, учится совсем рядом с домом, но в материнском сердце расстояние ощущалось так, словно их разделяли тысячи ли.
Фан Вэйю чуть ближе придвинул лицо к экрану и с улыбкой пояснил:
— Я возвращался вместе с друзьями, было бы неудобно ехать домой одному, иначе я бы непременно забежал повидаться.
Сюй Иньжу вовсе не сердилась по-настоящему. Услышав это, тучи на ее сердце тут же рассеялись, и она сказала:
— Ну тогда в следующий раз можешь привести одногруппников к нам домой, мама приготовит вам что-нибудь вкусненькое.
Фан Вэйю не стал комментировать предложение госпожи Сюй и ловко перевел тему.
Краем глаза заметив, что сидящий напротив Чжао Цзя уже поел и собирает посуду, Фан Вэйю попрощался с мамой:
— Мам, через несколько дней наступит Национальный день, я приеду побыть с тобой. У меня скоро пара, так что я пока сбрасываю.
Завершив звонок, он в два счета доел оставшуюся еду.
Они шли бок о бок по дорожке, ведущей к радиостудии. Чжао Цзя поправил лямку рюкзака на плече и с завистью произнес:
— Вэй Вэй, какая же у тебя теплая атмосфера в семье.
— И правда хорошая, — честно ответил Фан Вэйю.
Вообще-то он слышал подобные слова не впервые, и он действительно вырос окруженный любовью.
Фан Вэйюань и Сюй Иньжу души в нем не чаяли, считая его появление на свет истинным благословением небес. Эта крошечная жизнь подарила им, впервые познавшим радости отцовства и материнства, множество незабываемых воспоминаний.
Само имя Вэй Вэй означало надежду на удачу и счастье — родители хотели, чтобы их сын всегда жил в безопасности и благополучии, а сопутствующая удача никогда не покидала его.
С самого детства они не только обеспечили Фан Вэйю материальный комфорт, но и окружили его безграничной заботой и нежностью.
Его учили прежде всего уважать себя и ценить собственное достоинство, а уже потом — любить других.
Под бережной родительской опекой Фан Вэйю полностью раскрыл в себе способность любить и быть любимым, и каждый шаг его взросления оставал четкий след в реке времени.
Находясь под влиянием такой семейной атмосферы, Фан Вэйю всегда стремился к стабильным и прочным чувствам.
И именно поэтому он был готов ждать столько, сколько потребуется, ради прихода настоящей любви.
[Примечания автора]
Дописав эту главу, чувствую себя абсолютно обессиленной, застряла намертво, просто ужас какой-то, ну да ладно orz
Но Сяо Хань, ты такая хитрая лиса, вечно невзначай дразнишь нашего Вэй Вэя (●‘’●)
Глава 12. Прекрасные каникулы
Два дня спустя наступили долгожданные каникулы по случаю Национального дня. Вместе с субботой и воскресеньем отдыхать предстояло целых девять дней.
Стоило им только вернуться в общежитие после пары, как соседи Сяо Ханя тут же принялись составлять план поездки. Трое из них уже купили утренние билеты на поезд на завтрашний день и собирались объехать вокруг Северо-Запада.
Линь Ян просматривал в соцсетях рейтинги обязательных к дегустации блюд северо-западного региона и вместе с соседями отобрал несколько вариантов, добавив их к уже составленному маршруту.
Закончив, он обернулся и заорал на Сяо Ханя:
— Ты что, серьезно с нами не поедешь?
Сяо Хань как раз проверял полученные во второй половине дня данные. Оторвавшись от работы, он бросил на него взгляд и «жестоко» ответил:
— Серьезно, я не еду.
Заметив, что лицо Линь Яна стало еще мрачнее, он утешил его:
— Ничего, в другой раз съездим, вы втроем отлично отдохните.
Линь Ян, у которого уже язык заплетался уговаривать его, махнул рукой:
— Ну ладно тогда, привезем тебе сувениров.
Сяо Хань изначально не планировал никуда уезжать на эти праздники. Помимо того, что повсюду толпы народа и толком отдохнуть не удастся, главной причиной была банальная усталость.
С самого начала семестра он почти непрерывно занимался проектами: один заканчивался, тут же начинался следующий. Это вымотало его физически и морально, так что ни на какие путешествия сил уже не оставалось — хотелось лишь спокойно забраться домой и отоспаться пару дней.
Как назло, днем позвонили родители и сообщили, что они, наконец-то получив столь долгий отпуск, решили слетать на несколько дней в Европу, чтобы вдоволь насладиться обществом друг друга.
При этом они предупредили: если он тоже надумает куда-то поехать, пушистика придется отдать в зоомагазин на передержку.
Сяо Хань заверил их, что никуда отправляться не собирается. Родители тут же успокоились и, едва повесив трубку, помчались в аэропорт.
Так обязанность присматривать за собакой естественным образом легла на плечи Сяо Ханя.
Разобравшись с делами, Сяо Хань переночевал в общежитии и только на следующее утро вернулся домой.
Стоило ему вставить ключ в замочную скважину, как самоед в квартире тут же услышал шорох и вимером помчался к двери, заняв боевую позицию.
Как только Сяо Хань открыл дверь, самоед бросился прямо на него, заливаясь лавкой и радостно виляя хвостом.
Заперев дверь, Сяо Хань присел на корточки и позвал:
— Мао Цю!
Пёс шевельнул ушами, тут же высунул язык и принялся самозабвенно облизывать хозяина, заляпав ему всё лицо слюнями и чуть не сломав дужку очков.
— Ладно-ладно, хватит. — Угомонив Мао Цю, Сяо Хань прошел к его миске, насыпал корма и бросил туда же порезанную на кусочки сосиску.
Пёс, судя по всему, изрядно проголодался и тут же уткнулся носом в еду.
Воспользовавшись тем, что Мао Цю занят трапезой, Сяо Хань поспешил в ванную.
Мягкие лучи солнца пробивались сквозь панорамное окно гостиной, падая на текстильный диван. Сяо Хань вышел в домашней пижаме, включил телевизор, запустил какой-то фильм, затащил на коленки наевшегося Мао Цю и устроился смотреть.
Они сидели на диване вдвоем — человек и собака, — купаясь в лучах солнца, и выглядело это невероятно уютно.
Сяо Хань взял телефон и сфотографировал Мао Цю, устроившегося у него на руке. Чтобы родители не беспокоились и могли спокойно наслаждаться совместным отдыхом, он сделал нечто необычное для себя — выложил фотографию в Моменты.
http://bllate.org/book/34315/4229884
Готово:
