Ни Син вздохнул и с улыбкой произнес:
— Сколько мы всего пробыли в разлуке?
Цзян Е с глуповатым видом смотрел на Q-голограмму Ни Сина, от умиления при виде этого маленького человечка у него даже захватило дух. Он бережно, словно боясь раздавить, протянул руки к проекции:
— Когда братец придет навестить меня?
Заметив, что тот протянул руки, Ни Син подумал, что Цзян Е хочет взять его за руку, поэтому поднял ладонь и приложил её поверх руки человечка:
— Приду через несколько дней, как только закончатся занятия.
Цзян Е немного подумал, сообразил, что делает Ни Син, и вдруг смутился. Он послушно выпрямил руки, не смея больше прикасаться к маленькой проекции.
Он не смел смотреть на Ни Сина, но смело выражал свое недовольство:
— Так долго? Я сам приду к тебе.
Мальчик выглядел упрямым и серьезным. Ни Син беспомощно улыбнулся и назвал Цзян Е свой адрес:
— Ложись пораньше, завтра тебе в школу. Ждешь не дождешься?
— Без тебя — ни капельки.
Ни Син не ожидал, что этот прежде такой горделивый мальчишка теперь окажется до такой степени прилипчивым. Улыбнувшись, он сказал:
— Вот приеду и проверю твои уроки.
Цзян Е никогда не учился в школе, но, хотя вслух он говорил, что ничего не ждет, в душе радовался. Угроза Ни Сина ничуть его не испугала:
— Уж я тебя точно удивлю.
— Что ж, тогда я буду ждать.
В голограмме маленький мальчик скрестил руки на груди, фыркнул, а затем опустил руки и посмотрел на Ни Сина:
— Спокойной ночи, братец.
Если говорить о тепле, то жар, истощаемый этим электроприбором, никогда не мог проникнуть в самую душу — лишь те слова были способны проскользнуть сквозь сотни кровеносных сосудов прямо к сердцу и заставить кровь закипеть.
Ни Син похлопал по голове Q-мальчика:
— Спокойной ночи.
Цзян Е притворился, что его действительно погладили по голове, издал возглас: «Ой!» — и отключил вызов.
За слоями темных туч тысячи звезд сияли ярче и прекраснее, чем обычно.
Но об этом знала лишь темная ночь.
Вэнь Цзинюй сызмала приучал Ни Сина не залеживаться в постели, поэтому у того не было привычки долго спать по утрам: как бы сильно он ни уставал, на следующий день он всегда просыпался рано.
Трое в столовой уже заняли свои места и задорно завтракали.
Увидев Ни Сина, Вэнь Цзинюй помахал ему рукой:
— Сяо Син проснулся? Иди завтракать.
Ни Чаоян с улыбкой отодвинул стоявшее рядом кресло:
— Садись, братец.
Ни Син подошел к нему и свысока посмотрел на него:
— Поумнел.
Лицо Вэнь Цзинюй озарилось улыбкой:
— Чаоян, чего ты балуешься? Сяо Син и сам бы сел, знает ведь, как стул подвинуть.
Ни Чаоян протянул «о-о-о», кривя губы и разглядывая Ни Сина:
— Братец, а у тебя рана-то какая-то не прежняя. Опять подрался?
Только тогда Ни Ни Чжунхань поднял голову и окинул взглядом синяки на теле Ни Сина:
— Вы ведь не дрались?
Ни Ни Чжунхань и Вэнь Цзинюй уставились на него, и воздух вокруг, казалось, сгустился. Ни Син покачал головой:
— Нет.
Только после этого Ни Ни Чжунхань улыбнулся:
— Главное, не драться, драки вечно доставляют неприятности. Ни к чему хорошему это ни для тебя, ни для учителей с одноклассниками не приведет.
Ни Син бросил взгляд на ссадины на теле самого Ни Чаояна, оставленные его ударами.
Почувствовав взгляд Ни Сина, Ни Чаоян яростно зыркнул на него, а Ни Син в ответ лишь насмешливо вскинул бровь.
Вэнь Цзинюй перевел взгляд с одного на другого:
— Ешьте быстрее, а то опоздаете на занятия.
Ни Чаоян встал и ухватил Ни Сина за руку:
— Я уже поел, собираюсь на учебу. Братец, пойдем со мной.
Услышав, что Ни Чаоян собирается учиться, Вэнь Цзинюй расцвел:
— Ну тогда ступайте, грызите гранит науки как следует.
Ни Син стряхнул руку Ни Чаояна и зашагал первым:
— Пошли.
Они дошли до выхода, когда к ним подкатил B5 и обратился к Ни Сину:
— Молодой господин, ваш завтрак.
Ни Син принял его и с улыбкой поблагодарил:
— Спасибо.
Они сели в машину, и Ни Чаоян ехидно протянул:
— Относиться к ИИ как к человеку, Ни Син, ты что, извращенец? По мне так ты просто ходячий подопытный. Впрочем, по сравнению с тобой, B5 куда ценнее для исследований: интересно, способен ли искусственный интеллект полюбить человека? Кто знает, но ты-то этого робота любишь, верно?
— Желаю вам с этим железным болваном долгих и счастливых лет.
У обочины резко затормозил аэромобиль, из него выкатились двое юношей и прямо на дороге затеяли драку.
Несколько прохожих подошли разнять их, в итоге один сел обратно в машину, а второй зашагал пешком.
— Ни Син, ты снова опоздал.
Старикан стоял на возвышении за кафедрой и гневно сверлил Ни Сина взглядом:
— Не думай, что раз ты молодой господин из семьи Ни, то тебе всё дозволено.
Уголок рта Ни Сина расцвел синяком, любое движение отзывалось болью:
— Простите, больше не повторится.
Старикан со злостью хлопнул ладонью по кафедре:
— Какой это уже раз? Иди постой в коридоре!
Ни Чаоян усмехнулся в зале, и остальные тут же подхватили его смех — неприятный, режущий слух.
Ни Син закрыл за собой дверь класса и остался стоять в коридоре.
У разных классов расписание отличалось, так что сейчас в коридоре вовсю снувал народ.
Мимо проехала компания ребят на парящих в воздухе скейтбордах:
— Ого, юный господин Ни, тебя опять выставили за дверь?
Кто-то другой бросил:
— Юный господин Ни? Но разве он не сын семейной прислуги?
— Семья Ни не выгнала его на улицу, так что он всё еще молодой господин.
Они переговаривались, с любопытством разглядывая Ни Сина, но, натолкнувшись на его мрачный и ледяной взгляд, резко отвернулись и покатили дальше так, будто ничего не произошло.
— Динь.
Часы на руке снова издали звук. Ни Син еще не до конца к ним привык и замер на мгновение, прежде чем сообразить, в чем дело.
Он открыл сообщение: выскочил маленький Q-персонаж Цзян Е и показал Ни Сину сердечко из пальцев:
— Братец, я добрался до школы! Обещаю, я сдам всё на отлично!
Ни Син ответил коротко:
— Старайся.
Всплыло сообщение от B5:
— Молодой господин, на улице похолодало, не забудьте одеться теплее.
Помимо материального воплощения, роботы с искусственным интеллектом могли являться в виртуальных образах или общаться в чатах социальных сетей.
B5 отправил сообщение именно в текстовом формате.
Будучи персональным ИИ Ни Сина, он отвечал исключительно за его повседневный быт, досуг и здоровье.
Ни Син тихо улыбнулся, глядя на сообщение от B5.
— На следующий урок можешь зайти, — сказала Ни Сину проходившая мимо девушка с длинными волосами.
Уроки закончились, в коридоре стало еще шумнее. Без разрешения заходить в класс было нельзя, поэтому Ни Син ждал весточки у двери, и лишь когда девушка принесла разрешение, он вернулся на свое место.
Его стол по-прежнему был завален записками, а посреди лежали завернутые в белый пакет булка и молоко. Он окинул взглядом класс: лица окружающих были привычно беспристрастны, и по ним невозможно было догадаться, кто подкинул этот мусор.
Ни Син достал из кучи хлеб с молоком, убрал мусор и сел. Худой парень в очках подошел с остовом небольшой модели самолета в руках:
— Пора сдавать домашнее задание.
Ни Син узнал в нем того самого паренька из полицейского участка. Помнив его слова, он сделал вид, что видит его впервые.
Он посмотрел на модель в руках одноклассника и внутренне содрогнулся — никто не предупреждал его о таком задании.
Парень спросил:
— Не успел закончить?
Мастерить модель с нуля было уже поздно, и Ни Син ответил:
— Нет.
Парень кивнул и отошел.
Подростки есть подростки — вечно шумные, любящие поболтать.
В перерыве они сбились в кучки, громко смеясь и переговариваясь.
Ни Син сидел в одиночестве, глядя на свинцовое небо: стоило температуре упасть, как ясные дни становились редкостью.
— Динь.
— Чем братец занимается?
Цзян Е то ли находил часы диковинкой, то ли и вправду безумно скучал, но засыпал его сообщениями. Ни Син улыбнулся:
— А по чему ты соскучился?
Маленький аватар Цзян Е подпрыгнул:
— По твоим словам, по твоему голосу, по твоему запаху, по твоим объятиям, по всему в тебе.
Ни Син покачал головой с улыбкой: какой же прилипчивый ребенок.
— Эй, днем у нас совместная тренировка, ты в нашей группе.
Ни Чаоян подошел и пнул ногой стол и стул Ни Сина, кривя губы в усмешке.
Ни Син был на полголовы выше Ни Чаояна. Он поднялся, с презрением глядя на сводного брата:
— По рукам.
[Примечания автора]
Для остальных B5 — это «оно», а для Ни Сина — «он» [трехцветная кошачья мордашка]
Глава 6. Прошлое
◎ Мелодраматичные истории ◎
Сказано — группа, но стоило им начать разминку, как компания отступила в безлюдное место.
Ни Чаоян вышел вперед и презрительно усмехнулся в лицо Ни Сину:
— Думал, ты трус, а у тебя, оказывается, есть кое-какие яйца.
Ни Син не собирался возиться с Ни Чаояном, но стоило ему сейчас отказаться, как тот принялся бы караулить его после уроков.
Уж лучше отлупить его прямо сейчас во время тренировки, чем тратить время после школы.
Ни Син холодно уставился на Ни Чаояна.
Это был взгляд человека, стоящего на вершине иерархии, на того, кто внизу — холодный и полный презрения.
Встретившись с ним взглядом, Ни Чаоян окончательно потерял терпение и взревел:
— Да кто ты такой, чтобы так на меня смотреть?! С чего вдруг такая гордыня?! Если бы твоя мать не подменила меня с тобой, разве мыкался бы я в чужих краях больше десяти лет?! Какое право ты имеешь здесь качать права?! Ты должен стоять на коленях и умолять меня о прощении!
Столь мелодраматичный поворот казался нелепой сказкой, но происходил наяву. Ни Син прошел путь от полного неверия до нынешнего равнодушия.
Его биологическая мать, служившая в доме Ни обычной прислугой, завидовала их богатой жизни, и разум её помутился.
В день рождения Ни Чаояна, пока никто не видел, она подменила Ни Сина на того младенца из тепличных условий.
— Сынок, теперь у тебя будет хорошая жизнь, — безумно улыбаясь, шептала она ничего не понимающему Ни Сину.
Она вырастила Ни Чаояна до трех лет, а затем подбросила в приют, в то время как сама продолжала как ни в чем не бывало ходить на работу в семью Ни.
И с завидным усердием заботилась о чужом сыне, выросшем в особняке.
Пока случайность не сорвала покров тайны: выяснилось, что Ни Син — вовсе не кровный сын семьи Ни.
В конце концов Ни Чаояна наконец разыскали и вернули домой.
В тот день тринадцатилетний мальчишка робко озирался по сторонам: впервые переступив порог этой роскошной виллы, он испытывал одновременно трепет и страх.
Вэнь Цзинюй прижала Ни Чаояна к груди и горько заплакала:
— Чаоянчик!
Она родила ребенка в зрелые годы, и надо же было такому случиться — та проклятая прислуга подменила младенца, заставив её родную плоть и кровь страдать больше десяти лет.
Поначалу Ни Сина звали не Ни Син, а Ни Чаоян.
После возвращения истинного наследника он сменил имя на Ни Син.
А комнату, каждый уголок которой был пропитан его привычками, полностью вычистили — его собирались выставить вон.
Вэнь Цзинюй посмотрела на застывшего со слезами на глазах Ни Сина. Ребенок, которого она растила больше десяти лет, должен был уйти, и её материнское сердце не выдержало:
— Пусть Сяо Син останется, вы оба — мои дети.
К тому моменту правда раскрылась, и нянька, страшась возмездия, покончила жизнь самоубийством, сбросившись с крыши.
Вэнь Цзинюй прижала к себе обоих мальчишек, разница в возрасте между которыми составляла всего пару месяцев:
— Вы оба мои дети, я не смогу без вас жить.
Ни Син остался жить в своей прежней комнате, вот только выброшенные вещи никто возвращать не стал: в огромном помещении остались лишь голая кровать, стол со стулом да небольшой платяной шкаф.
http://bllate.org/book/34286/4224910
Готово:
