— К чему это?
Сунь Юэчжун перевел взгляд на Ю Шэна. Его голос стал на тон ниже, когда он произнес:
— Ю, сможешь в понедельник выступить перед ребятами и рассказать о своих методах повышения успеваемости? Хочу немного подбодрить этих детей.
Ю Шэн кивнул, соглашаясь.
Когда декан Сунь ушел, Се Син недовольно проворчал:
— Почему так несправедливо? Телефоны отобрали у обоих, но мне пришлось писать объяснительную, а тебе — какую-то мотивационную речь? Декан Сунь слишком уж придерживается двойных стандартов.
Ю Шэн небрежно отозвался:
— Может, потому, что мой уровень культивации вполне неплох.
Се Син: «...»
Се Син потерял дар речи:
— Ха-ха, высокий уровень — аргумент на все случаи жизни.
Это было не просто «неплохо», а очень даже «отлично». Но из уст Ю Шэна это звучало невероятно вызывающе.
Ю Шэн невозмутимо перевернул страницу книги и добавил:
— Именно так. Аргумент есть.
Се Син:
— Тебе стоит радоваться, что ты любишь строить из себя неприступного, а не болтать, иначе рано или поздно тебя бы подкараулили в темном переулке и отлупили.
Он наконец понял, почему у Ю Шэна такой скрытный характер: каждое его слово так и просится, чтобы его ударили.
— Куда ты уходил? — Се Син, проведший весь вечер в угрюмом настроении, наконец отвлекся от своих мыслей и спросил того, кто отсутствовал почти весь урок.
— Никуда, — ответил Ю Шэн.
Се Син протянул:
— О-о-о...
Когда вечерняя самоподготовка закончилась, Ю Шэн, больше не в силах смотреть на подавленного Се Сина, потянул его за рукав. Идя следом, он сказал:
— У меня есть решение.
Се Син, который уже собирался разозлиться из-за того, что его дергают за рукав, мгновенно просиял. Его глаза в темноте даже блеснули:
— Какое решение?
Ю Шэн бросил на него быстрый взгляд:
— Не спеши радоваться, есть условия.
Се Син: «...»
Он так и знал, что все будет непросто.
Да и вообще, как так вышло? За два года в академии он ни разу не попадался с телефоном, стоило прийти Ю Шэну, как его сразу угораздило влипнуть.
— Я договорился с деканом Сунем: если ты попадешь в сотню лучших на промежуточном экзамене, он вернет тебе телефон, — произнес Ю Шэн.
Се Син вырвал рукав из его руки и замахал ладонями в знак отказа:
— Да ну, забудь.
Для Се Сина это требование было сложнее, чем подняться на небеса. В конце концов, он не учился целых два года, все прежние знания выветрились, и теперь он находился в состоянии полной пустоты, когда в голове — хоть шаром покати. К тому же он сам не знал, способен ли еще вообще что-то усвоить.
Сформировать хорошую привычку сложно, а вот плохую — проще простого. Сегодня он пытался сосредоточиться на лекциях, вчитываться в книги и решать задачи, но результат оказался плачевным. На уроке математики он не понимал ни одной формулы, на английском — ни одного слова. С другими предметами было то же самое: вроде бы учитель говорит по-китайски, но фразы складываются в нечто совершенно непонятное, словно небесные письмена.
А когда он попробовал решить пробный тест, то не только не успел закончить, но и увидел, что все написанное пестрит красными крестами. Из пятнадцати вопросов в задании на заполнение пропусков он ответил правильно лишь на пять, два из которых — просто угадал. С такой точностью его результаты были даже хуже, чем когда он просто писал наугад.
Се Син понимал, что вновь взяться за учебу — задача не из легких, но он не ожидал, что это будет настоящий ад. Он слишком сильно отстал, и чтобы наверстать упущенное, нужно начинать с самых азов. Именно это стало истинной причиной его подавленности этим вечером.
Ю Шэн смотрел на спину Се Сина, в чьей походке чувствовалась полная безнадежность. Он нахмурился: «Так дело не пойдет».
Он подумал: «Маленькая Звездочка, ты же сдаешься слишком рано».
Голос Ю Шэна раздался сзади — негромкий, низкий и тягучий, он прозвучал в тишине особенно отчетливо:
— Когда ты донимал меня в самом начале, у тебя было полно энергии. Почему же теперь, когда дело касается учебы, ты стал таким слабовольным?
Се Син не стал наслаждаться чарующим тембром голоса — содержание фразы было настолько вызывающим, что его это взбесило. Се Син резко развернулся, не говоря ни слова. С помрачневшим лицом он схватил Ю Шэна за воротник, с силой впечатал колено в его живот и провел мастерский бросок через плечо.
Он навис над лежащим на земле Ю Шэном, собираясь ударить его кулаком в лицо, но, увидев, что тот даже не пытается сопротивляться, внезапно потерял интерес к драке. Се Син выпрямился, сунул руки в карманы и раздраженно бросил:
— Почему не ответил? Презираешь меня? Может, в учебе я и слабее, но это не значит, что проиграю тебе в драке.
Ю Шэн, опираясь на запястья, приподнялся. Несмотря на то, что живот все еще неприятно ныл от удара, он не изменился в лице и лишь усмехнулся с долей насмешки:
— Если ты боишься даже попробовать войти в сотню, то кто ты, если не трус?
Он прекрасно понимал, что злит Се Сина, и что дело может зайти еще дальше, вплоть до настоящей ненависти. Но сейчас было куда важнее заставить Се Сина снова начать жить по-настоящему.
Ю Шэн не знал, что пришлось пережить Се Сину. Раньше, когда они встречались, они только и делали, что дрались, так что времени узнать друг друга почти не оставалось. Но было очевидно одно: Се Син совершенно разучился получать удовольствие от жизни. Врачи тогда сказали, что болезнь Се Сина можно было вылечить — диагностировали ее рано. Но по какой-то причине он сам решил отказаться от лечения. Если человек сам не хочет жить, то даже гениальный врач не сможет помочь.
На дороге не было фонарей, и во тьме было трудно разглядеть выражение лица Се Сина. Слышался только его голос — в нем не было той ярости, на которую рассчитывал Ю Шэн. Напротив, он был полон безнадежности, словно стоячая вода в мертвом озере, в которой невозможно поднять ни единой ряби.
— Да, я трус, и что с того? — ответил Се Син. — Я просто не хочу учиться.
http://bllate.org/book/34218/4214931
Готово:
