Он пребывал в отличном расположении духа. Напевая про себя, он встал и прошелся по комнате, а проходя мимо спящего Шэнь Фэйчжи, не удержался и мягко похлопал его по щеке.
Неплохо, очень даже неплохо.
В сотни раз симпатичнее этого идиота Шэнь Вэя.
Размышляя об этом, он перевел взгляд на диагностическое оборудование.
Интересно, в кого же тот в итоге совершит Дифференциацию…
Хм?
Его узкие лисьи глаза в тот же миг расширились, стоило им коснуться дисплея.
…Что происходит?
Почему концентрация Феромона настолько высока? Этот человек ведь еще не прошел через Дифференциацию?!
Линь Чжоу, не веря своим глазам, уставился на показатели, которые вот-вот должны были зашкалить. Он схватил лежащего человека за шею, прямо поверх удерживающих ремней, намереваясь приподнять его.
Но стоило его пальцам сомкнуться на изящной шее, как запястье пронзила острая боль — его собственную руку намертво стиснула горячая ладонь.
Мужчина, который должен был оставаться без сознания еще четыре часа, проснулся неизвестно когда. В его черных как смоль глазах застыл ледяной холод.
— Я разрешал тебе прикасаться ко мне? — голос Шэнь Фэйчжи звучал хрипло, а смотрел он на юношу так, словно перед ним был покойник.
Устройство его организма было совершеннее, чем у кого бы то ни было в этом мире. Если бы не ослабляющее влияние местного слияния с реальностью, никакие анестетики не подействовали бы на него вовсе. Проспать целых двадцать минут — это было величайшим проявлением уважения к физическим законам этого мира.
Линь Чжоу, конечно, ничего об этом не знал. Подавив всплеск эмоций внутри, он вздрогнул и съежился:
— Второй господин, вы делаете мне больно.
Шэнь Фэйчжи опустил взгляд и действительно увидел на своем бледном, тонком запястье красные следы от пальцев. Его мрачное выражение лица немного смягчилось:
— Вот и отлично.
Линь Чжоу: «?» Ты что, чертов садист?!
Шэнь Фэйчжи был злопамятным чистюлей с тяжелым характером: если он сам был чем-то недоволен, то не позволял и другим чувствовать себя комфортно. Одно лишь прикосновение к нему уже перешло все границы, и если бы он не отплатил той же монетой, то не смог бы спокойно спать три дня.
Лишь когда он увидел, что красные следы на его коже начали сменяться синяками, он милостиво разжал пальцы, позволяя юноше, чьи глаза наполнились слезами обиды, сердито смотреть на него.
Шэнь Фэйчжи, ничуть не дрогнув, принялся самостоятельно отстегивать ремни:
— Еще раз дотронешься до меня — отрублю тебе лапы и скормлю собакам.
Линь Чжоу: «…»
Он поднялся на ноги, разминая ноющую шею, в которую недавно вонзились иглы, и, дождавшись стабилизации данных на экране, сорвал с себя десяток проводов и трубок.
Счастье в несчастье заключалось в том, что, помимо ослабления базовых способностей, тело осталось прежним.
Как только Шэнь Фэйчжи успокоился и приготовился к серьезному разговору с юношей, его жилистую талию внезапно обвили чьи-то руки.
Шэнь Фэйчжи: «!»
В заданиях, которые он выполнял раньше — будь то конец света или Бесконечный поток, или, в крайнем случае, прокачка с фермерством — подобных сценариев с физическим контактом просто не случалось! Для человека с патологической чистоплотностью близкий контакт с незнакомцем был сродни сдиранию кожи.
У Шэнь Фэйчжи по всему телу побежали мурашки, и он рявкнул:
— Отпусти!
— Не отпущу! — Линь Чжоу, услышав приближающиеся шаги в коридоре, мертвой хваткой вцепился в его талию.
Шэнь Фэйчжи схватил его за волосы на затылке, но не успел ничего сделать, как дверь за спиной с грохотом распахнулась.
— Линь Чжоу! Что вы вытворяете?!
Увидев, как двое обнимаются, Линь Суй настолько опешил, что его голос сорвался на фальцет.
— Ты… ты… ты! — рядом с ним старейшина Шэнь тоже задрожал от ярости: — Непутевый отпрыск!
Шэнь Фэйчжи тут же повернул голову в их сторону.
Именно в этот момент юноша, обнимавший его, внезапно уткнулся лицом в его плечо и, скрытый от глаз вошедших, широко открыл рот и со всей силы впился зубами в изящную шею!
— Ссс!
Чужое касание и боль вызвали у Шэнь Фэйчжи приступ тошноты. Рефлекторно он схватил нападавшего за загривок, пытаясь отшвырнуть. Но Линь Чжоу, который выглядел таким хрупким, непонятно откуда взял столько сил — он вцепился в талию так крепко, что сдвинуть его с места не удалось. Более того, он лишь сильнее сжал челюсти.
Шэнь Фэйчжи почувствовал резкую боль в основании шеи — похоже, клыки пробили кожу.
Он перестал сдерживаться и, уже не заботясь о том, не поранит ли он юношу чрезмерным усилием, с силой отшвырнул его прочь.
Но было уже поздно.
Линь Чжоу укусил Шэнь Фэйчжи прямо в Железу. Атакованная Железа начала неистово выделять Феромон высшего уровня Альфы: густой, терпкий аромат горького кофе заполнил комнату.
Мощная агрессивная волна заставила Линь Суя, бывшего Омегой, тут же обмякнуть в дверях, его сознание начало меркнуть.
Старейшина Шэнь среагировал быстрее: он отступил на шаг и с силой захлопнул дверь:
— Эй, кто-нибудь! Откройте зеркальные стекла в этой комнате! Я хочу видеть, что эти двое там творят!
Внутри комнаты —
Среди терпкого кофейного аромата юноша блаженно прищурился.
— Братец Шэнь, от тебя так вкусно пахнет.
Шэнь Фэйчжи одной рукой нащупал на месте Железы два глубоких следа от клыков, которые начали кровоточить, а другой — вцепился юноше в горло, постепенно сжимая пальцы:
— Ты ищешь смерти?
Если бы не остатки проклятого анестетика в крови, разве смог бы этот мальчишка застать его врасплох?
— Братец Шэнь, не надо так со мной, — ощущение нехватки воздуха было не из приятных, но юноша все равно продолжал сиять улыбкой. — Ты должен поблагодарить меня за то, что я спас тебя от моего брата.
Увы, желание Шэнь Фэйчжи убить его сейчас было куда сильнее любопытства о причинах этих слов. Он не ослабил хватку и остался непоколебим:
— Ты думаешь, мне нужна была твоя помощь?
Юноша не сдержался и закашлялся. Спустя долгое время он с трудом выдавил из себя:
— Нужна была, господин Шэнь. Ты ведь не из тех, кто любит искать себе погибель.
Шэнь Фэйчжи долго буравил его взглядом, прежде чем наконец разжал пальцы.
— Чего ты добиваешься?
Он чувствовал, как вокруг начинают медленно открываться зеркальные стекла, и замкнутое пространство, обеспечивающее хоть какую-то приватность, вот-вот станет прозрачным.
Линь Чжоу осел на пол, долго и мучительно откашливаясь. И только когда у Шэнь Фэйчжи почти закончилось терпение, он поднял голову и продемонстрировал ему свои маленькие клыки, ставшие теперь его визитной карточкой.
— Братец Шэнь, давай, укуси меня.
— Пропитай меня всего своим Феромоном.
http://bllate.org/book/34205/4213001
Готово:
