Сидевший рядом Ло Сяопан возмутился. Он поднялся и сам предложил свою кандидатуру:
— Эй, учитель, я ведь вечно занимаюсь вторыми местами! Возьмите меня с собой, быть вечно вторым — это тоже очень круто и солидно. К тому же, великий Му Ли любит только учиться и совсем не интересуется подобными мероприятиями. Раз он не идет, давайте отправлюсь я!
Заместитель директора оказалась в некотором затруднении. Если Му Ли действительно не хочет, она не сможет насильно тащить его за собой, так что придется искать другой повод для уговоров.
Но как раз в тот момент, когда она засомневалась, Му Ли шевельнулся. Он отложил ручку и, поднимаясь, тут же усадил Ло Сяопана обратно на стул:
— Сяопан, имей же хоть капельку самосознания, ладно? Широкоплечий и мускулистый, если взять тебя с собой, незнакомцы еще подумают, что мы тут вышибалы какой-нибудь мафии, пришедшие выбивать долги.
Одноклассники громко рассмеялись, а Ло Сяопан обиженно притих.
Му Ли перевел взгляд на заместителя директора и с улыбкой спросил:
— Учитель, что от меня требуется?
Заместитель директора тоже улыбалась, но выражение ее лица было каким-то сложным. Наконец она лишь произвела:
— Пойдем со мной, на месте разберешься.
В школе всегда найдутся места, куда не скупятся вливать бюджетные средства, поэтому конференц-зал А-шинской школы был построен отнюдь не просто роскошно — вся закулисная инфраструктура оказалась на высоте, вплоть до наличия профессиональной гримерной.
Цзи Лай в этот момент как раз сидел в гримерной, и его личный визажист накладывал ему макияж.
В дверь постучали, и снаружи раздался голос заместителя директора:
— Господин Цзи, я привела человека.
Рука визажиста замерла. Он был довольно близок с Цзи Лаем, поэтому сейчас шумно выдохнул и произвел:
— Мне кажется, или тут что-то странное? Какого еще человека привели? Ты что, играешь в какие-то странные ролевые игры в стиле доминирующего президента?
Цзи Лай услышал это и прикрыл глаза.
Я хочу десять миллионов
— Никакие это не игры, не фантазируй зря, — сначала опроверг догадки Цзи Лай, а затем шокирующе добавил: — Впрочем, ничего благопристойного тут тоже нет. Можешь считать, что я собираюсь взять под свое покровительство одного юношу-альфу. Ну, того самого, которого сейчас впустили стуком в дверь.
Визажист: ?
Цзи Лай не обращал внимания на растерянного визажиста. Он подал голос, разрешая заместителю директора ввести Му Ли внутрь.
С самого момента входа глаза Му Ли не отрывались от Цзи Лая. Заместитель директора о чем-то любезно щебетала, но он совершенно ничего не слышал, ожидая, пока заговорит тот, кто приковал его взгляд.
Цзи Лай лишь кивнул и вежливо сказал заместителю директора:
— Благодарю за труд. Я не слишком хорошо знаком с вашим учебным заведением, так что позже мне, пожалуй, понадобится провожатый в лице ученика Му.
Обменявшись еще несколькими дежурными любезностями, заместитель директора удалилась, оставив Му Ли здесь.
Визажист тут же отложил карандаш для бровей и с крайне проницательным видом спросил:
— Учитель Цзи, не пора ли мне уединиться?
Спросил с расстановкой, с неподдельным сплетническим интересом на лице — так, будто опасался, что этот будущий укрытый покровительством ученик не поймет намека на неладное.
Но, выставив себя на посмешище, визажист обнаружил, что этот парнишка остался совершенно невозмутим, и оттого почувствовал легкое разочарование.
Эх, люди со стороны все-таки слишком наивны, даже таких очевидных намеков не улавливают.
У Цзи Лая было хорошее настроение, поэтому он не стал спорить с визажистом и лишь махнул рукой, веля тому удалиться.
В тот самый момент, когда дверь гримерной закрылась, атмосфера в помещении мгновенно изменилась.
Цзи Лай сидел в кресле, расслабленно откинувшись на спинку, и изучал Му Ли снизу вверх.
Му Ли так и стоял рядом с ним, позволяя себя рассматривать. У молодого альфы были большие, очень яркие глаза, на губах не гасла улыбка — он напоминал дикого волчонка, который первым проявляет дружелюбие к людям.
Цзи Лай подумал: если бы взгляды могли обретать плоть и вес, то искренность и бьющая через край жизненная сила во взоре этого парня уже наверняка обожгли бы его.
Цзи Лай вспомнил, как несколько дней назад его агент Цинь Шэнъянь подыскивала ему кандидатов и швырнула в него буклет с анкетами на выбор.
У него была одна привычка при просмотре вещей: он не любил листать с первой страницы, как положено, а всегда сперва открывал где-нибудь посередине, бегло бросал пару взглядов, а затем заглядывал в самый конец.
Толку от такого хаотичного перелистывания было немного — никакой полезной информации в голову не откладывалось.
Но Цзи Лаю нравилось поступать именно так, словно это был некий сакральный ритуал: позволить душе сперва слегка соприкоснуться с книгой.
Когда он просматривал буклет с личными делами кандидатов, Цзи Лай поступил точно так же.
Однако, в отличие от прошлых разов, когда в конце концов он не находил ничего стоящего, наугад раскрыв страницу где-то в середине, он сразу же зацепился взглядом за фотографию.
Глядя на юношу со снимка, Цзи Лай подумал прежде всего о том, как тот хорош собой.
В отличие от выверенной, кукольной привлекательности тех, кто крутится в шоу-бизнесе, эта красота была совершенно естественной.
От снимка веяло юностью и живой энергией, невольно вызывая ассоциации с какими-нибудь милыми животными.
Цзи Лаю вспомнился дикий волчонок, которого он встретил в степях во время съемок одного из фильмов.
По логике вещей, появление волков вблизи съемочной группы требовало немедленных защитных мер и изгнания зверя.
Но тот волчонок уродился на редкость ладным и с добродушной мордашкой, а местные жители вновь и вновь заверяли, что этот волк никому не причинит вреда, поэтому в итоге его оставили в качестве талисмана.
Глаза у того волка тоже были большими, подумал Цзи Лай — совсем как у Му Ли.
И тогда Цзи Лай перестал листать остальные страницы с досье, сразу остановив свой выбор на Му Ли.
— Пусть будет он, — поставил он точку в вопросе.
Цинь Шэнъянь беспокоилась, она просчитывала множество вариантов и потому спросила:
— Не хочешь присмотреть еще пару запасных кандидатур? Вдруг этот парень упрям и не захочет заводить с тобой романтические отношения?
— Значит, и заводить не будем. Ты же знаешь, я никогда не соглашаюсь на меньшее — он просто приглянулся мне с первого взгляда.
— А кроме того, — искренне указав на самого себя, спросил Цзи Лай, — неужели ты думаешь, что кто-то может меня не любить?
Цинь Шэнъянь:……
Хотя и так, но ведь поспорить было нечем.
И вот теперь, здесь, в гримерной, Цзи Лай точно так же указал на собственное лицо и спросил Му Ли:
— Нравится это лицо?
Стоявший до этого Му Ли присел на корточки, оказавшись ниже Цзи Лая — снизу вверх, глядя прямо в глаза, он ответил:
— Я люблю тебя.
Так он что, всё-таки мой фанат?
Цзи Лай немного заколебался: если бы Му Ли не следил за индустриями развлечений и понятия не имел, кто он такой, ему было бы куда проще сохранять душевное спокойствие.
Но раз уж тот оказался фанатом, у Цзи Лая рука не поднималась.
Он уже собирался сказать, что ладно, забудь, пусть Му Ли возвращается к себе: учится, чем положено занимается, — как вдруг этот альфа добавил:
— Господин Цзи, могу я узнать ваше имя?
http://bllate.org/book/34191/4210973
Готово:
