Не успело его сердце успокоиться, как Лу Чжанчжао подбросил мощную бомбу:
— С завтрашнего дня можешь больше не приносить еду.
Ши Юй мгновенно остолбенел.
На мгновение в голове Ши Юя пронеслись бесчисленные мысли.
Собравшись с духом, он попытался прощупать почву:
— Ты что-то вспомнил?
К счастью, последовавшие слова Лу Чжанчжао подействовали на него как успокоительное:
— Нет. — Сделав паузу, он добавил с ноткой вины в чистом голосе: — Если ты хочешь, чтобы я вспомнил, я постараюсь.
Когда Лу Чжанчжао только очнулся, он не помнил даже собственного имени.
Придя в себя, он постепенно восстановил в памяти свою личность, но, по его словам, события последних полутора лет стерлись напрочь.
Наверное, каждый, кто часто теряет память, знает, каково это. Ши Юю никогда не доводилось терять память, и он не был уверен, считается ли такое состояние Лу Чжанчжао нормальным — раньше он слышал об амнезии только в кино.
Лечащий врач Лу Чжанчжао как-то упоминал, что пациент перенес сильный удар головой: хотя гематом не обнаружилось, это все же могло в определенной степени повлиять на память, когнитивные способности и даже зрение. При правильном уходе со временем все восстановится.
Ши Юй сухо ответил:
— Пожалуй, не надо, не заставляй себя вспоминать... У тебя голова еще болит?
— Уже давно не болит.
Его забота, судя по всему, пришлась Лу Чжанчжао по душе. Мужчина перевел взгляд на термос, стоявший на столе:
— Я еще не обедал.
У Ши Юя возникло странное ощущение: Лу Чжанчжао воспринимал его как легкую закуску перед обедом — стоило понюхать, обнять, и аппетит появлялся сам собой.
В частной клинике подавали комплексное питание, и при таких условиях проживания еда должна была быть неплохой, однако Лу Чжанчжао заявлял, что больничная пища невкусная.
Разумеется, выразился он куда резче:
— Словно не для людей.
Ши Юй консультировался с врачом, и тот сказал, что Лу Чжанчжао повредил лишь голову и ему требуется постельный режим под наблюдением, а с желудком и селезенкой все в порядке, так что можно питаться как обычно.
Тогда Ши Юй предложил готовить для него домашнюю еду отдельно, и Лу Чжанчжао с радостью согласился.
Поскольку Ши Юй уже давно жил один, его кулинарные навыки значительно улучшились. Он умел готовить только блюда кантонской кухни и поначалу переживал, что Лу Чжанчжао не привыкнет к ней, но судя по тому, что приносимую им еду каждый раз съедали подчистую, Лу Чжанчжао его стряпанье определенно нравилось.
Теперь же Лу Чжанчжао велел ему больше ничего не приносить.
Открыв пиалу с супом, Ши Юй не удержался от вопроса:
— Почему не нужно носить еду... Тебе надоело? Скажи, что ты хочешь, я могу научиться готовить.
— Нет, мне очень нравится.
Лу Чжанчжао заметил, что его парень держится с ним как-то робко, порой словно пытаясь угодить.
Он еще не до конца понимал, какими были их отношения прежде, но ему хотелось, чтобы они строились на равных и были непринужденными. С малых лет он привык, что перед ним все стелятся, а до отъезда за границу почти обо всех мелочах в его жизни заботились слуги. Он редко задумывался о чувствах людей, чей социальный статус отличался от его собственного, и никто не учил его ставить себя на место других.
Но раз речь шла о его парне, он с удовольствием был готов поломать голову над тем, что творится у того на душе.
Поэтому он необычайно мягким тоном пояснил:
— Я сказал, что еду приносить не нужно, потому что врач говорит, что со мной все в порядке, и завтра меня выписывают.
— Правда? Как здорово!
Ши Юй был так взволнован, что чуть не уронил пиалу с супом, но Лу Чжанчжао ловким движением перехватил ее.
Неуклюжесть возлюбленного выглядела донельзя мило, и он снова не удержался и слегка ущипнул его за щеку. Ши Юй, по обыкновению, покорно стерпел.
Пока молодой господин Лу пил суп, Ши Юй достал телефон и взглянул на экран.
Тот самый заказчик, заставлявший его несколько раз переделывать эскиз, наконец утвердил работу и добавил, что ему нравятся все версии, нельзя ли прислать их целиком. Подумав, Ши Юй с тяжелым сердцем согласился.
Лу Чжанчжао ел быстро и вскоре расправился с супом. Ши Юй забрал пустую пиалу, открыл термос, наложил ему риса и аккуратно полил сверху приготовленными блюдами.
Во время еды тот не любил разговаривать: приняв чашку с рисом, он вновь сосредоточился на трапезе. Когда его пиала опустела, Ши Юй снова взял ее и наполнил едой — их слаженность казалась такой, будто это повторялось уже тысячу раз.
Когда он впервые кормил Лу Чжанчжао, мужчина задумчиво спросил: Я часто заставляю тебя делать такое? И, не дожидаясь ответа, сам же добавил: Прямо как старые муж и жена.
Тогда Ши Юй покраснел еще сильнее.
Раньше он жил у дяди и ему часто приходилось помогать по хозяйству. Младший кузен Ши Имин, даже учась в средней школе, требовал, чтобы за ним бегали с ложкой, так что Ши Юй действительно привык заботиться о других и не видел в этом ничего дурного.
Возможно, именно потому, что он выполнял всю эту работу столь естественно и умело, Лу Чжанчжао ни на секунду не усомнился в его словах о том, что они состоят в отношениях.
Покончив с обедом, Лу Чжанчжао получил от Ши Юя стакан воды.
Держа в руках стакан, он внезапно спросил:
— Сяо Юй, какой у нас адрес?
Ши Юй назвал адрес:
— Ты живешь здесь.
Каково же было его удивление, когда Лу Чжанчжао при этом слегка нахмурился:
— Ты? Значит, мы не живем вместе?
Ши Юй не ожидал от него такой проницательности; опешив на секунду, он ответил:
— Мы только начали встречаться, до этого дело еще не дошло.
— Так давай начнем этот шаг прямо сейчас, — произнес Лу Чжанчжао, а затем, решив, что его тон прозвучал излишне жестко и может испугать возлюбленного, добавил: — Можно?
Ши Юй замялся и в конце концов отказал ему:
— ...Давай пока погодим, у меня сейчас накопилось много заказов, я еще не все нарисовал, переезд сейчас не вовремя.
На лице Лу Чжанчжао отразилось такое разочарование, что Ши Юй сразу вспомнил брошенного золотистого ретривера.
— Я могу помочь тебе переехать. Или что, если мы будем жить вместе, я стану тебе мешать? Обещаю вести себя тихо и не отвлекать тебя от работы.
За те дни, что они провели вместе, Ши Юй успел рассказать ему о своей работе, и теперь этот невинный тон вызывал у Ши Юя чувство вины, словно он бросил домашнее питомца.
И все же он остался непреклонен:
— Ты можешь приходить ко мне в любое время. — А затем, заинтересовавшись, спросил: — Почему ты так хочешь жить со мной?
— Спрашиваешь, почему? Конечно же потому, — подперев щеку рукой, без раздумий ответил Лу Чжанчжао, — что я хочу просыпаться каждый день и первым, кого я увижу, открыв глаза, должен быть ты.
http://bllate.org/book/34108/4199112
Готово:
