Я: «...»
— Не пойдём?
Я: «Пойдём».
Отработать сверхурочно можно в любой момент, а вот вкусной едой лучше наслаждаться как можно раньше!
В тот же вечер, когда я вернулся домой, Лю Сяохуа добавила меня в групповой чат под названием Отряд защиты любви генерального директора Фу и помощника Вэнь (78).
Я: «?»
Я отправил Лю Сяохуа в личные сообщения большой вопросительный знак, выражая своё непонимание.
Цветочек не рисует (Лю Сяохуа): «Это отряд защиты любви нашего генерального директора Фу и помощника Вэнь. Смотрю, ты совсем наивный и ничего не понимаешь — от нечего делать почитай, как участники группы всё раскапывают, и тогда ты поймешь, как сильно шипперят генерального директора Фу и помощника Вэнь».
Цветочек не рисует (Лю Сяохуа): «Кстати, сегодня вечером мастерица Е Хуа выложит в группе новую главу фанфика, не забудь потом почитать».
Я зашёл в группу как раз вовремя: только переступил порог, как увидел, что упомянутая Лю Сяохуа мастерица Е Хуа поделилась документом под названием «Властный генеральный директор Фу, люби меня пожёстче».
Я: «?»
Что за чёрт, почему это название так сильно похоже на те романы про властных гендиректоров, которые я обычно читаю? Сгорая от любопытства, я кликнул и заглянул внутрь.
Пять минут спустя я был в полном шоке. Мастерица-автор писала очень хорошо, было бы ещё лучше, если бы одним из главных героев не был я.
[...Не успел Вэнь Цзюэ опомниться, как Фу Юнь впился в него свирепым, хищным взглядом, словно голодный волк, вышедший на охоту и случайно столкнувшийся с маленьким жирным барашком, прямо перед ним уткнувшимся в его ловушку. Разве мог Фу Юнь теперь отпустить Вэнь Цзюэ?
Он так долго мечтал об этом лакомом кусочке, так долго, что у него совсем не осталось терпения сдерживаться. И тогда, поддавшись самым грязным желаниям своего сердца, он резким движением притянул Вэнь Цзюэ в свои объятия, широкой ладонью мёртвой хваткой зафиксировал его подбородок, а затем склонился ближе, сбивчиво дыхая:
— Добрый вечер, мой маленький ягнёнок.]Сказав это, Фу Юнь, не обращая внимания на сопротивление Вэнь Цзюэ, опустил голову и жадно, до боли впился в его губы. Вэнь Цзюэ чувствовал, что это даже поцелуем-то назвать нельзя — Фу Юнь вовсе не целует его, Фу Юнь словно намерен проглотить его целиком, сожрать со всеми потрохами.
Генеральный директор Фу, вы не можете так со мной поступать. — С покрасневшими глазами и всхлипывая, произнес Вэнь Цзюэ.
С одной стороны, мне казалось это до боли в глазах отвратительным и совершенно неприемлемым, но с другой — я не удержался и отыскал в общем документе предыдущие главы. Дочитав до конца, я едва сдерживал желание выругаться: Фу Юнь, ну ты просто нелюдь! Как ты мог сотворить такое, принудить человека к подобному? Это же просто возсмутительно!
Не знаю, было ли дело в том, что главным героем выступал я сам, но после прочтения мне одновременно и неловко стало, и где-то в глубине души приятно шевельнулось тайное злорадство. Только представьте: Вэнь Цзюэ, который обычно ходит с ледяным лицом, если верить рассказам сотрудников, от начала и до конца был прижат мной к постели, горько плакал и молил о пощаде! Какая яркая картина!
С тех пор как художница Е Хуа поделилась документом, в групповом чате поднялся такой шум, словно наступил Новый год — на связь вышли практически все, кто находился в сети.
Цветочница не рисует — Лю Сяохуа: Художница Е Хуа, вы моя богиня!
А ты, я посмотрю, знаменитость: Ура, еда! Горячая, свежая еда!
Е Хуа: Спасибо вам за любовь, малыши. Сегодня хочу сообщить одну новость: я в последнее время немного занята, так что выход этого произведения на какое-то время, пожалуй, приостановится.
Моя любовь слишком ранима: ?
В тот момент в моей голове, видимо, что-то замкнуло, и сам не знаю, о чем я вообще думал. Наверное, сказалась привычка делать крупные донаты на платформе, и, услышав, что автор собирается заморозить историю, я подсознательно попытался удержать ее с помощью финансовой мощи.
К тому моменту, когда до меня дошло, что я делаю, перевод уже был отправлен...Моя любовь слишком чувствительна: Перевела Е Хуа 10 000 юаней с пометкой: Можно ли, чтобы вы продолжили обновлять историю, госпожа?
Хуахуа не рисует (Лю Сяохуа): @Моя любовь слишком чувствительна, черт возьми, сестренка, какая же ты мощная!!
Либала, ты и знаменита: Боже мой, это же богатая леди, прильнула, прильнула, прижимаюсь к тебе.
Шуньфэн Даофу: Кто бы мог подумать, что в нашей компании есть такая богачка! Сестренка, ты пришла в компанию, чтобы попробовать жизнь на вкус?
...
Е Хуа: ...Неожиданно все дела отпали. Завтра выложу дополнительно десять тысяч иероглифов. Благодарю потерянную сестру за поддержку! Можете писать, что хотите увидеть, принимаю ваши идеи для сюжета.
Честно говоря, я вовсе не горю желанием читать продолжение этого произведения, но раз уж деньги уплачены, не пропадать же добру...
Моя любовь слишком чувствительна: Можно попросить сюжет, где помощник Вэнь униженно просит любви у генерального директора Фу? Чтобы генеральный директор Фу при этом держалась высокомерно.
Е Хуа: Без проблем, малышка! В будущем напишу обо всем, что пожелаешь. Даже если хочешь историю о том, как помощник Вэнь забеременел и сбежал с ребенком — я справлюсь. Чмок.jpg
Пожалуй, из-за того, что госпожа Е Хуа вечером пообещала написать сюжет о том, как Вэнь Цзюэ беременеет и сбегает с ребенком, мне всю ночь снились кошмары. Во сне Вэнь Цзюэ с огромным животом плакал, бегал за мной и требовал, чтобы я взял на себя ответственность.
— Генеральный директор Фу~ Генеральный директор Фу~ Вы сделали меня брюхатым, вы должны нести ответственность!
Я в ужасе кричала во сне:
— Как мужчина может родить ребенка?!
Вэнь Цзюэ во сне, не слушая моих возражений, схватил меня за руку и прижал к своему животу:
— Почему это мужчина не может родить? Ты сделал меня брюхатым, ты обязан отвечать за меня! Смотри, наш ребенок пинается.Затем я почувствовал, как рука, лежащая на животе Вэнь Цзюэ, действительно шевельнулась пару раз, а в следующее мгновение в его руках внезапно появился ребёнок.
— Генеральный директор Фу, я даже родил вам сына, вы просто обязаны меня содержать! — выпалил Вэнь Цзюэ и сунул ребёнка мне на руки.
Пухлый младенец шмякнулся ко мне на колени, и я от испуга тут же вынырнул из сна. Распахнув глаза, я как раз увидел, как Вэнь Цзюэ открывает дверь и направляется ко мне:
— Генеральный директор Фу...
На секунду я потерял грань между сном и явью и машинально перебил Вэнь Цзюэ:
— Больше ни слова, беру на себя ответственность!
Вэнь Цзюэ:
— ?
Вэнь Цзюэ на мгновение замер, а затем недоумённо спросил:
— За что именно?
Оглядевшись по сторонам, я окончательно пришёл в себя и невольно бросил взгляд на живот Вэнь Цзюэ:
— Я к тому, что сегодня я во всём разберусь и буду усердно работать.
Видимо, тот сон произвёл на меня столь сильное впечатление, что весь сегодняшний день я то и дело украдкой косился на живот Вэнь Цзюэ, подсознательно ожидая, что в любую минуту он предстанет передо мной с большим животом и потребует жениться на нём. Каждый раз, когда в голове всплывала эта картина, меня бросало в дрожь от отвращения.
Когда я уже в десятый раз пропустил мимо ушей слова Вэнь Цзюэ, потому что пялился на его живот, он положил папку с документами на стол, подошёл ко мне, развернул моё кресло на пол-оборота лицом к себе и спросил:
— Генеральный директор Фу, на что вы вообще смотрите? Вы с самого утра только и делаете, что пялитесь мне на живот! Что с ним не так?
http://bllate.org/book/34076/4195578
Готово:
