Только не Нань Син.
Если не брать в расчет происхождение Гу Синаня, то от одного его присутствия бросало в дрожь. Он казался страшнее любого завуча, строже собственного отца, и стоило Гу Синаню просто появиться рядом, как все вокруг невольно вытягивались по струнке.
Под этим тяжелым взглядом Нань Син заледенел с головы до пят. О том, чтобы заставить Гу Синаня ждать, не могло быть и речи: он быстро повернулся, бросил своему телохранителю ехать домой самостоятельно, а затем, длинноногий и послушный, под мрачным взором Гу Синаня живо обошел машину с другой стороны.
Личный водитель Гу Синаня уже распахнул дверцу, почтительно ожидая, пока Нань Син сядет внутрь.
Нань Син перевел взгляд с водителя на мужчину, сидевшего в салоне. Тот смотрел прямо на него, и хотя сидел совершенно неподвижно, от него исходила такая властная аура, будто он правил целым миром. У Нань Сина вдруг возникло странное ощущение, будто он сам добровольно лезет в пасть волку.
Нань Син помотал головой, вытряхивая из нее эти дурацкие мысли, и послушно забрался в салон, устроившись рядом с Гу Синанем.
Между ними оставалось немалое расстояние.
Дверь захлопнулась.
Пространство вокруг мгновенно сузилось.
Нань Син на секунду растерялся.
Он украдкой скосил глаза на Гу Синаня, но никак не ожидал, что мужчина все это время смотрел на него. Попытка шпионажа с треском провалилась.
Нань Син: «……»
Испуганно отпрянув, Нань Син судорожно закусил губу, выпрямил спину, плотно сдвинул ноги, а руки чинно положил на колени. Поразмыслив пару секунд, он счел эту позу недостаточно почтительной, осторожно покосился на Гу Синаня и храбро, едва слышно произнес:
— Спасибо, дядя Гу.
— Не нужно так напрягаться.
Гу Синань окинул взглядом напряженную фигуру Нань Сина:
— Можешь сесть поближе.
Забившийся в угол Нань Син: «……»
Закусив нижнюю губу, он робко подвинулся в сторону Гу Синаня — ровно на два-три сантиметра, — после чего замер и уставился на него.
В этом взгляде читалось столько послушания, будто ребенок ждал похвалы от старших.
В глазах Гу Синаня мелькнул огонек.
— Хороший мальчик.
Он протянул руку, открыл маленький встроенный холодильник, окинул взглядом его содержимое, достал оттуда корочку молока размером с ладонь и протянул Нань Сину:
— Куда путь держишь?
Движение было непринужденным и естественным.
Нань Син замер. Его взгляд опустился на широкую ладонь мужчины с четко очерченными костяшками пальцев — даже то, как он держал пачку молока, выглядело чертовски соблазнительно.
Во рту тут же выделилась слюна.
Нань Син сглотнул, подавляя неуместные мысли, и предельно осторожно, стараясь не задеть пальцы мужчины, принял молоко:
— В Юэланьвань.
Гу Синань убрал руку:
— К друзьям?
— Я к Мяомяо.
Честно ответил Нань Син и лишь после этого вспомнил, что назвал Юй Цзымяо по домашнему прозвищу, которого Гу Синань наверняка не знает. Он торопливо пояснил:
— Эм, то есть к Юй Цзымяо. Вы ведь встречались с ним в прошлый раз, мы хорошие друзья.
— Мм, я помню, младший сын семьи Юй.
Гу Синань протянул Нань Сину соломинку:
— Вы неплохо ладите.
— Пей.
— Я помню, ты любишь молоко.
Нань Син не уловил скрытого смысла, он был просто потрясен — великий и ужасный босс помнит, что он любит молоко!
А ведь они виделись всего один раз!
Нань Син совсем растерялся.
Он взял соломинку, украдкой бросил взгляд на мужчину, проткнул фольгу и снова зыркнул на Гу Синаня.
Гу Синань:
— Что такое?
Нань Син замотал головой:
— Ничего-ничего.
Чувствуя себя виноватым, он опустил голову и сделал жадный глоток. Вспомнив, что так и не поблагодарил мужчину, он тут же вскинул подбородок:
— Спасибо за молоко, дядя Гу, я очень его люблю.
— Мм.
Гу Синань мягко произнес:
— Умница. В следующий раз я захчу еще.
Машина ровно катила по дороге, в салоне воцарилась тишина. Нань Син обеими руками обхватил корочку молока, то припадая к соломинке, то отстраняясь. Его нежные щеки то и дело забавно надувались, делая его похожим на хомячка.
Его взгляд снова и снова воровато смещался вбок.
А сидевший рядом Гу Синань с абсолютно невозмутимым видом смотрел в экран ноутбука. Его изящные длинные пальцы быстро бегали по клавиатуре, извлекая из нее тихий стук.
Не заметил.
Осмелев, Нань Син перешел в наступление.
Его взгляд скользнул вверх по тем красивым рукам и замер на торсе мужчины, затянутом в белоснежную рубашку.
Какая стать!
Нань Син мысленно пустил слюни. И правда, самый выдающийся и завидный жених Пекина! И дело даже не в состоянии и внешности — с такой фигурой Нань Син, как студент художественного факультета, готов поручиться головой: это же готовый шаблон для манги, особенно эти широкие плечи. Просто двойная распашная дверь!
Пооблизывавшись еще какое-то время, Нань Син перевел взгляд выше и уставился на выступающий кадык мужчины.
Безупречный, до одури соблазнительный кадык!
В голове Нань Сина зароились самые фривольные мысли: как же этот кадык подошел бы для его откровенной манги! Если бы какой-нибудь парень влюбился в него зубами, разве не умопомрачительно бы вышло?
Ах!
Как же пошло, как же пошло.
Смущенный собственными буйными фантазиями, Нань Син чуть не прыснул со смеху.
Прикрыв рот рукой, он попытался успокоиться и продолжил изучать мужчину. И правда, нет ничего привлекательнее работающего человека: Гу Синань и сам по себе хорош собой, а когда был сосредоточен на делах, от него вообще невозможно было отвести глаз.
Сердце Нань Сина колотилось о ребра, пока он мысленно воспевал оду красоче Гу Синаня. С такими данными этот человек — стопроцентный главный герой какого-нибудь любовного романа.
Э?
Погодите-ка.
Главный герой романа?
Нань Син резко пришел в себя, вспомнив вчерашний сон. Разве этот мир — не та самая книга?
А главный герой-гонг…
Он уставился на Гу Синаня. Главный герой-гонг, кажется, приходится Гу Синаню племянником — его зовут Гу Цзюньхао.
С каких это пор у Гу Синаня роль не главного героя? Да он же выглядит в сто раз лучше и внушительнее этого Гу Цзюньхао из снов!
Нет-нет.
Как вышло, что при такой внешности у Гу Синаня вообще нет собственной сюжетной линии?
При такой-то красоте!
— Нравится?
— Красиво.
Нань Син ответил на автопилоте и лишь после этого сообразил, кому именно дал этот ответ. Его бросило в ледяной пот — Гу Синань в какой-то момент повернул голову и теперь смотрел прямо на него.
Дело шло к катастрофе!
Попался с поличным!
Нань Син от испуга был готов выпрыгнуть из машины. Это же Гу Синань! Мало того, что он пялился на него исподтишка, так его еще и застужали за этим занятием, да он еще и в открытую ляпнул, что тот красив!
Какая наглость!
— Я…
— Не нервничай.
Взгляд Гу Синаня оставался спокойным — в нем не было и следа того недовольства, которого так боялся Нань Син.
— Нравится — смотри.
Нань Син: «……»
Сгорая от стыда, он мог лишь опустить полыхающую голову и еле слышно выдавить:
— Ой.
И с досады сделал тяжелый втягивающий звук.
На беду, молоко в коробке давным-давно закончилось, и стоило Нань Сину с усилием затянуться, как соломинка издала противный хлюпающий звук.
В звенящей тишине салона этот звук прозвучал оглушительно громко.
Нань Син: «……»
Какой позор.
Лицо, кажется, стало еще горячее…
Пока несчастный Нань Син умирал от стыда, прямо перед его носом возникла еще одна корочка молока. Все та же пара красивых рук протягивала ему точно такую же упаковку.
— Пей.
В прохладном голосе Гу Синаня — или Нань Сину лишь показалось? — прозвучали нотки заботы, словно тот успокаивал ребенка:
— Эта пачка маловата. В следующий раз я велю приготовить тебе побольше.
Красноречиво полыхая щеками, Нань Син принял угощение:
— Спасибо, дядя Гу.
— Умница.
Оставшуюся часть пути Нань Син сидел тихо, боясь даже лишний раз шевельнуться. Прижав к груди пачку молока и покусывая соломинку, он пытался разложить по полочкам мысли в голове.
Гу Синань оказался вовсе не таким страшным, как рисовалось в воображении.
Гу Синань назвал его умницей.
И даже не один раз.
С чего бы этому холодному и властному генеральному директору возить в автомобильном холодильнике столько молока?
У Гу Синаня тоже была недвижимость в Юэланьване, поэтому машина беспрепятственно проехала до самого дома Юй Цзымяо.
Стоило автомобилю замереть, как Нань Син, глядя на знакомые очертания особняка, наконец позволил себе расслабиться. Мытарства закончились. Никогда еще поездка на машине не казалась ему столь мучительной.
Выпрямившись, Нань Син повернулся к Гу Синаню и с максимально серьезным видом произнес:
— Спасибо, что подвезли, дядя Гу.
— Тебе не обязательно каждый раз благодарить меня.
Гу Синань не сводил с него глаз:
— Мне было по пути.
— А.
Нань Син сухо кивнул, лихорадочно соображая, что еще можно сказать, и в конце концов выпалил:
— Ну тогда я побежал, дядя Гу.
— Подожди секунду.
Движение Нань Сина оборвалось на полуслове.
Он испуганно оглянулся.
Гу Синань извлек откуда-то белоснежный, мягкий и безупречно чистый носовой платок и протянул его парню:
— Вытрись.
— У тебя молоко вокруг рта.
Нань Син вспыхнул с новой силой. Неужели он все это время разговаривал с Гу Синанем с испачканными молоком губами?
Это потому, что он облизал губы, когда пил?
Какой кошмар, какой позор.
Нань Син торопливо выхватил платок и принялся яростно тереть рот, желая лишь одного — как можно быстрее стереть следы позора.
Но стоило ему сделать пару движений, как та самая ладонь, которую он сегодня уже успел мысленно превознести, перехватила его запястье. Рука Гу Синаня легла на его руку — мягко, но с непреклонной силой.
Нань Син: «?»
Он ошеломленно воззрился на мужчину:
— Дядя Гу?
Вы что творите?
— Давай я.
Гу Синань слегка подался вперед, сохраняя на лице абсолютное спокойствие. Забрав у Нань Сина скомканный платок и отведя в сторону его суетливые руки, он под удивленным взглядом парня бережно и аккуратно промокнул уголок его губ.
Ощущения на губах были невероятно мягкими, хранящими легкое тепло чужих пальцев. Нань Син чувствовал это тепло — оно шло от пальцев Гу Синаня, согревало кожу и несло с собой отчетливый, терпкий аромат мужской силы…
Властно проникая в каждую пору на лице.
Тук-тук.
Тук-тук-тук.
Предательское сердце застучало в груди так громко, что закладывало уши.
Уши тоже пылали.
Время будто растянулось.
Прошла целая вечность — хотя на деле не прошло и двух секунд, — прежде чем Гу Синань отнял руку. Его взгляд замер на пунцовых губах Нань Сина, которые тот только что сам натер до красноты, и мужчина тихо произнес:
— В следующий раз будь аккуратнее. Ты их совсем растерял.
Нань Син все еще хлопал глазами:
— А-а, угу.
— Больно?
— Н-нет.
Гу Синань пристально смотрел на него.
Затем он достал телефон, пару раз провел пальцем по экрану и протянул его Нань Сину.
http://bllate.org/book/34010/4185946
Готово:
