— Линь Юй, — нахмурившись, объяснил У Чэнъи, — всё совсем не так, как ты думаешь. Между нами с ним действительно ничего нет, я просто отношусь к нему как к младшему брату.
Линь Юй спросил его:
— Ты гей? Тебе нравятся мужчины? Ты вообще знаешь, что гей должен соблюдать дистанцию, когда перед ним находится влюбленный в него мужчина?
У Чэнъи растерялся не сразу, на мгновение он остолбенел и недоверчиво произнес:
— Ты хочешь сказать, что Чэнь Юй любит меня?
Линь Юй протянул:
— А, так его зовут Чэнь Юй.
Он посмотрел на выражение лица У Чэнъи: сначала тот был ошеломлен, затем мышцы на его лице задергались, а во взгляде промелькнула перемена. Он посмотрел на Линь Юя так, словно тот бредил:
— Линь Юй, с чего ты вообще это взял? Мы с ним знакомы совсем недолго, просто обычно я переживаю, как бы он не накосячил на работе, к тому же он не любитель поговорить. Тем более, ты видел-то его всего один раз, как ты можешь говорить такое?
Возможно, он действительно недоумевал и искренне не верил. И впрямь, Линь Юй видел Чэнь Юя лишь единожды и даже не разговаривал с ним — как он мог заметить столько всего и как мог бросаться подобными безответственными словами?
Обычно У Чэнъи баловал Линь Юя. По его мнению, Линь Юй был очень разумным человеком и не стал бы очернять кого-то без всякой причины. То, что такие слова прозвучали из уст Линь Юя, казалось У Чэнъи невероятным.
Линь Юй вздохнул и перевел тему с Чэнь Юя. Он знал: даже если Чэнь Юй неравнодушен к У Чэнъи, тот бы не смог вклиниться между ними, если бы прямо и четко всё пресек. Но вот только... разве стал бы такой человек, как Чэнь Юй, так легко раскрывать свои чувства? А У Чэнъи... Линь Юй невольно почувствовал раздражение: разве то, как У Чэнъи общается с Чэнь Юем, не копия их собственного общения в прошлом?
Именно это его и задевало. Сильнейшим образом задевало.
— А ты? — спросил Линь Юй. — Ты любишь его? Кроме заботы о нем, у тебя появились к нему какие-то другие чувства?
У Чэнъи удивленно посмотрел на Линь Юй и сказал:
— Ты сошел с ума? Человек, которого я люблю — это ты, Линь Юй, что ты вообще несешь? Наскучил я тебе, и ты хочешь оттолкнуть меня к кому-то другому? Сдаётся мне, мы собираемся прожить вместе всю жизнь, и ты сейчас говоришь такое — неужели не боишься, что я тебя отлуплю?
Конечно, по-настоящему он бы не стал бить Линь Юя. Подобные слова звучали уже много раз, но ни разу не доходили до дела — как он мог ударить Линь Юя, которого так сильно любит?
У Чэнъи попросил Линь Юя немного успокоиться, а сам отправился готовить. Стоило У Чэнъи выпасть свободную минуту, как он тут же брался за стряпню. Он баловал Линь Юя до крайности: от Линь Юя не требовалось выполнять никакой домашней работы, он мог просто лежать или сидеть, а самому У Чэнъи достаточно было лишь бросить на него взгляд, чтобы преисполниться сил.
Без преувеличения можно сказать, что Линь Юй был для У Чэнъи вечным двигателем.
Слова Линь Юя сильно его разозлили, и сейчас У Чэнъи не хотел с ним разговаривать, но морить голодом тоже не собирался.
На столе стояли любимые блюда Линь Юя. Они молча сидели друг напротив друга и ужинали.
В комнате раздавался лишь стук палочек о чашки.
Покончив с едой, Линь Юй устроился на диване отдохнуть. У Чэнъи убрал со стола и навел порядок на кухне, вымыл посуду, и не успел он выйти, как телефон звякнул.
Достав его, он увидел пришедшее в WeChat сообщение от Чэнь Юя.
Чэнь Юй: Директор У, мне нездоровится, можно мне завтра взять отгул?У Чэнъи машинально глянул за дверь и как раз заметил Линь Юя, сидевшего на диване. Он сначала хотел выразить беспокойство, но, внезапно вспомнив недавние слова Линь Юя, проглотил заботливые фразы и выдал лишь одно короткое ладно, а подумав, добавил: береги себя.
Он вовсе не был геем, просто ему нравился Линь Юй. Это не значит, что любой мужчина перед его глазами мог его привлечь, да и он совсем не замечал, с чего бы Чэнь Юю им увлекаться.
Общение между ними выглядело как самые обычные отношения старшего и младшего коллег. Чэнь Юй действительно отличался замкнутым характером, и У Чэнъи неизменно старался брать его с собой, отчего у него порой возникало странное ощущение: в какие-то мгновения эта угрюмость Чэнь Юя вызывала у него очень тонкое, смутное чувство узнавания.
Чэнь Юй больше ничего не ответил в WeChat.
Вплоть до самого сна Линь Юй хранил молчание.
Они редко ссорились, за столько лет вместе у них практически никогда не случалось периода холодной войны. У Чэнъи хотел пойти на примирение, но, вспомнив, что Линь Юй посмел обвинить его в том, чего на самом деле не было, вновь ожесточился сердцем. Он никак не мог взять в толк, что же стряслось с Линь Юем и почему тот вдруг стал обвинять его в подобном.
Разве он сам не знал лучше всех, делал он что-то или нет и что творилось у него на душе?
У Чэнъи водилось много друзей, а приятелей-мужчин — и того больше. Раньше он засиживался за выпивкой с другими до полуночи, и компания парней обнималась за плечи, но Линь Юй никогда ничего по этому поводу не говорил. Почему же на Чэнь Юя у него оказалась такая бурная реакция?
У Чэнъи так и заснул, не додумавшись до ответа.
Линь Юй снова пролежал без сна всю ночь и лишь под утро слегка задремал. У Чэнъи не поехал в офис, решив остаться дома и побыть с Линь Юем.
Он всё обдумал: скорее всего, дело в том, что в последнее время он слишком сильно загружен работой и у него не хватает времени на Линь Юя, из-за чего тот и лишился чувства безопасности.
Линь Юй встал только в полдень. К моменту его пробуждения У Чэнъи уже приготовил еду.
Едва он закончил умываться, как У Чэнъи позвал его к столу. Линь Юй хотел верить У Чэнъи: проворочавшись всю ночь, он решил, что, возможно, всё и впрямь было лишь недоразумением и он просто накрутил себя. Он вспомнил прошлое — как они обедали вместе с друзьями У Чэнъи, напивались так, что их одежда перепутывалась, и никто уже не разбирал, чья рубашка на ком надета.
А в студенческие годы другие парни тоже то и дело носили вещи У Чэнъи. Их мысли сошлись в одном: виной всему была недавняя занятость обоих, из-за которой сократилось общение, что и породило столько проблем.
И всё же на душе оставалось какое-то смутное раздражение. Он знал, что жутко противится присутствию этого Чэнь Юя рядом с У Чэнъи — просто невыносимо противится, чувствуя, будто кто-то скребёт когтями сердце. Стоило ему вспомнить сцену, как они покупали кофе, как Линь Юю становилось невыносимо тошно, словно внутренности выворачивало наизнанку.
После обеда У Чэнъи собирался вытащить его поиграть в большой теннис, но у Линь Юя было совсем не то настроение.
Поразмыслив так и эдак, он всё же задал вопрос:
— Сколько ещё Чэнь Юй пропробудет здесь?
У Чэнъи на мгновение замолчал, думая о чём-то своём, и ответил несколько равнодушным тоном:
— Пожалуй, ещё около полугода. Точно не уверен, а если задержится... возможно, в будущем останется работать в нашей компании.
Линь Юй глухо отозвался:
— У Чэнъи, ты случайно не считаешь, что я тут устраиваю бессмысленные истерики, что мне не следовало об этом спрашивать и что я тебе не доверяю?
http://bllate.org/book/33893/4171033
Готово:
