Вэнь Цзяжань не стал ему отвечать. Впервые играя злодея, он так возбудился, что у него даже лицо покраснело, и мысленно он поинтересовался: — Я только что был крут?!
— Просто невероятно крут.
В голосе Лу Яньцзэ слышалась улыбка и даже какая-то мягкость, которую он сам в себе даже не заметил.
У Вэнь Цзяжаня участилось сердцебиение. Он машинально потер полысевшие от жара кончики ушей и тихо пробормотал: — Это уже как-то нечестно.
Лу Яньцзэ рассмеялся еще веселее: — Я не обманываю, правда очень крут. Ты — самый крутой человек из всех, кого я видел.
— Ладно-ладно-ладно, хватит и одного раза, давай скромнее, скромнее.
От таких слов Вэнь Цзяжаня занесло еще сильнее, на душе у него пузырилось блаженство. Выкроив свободную минуту, он бросил взгляд на Второго брата и, заметив, что тот постепенно начинает проигрывать, задумался и преувеличенно громко завопил: — Брат!
Он с размаху бросился вперед, ввязавшись в общую свалку Второго брата и мужчины.
В палате мгновенно воцарился полный хаос, в воздухе мелькали кулаки. Вэнь Цзяжань драться не умел, поэтому по указке Лу Яньцзэ на рожон не лез: он стоял на краю и время от времени отвешивал мужчине пинки. Мужчина от злости и бессилия пытался его отлупить, но каждый раз, стоило ему замахнуться, Лу Яньцзэ велел Вэнь Цзяжаню прятаться за спину Второго брата. Тот служил ему живым щитом и всякий раз успешно отражал удары мужчины.
На лице самого Второго брата ни с того ни с сего прибавилось синяков.
Беспорядок продолжался, но женский визг внезапно оборвался, и за дверью раздался ледяной голос: — Что вы здесь устраиваете? Пришли в мои владения обижать моих людей?
Прибывший был одет в сшитый на заказ элегантный костюм, сидевший на нем безупречно, лицо его было суровым и холодным. Очки в золотой оправе придавали ему интеллигентности, однако не могли скрыть стужу в глубине глаз.
Он стоял в дверях, засунув руки в карманы брюк, и слегка прищурившись, окинул взглядом разгромленную палату.
Мужчина и женщина машинально прекратили возню и отступили на несколько шагов, в то время как Второй брат и Вэнь Цзяжань так и остались стоять на месте, в растерянности глядя на Старшего брата.
Взгляд Старшего брата упал на Вэнь Цзяжаня, лицо его помрачнело, и он холодно бросил: — Что вы тут творите?
Мужчина согнулся в три погибели, подбежал к Старшему брату и попытался угостить его сигаретой. Старший брат взглянул на него, но даже не шевельнулся. Мужчина неловко усмехнулся, после чего указал на стоявшего у кровати Лу Яньаня и выдал: — Видите ли... мы ведь кровные родители Аньаня, как услышали, что он ранен, так сразу и прибежали проведать.
Взгляд Старшего брата скользнул по побледневшему лицу Лу Яньаня, а затем он уставился на мужчину и холодно произнес: — Проведать? Вот так проведать?
Он насмешливо фыркнул, и тут женщина внезапно залилась слезами, заговорив с горькой обидой: — Да у нас иного выхода не было! Аньань... нашего Аньаня обидели до такого состояния, у нас же сердце кровью обливается!
— Вовсе нет! — гневно запротестовал Второй брат, тыча пальцем в мужчину. — Этот хмырь принял меня за Лу Яньцзэ и с ходу влепил мне пощёчину!
На его щеке все еще алел отпечаток пальца, придававший его словам особую убедительность. — Сразу видно, как их семейка обычно измывается над Лу Яньцзэ!
Уголки губ Вэнь Цзяжаня незаметно поползли вверх, и он тихо прошептал Лу Яньцзэ: — Теперь-то я наконец понял, почему Лу Яньаней так любит таскать за собой Второго брата. Только посмотри, какой невероятно удобный инструмент в человеческом обличье.
Лу Яньцзэ с легкой досадой вздохнул. Стоило вспомнить, что до появления Вэнь Цзяжаня он люто ненавидел Второго брата, а теперь даже начал его немного жалеть.
Старший брат посмотрел на Вэнь Цзяжаня и нахмурился: — Сяо Цзэ, говори ты.
— А?
Вэнь Цзяжань растерянно поднял голову на Старшего брата и нерешительно переспросил: — Что сказать?
— Всё так, как сказал твой второй брат?
Вэнь Цзяжань на мгновение умолк, опустил голову, и голос его прозвучал едва слышно: — Да тут и говорить нечего, я давно уже привык.
В палате воцарилась абсолютная тишина, лишь за окном тихо шелестел ветер. Взгляд Старшего брата упал на Вэнь Цзяжаня, в глазах мелькнуло сложное выражение.
Мужчину от такого вида Вэнь Цзяжаня едва не хватил удар. Он полез в драку с самого начала именно из желания отомстить за себя — он ведь прекрасно помнил, как этот сопляк перед уходом скрутил его и оттаскал так, что он потерял всякое лицо перед соседями. Скрипя зубами, он прошипел: — Ах ты паршивец, как мастерски притворяешься! А когда уходил, разве не...
Он не успел договорить, как Старший брат уже перебил его: — За ваши сегодняшние художества я заставлю взяться юристов. Если я хоть раз еще замечу, что вы домогаетесь моего младшего брата, не обессудьте, церемониться я с вами не стану.
Мужчина испуганно съежился под взглядом Старшего брата, но, вспомнив, зачем они сюда пришли, упрямо завопил: — Да вы сами, семья Лу, поступили не по совести! Мы — биологические родители Аньаня, с какой стати вы запрещаете нам видеться с ним?
Бегло окинув всех взглядом, он добавил: — Мы, старики, вырастили всего одного ребенка, а вы его узурпировали! Кто станет заботиться о нас в старости? Вы обязаны сегодня же дать нам внятный ответ!
Женщина в ужасе дернула мужа за рукав, но остановить его не сумела — все пошло совсем не так, как они договаривались перед визитом!
Лу Яньань в этот момент был готов отдать все за то, чтобы стать невидимкой. С омерзением глядя на мужчину и женщину перед собой, он думал о том, как вообще подобные отбросы могли оказаться его родителями. Сам он был так талантлив и прекрасен, что с рождения был достоин наслаждаться жизнью лишь в семье Лу.
Старший брат усмехнулся: — Сколько вы хотите?
Есть шанс!
У мужчины аж глаза заблестели. Он затер руки и хихикнул: — Да немного, немного... Я ведь целых десяток лет воспитывал сына для вашей семьи Лу, так что давайте пять миллионов... а впрочем, десять миллионов, и между нашими семьями всё будет кончено раз и навсегда.
Вэнь Цзяжань онемел от удивления.
Мать моя женщина, десять миллионов!
А парень не промах, замахнулся от души.
— О? Всего десять миллионов? — неторопливо переспросил Старший брат.
Мужчина тут же замахал руками: — Нет-нет-нет, я оговорился! Двадцать, по меньшей мере двадцать миллионов!
— Вы слишком много о себе возомнили.
Мужчина замер, а затем яростно взвился: — Не наглейте так, семья Лу! Если вы не заплатите, тогда...
Он ткнул пальцем в сторону Лу Яньаня на кровати: — Тогда верните мне моего сына!
Лицо Лу Яньаня вмиг побелело, и он с мольбой посмотрел на Старшего брата: — Брат...
Старший брат бросил на него взгляд и уже собирался заговорить, как вдруг в палату вошла Мать Лу, слышавшая все от начала до конца. Ледяным тоном она произнесла: — Хорошо, забирайте.
От этих слов все присутствующие лишились дар речи. Второй брат ошеломленно уставился на мать: — Мама, ты чего...
Мать Лу даже не удостоила его взглядом. Подойдя к Лу Яньаню, она промокнула платочком его покрытый испариной лоб и холодно бросила: — Раз он твой сын, семья Лу больше не станет им заниматься. Прежние расходы мы тоже прощаем, но оплатите-ка счета за его нынешнюю госпитализацию.
Мужчина опешил и заикаясь произнес: — Это... как же так?
Взгляд Матери Лу, острый как лезвие, холодно прошелся по лицу мужчины: — А почему не так? Разве он не твой сын? Если хочешь забрать его прямо сейчас, семья Лу чинить препятствия не станет.
Мужчина рассвирепел: — Да вы издеваетесь! Где у нас такие деньги?
Мать Лу презрительно глянула на него: — Издеваемся? Вы думаете, мы не знаем, что вытворяли с нашим Сяо Цзэ все эти годы? И теперь еще смеете вымогать деньги у семьи Лу? Мечтайте!
Мужчина попытался еще что-то сказать, но женщина резко дернула его за рукав и зашипела: — Заткнись! Если мы и правда заберем его домой, где нам потом деньги трясти?
Поразмыслив над этим, мужчина натянул на свое лоснящееся лицо подобие улыбки и обратился к Лу Яньаню: — Аньань, ты выздоравливай давай, папа с мамой придут навестить тебя, как только поправишься.
Лу Яньань машинально отпрянул назад. Мать Лу утешительно похлопала его по руке — ладонь мальчика была ледяной. На секунду она едва заметно замерла, а затем тихо вздохнула.
Парочка бесславно ретировалась. Второй брат облегченно выдохнул, подскочил к Матери Лу и начал жаловаться: — Мама, ты меня чуть до инфаркта не довела! Я ведь и вправду подумал, что ты позволишь им забрать Аньаня. Эта парочка с виду полная мерзость, благо Аньань рос не с ними, а то страшно подумать, кем бы он стал...
Не успел он договорить, как Мать Лу одарила его свирепым взглядом. Сообразив, в чем дело, Второй брат намертво зажал себе рот ладонью и виновато покосился на Вэнь Цзяжаня.
В этот момент Вэнь Цзяжань как раз о чем-то беседовал со Старшим братом и, казалось, ничего не заметил, отчего Второй брат немного успокоился.
Он тут же сменил тему и помог Лу Яньаню сесть: — Аньань, не переживай. Как только выпишешься и вернешься домой, я приставлю к тебе людей круглосуточно, и эта парочка больше и близко к тебе не подойдет.
Лу Яньань с благодарностью посмотрел на Второго брата и выдавил сквозь слезы: — Второй брат... спасибо тебе.
Второй брат заплыл от удовольствия, но тут Мать Лу внезапно произнесла: — После выписки Аньань домой не вернется.
Атмосфера в палате мгновенно замерла. Все перевели взгляд на Мать Лу. Лу Яньань в полном неверии уставился на нее: — Мама...
Мать Лу опустила глаза, избегая смотреть на него: — Аньань, ты ведь уже не ребенок, пора научиться самостоятельности. Я тут подумала: мы купим тебе квартиру рядом с твоим университетом. После выписки переедешь туда, будешь спокойно учиться и не отвлекаться на всякий бред.
Второй брат переполошился: — Мама, мы же вроде договорились...
Не дав ему договорить, Мать Лу оборвала его: — Обсуждению это не подлежит.
Второй брат мысленно взвыл: его мать одной фразой только что уничтожила всю его мечту о примирении младших братьев.
Возмущенно он заявил: — Тогда я ухожу вместе с Аньанем!
Мать Лу равнодушно скользнула по нему взглядом: — Ладно, катитесь вместе. Раз за Аньанем присмотришь ты, мы хотя бы будем спокойны.
Теперь настала очередь Второго брата остолбенеть. Лу Яньань же к этому моменту уже трезвого оценил обстановку: опустив взгляд, чтобы скрыть затаенную обиду, он слабо потянул Мать Лу за руку и тихо проговорил: — Я понял.
Когда этот балаган наконец подошел к концу, Вэнь Цзяжань вежливо отклонил предложение Старшего брата остаться с ночевкой и в прекрасном расположении духа вернулся в палату. Он сладко потянулся, рухнул на кровать и с чувством полного удовлетворения издал странный вопль.
Лу Яньцзэ усмехнулся: — Полегчало?
Уголки губ Вэнь Цзяжаня слегка приподнялись. Закрыв глаза, он с наслаждением произнес: — Еще бы! Наконец-то выпустил пар на славу. Только никак не ожидал, что удастся вытурить за дверь еще и Второго брата... Знаешь, а он мне теперь даже нравится.
http://bllate.org/book/33886/4169951
Готово:
