Сюй Юй бросил на Хо Мина равнодушный взгляд, развернулся и, взяв Нинь И под руку, первым направился к выходу. Сюй Шанцзо и сопровождавшие его слуги поспешили следом.
Внезапно подняв голову, Сюй Юй застыл: среди сотни акров цветочных клумб Резиденции семьи Хо возвышалось нечто колоссальное, уходящее вершиной в облака, чьи очертания невозможно было охватить взглядом. В ту же секунду их с Нинь И окутал луч света, и они ощутили мощную тягу. Прежде чем их затянуло внутрь огромного механизма, Сюй Юй успел лишь прижать Нинь И к себе, защищая его.
Нинь И, однако, внезапно рассмеялся сквозь слезы:
— Юю, не бойся, это Доспехи Белого Дракона твоего дедушки.
— Доспехи Белого Дракона... — повторил Сюй Юй, и лицо его стало еще мрачнее.
Значит, Доспехи Белого Дракона принадлежат семье Сюй? В книге этот артефакт не раз спасал жизнь Хо Мину и Лин Байлану, помогая им выкарабкаться из самых безнадежных ситуаций. Оказывается, Хо Мин получил его именно от семьи Сюй. Стоило немного поразмыслить, как все непонятные моменты сложились в единую картину. Вот истинная причина, по которой Хо Мин, невзлюбивший прежнего владельца тела, все же согласился на брак.
Сюй Юя охватило редкое для него чувство брезгливости. Если бы он понял это раньше, то ни на секунду не потратил бы сил, пытаясь играть на чувствах Хо Мина. Теперь он почти не сомневался, что пылкая любовь прежнего владельца с первого взгляда и его непреклонное желание выйти замуж за Хо Мина были лишь искусной манипуляцией — результатом тщательно продуманного плана, целью которого, конечно же, были Доспехи Белого Дракона семьи Сюй.
Тяга исчезла, и Сюй Юй с Нинь И оказались в центре управления Доспехами Белого Дракона. Там стоял высокий крепкий мужчина с длинными темно-коричневыми волосами и серо-карими глазами — он был на семьдесят-восемьдесят процентов похож на Сюй Шанцзо. Мужчина одарил их любящим, заботливым взглядом, но тут же нахмурился, вернув лицу суровое выражение. Рядом с ним стоял безучастный седовласый старик с непроницаемым лицом.
Тем, кто управлял Доспехами, был не Сюй Хаочжун, а Сюй Ань. Сюй Хаочжун открыл было рот, собираясь замолвить словечко за Сюй Юя, но в итоге промолчал. Вместо этого он подошел ближе, мягко отстранил Нинь И от Сюй Юя, отвел его в сторону и принялся тихо утешать.
Сюй Юй глубоко вздохнул, подошел к Сюй Аню, остановился в трех шагах и опустился на колени:
— Внук провинился, заставив вас волноваться.
— Хм! — Сюй Ань издал холодный смешок, его лицо не смягчилось ни на мгновение. — Глупый мальчишка! Что ты говорил мне тогда? Не пожалеешь? Ни шагу назад? Признаешь всё... признаешь черта с два! Прошло-то всего ничего, и дня не минуло, а я ни на минуту не сомкнул глаз!
Сюй Ань, Сюй Хаочжун и Нинь И не спали всю ночь. Когда Сюй Хаочжун тайком пробрался в подземелья семьи Сюй, чтобы активировать Доспехи, Сюй Ань уже ждал его в пультовой.
— Дедушка, я виноват. Я приму любое ваше наказание.
Сюй Юй стоял на коленях, держа спину прямо. Подняв голову, он без страха встретил пристальный взгляд Сюй Аня и задал самый важный для него сейчас вопрос:
— То, что вы заставили Хо Мина согласиться на брак со мной... это ведь связано с Доспехами Белого Дракона?
— Чушь собачья! Доспехи — основа семьи Сюй. Ты выходил замуж не за члена императорской семьи, как я мог отдать их ради тебя...
Сюй Юй продолжал упорно смотреть деду в глаза — он не верил ни единому его слову. Сюй Ань раздраженно добавил:
— Я пообещал Хо Линю дважды использовать их.
Два раза — вроде бы немного, но ведь это Доспехи Белого Дракона, одно из десяти величайших сокровищ Империи Черного Дракона, опора государства. В военном деле их появление часто способно переломить ход сражения. Для семьи Хо два использования означали две абсолютные победы, а с их помощью — возможность еще сильнее укрепиться в центре власти Империи.
— Дедушка, я развелся с Хо Мином, значит, обещание, данное Хо Линю, больше не имеет силы. К тому же... отец повел себя безрассудно, как вы могли пойти у него на поводу? Такое мощное оружие нельзя так просто выставлять напоказ.
Разве это не значит навлечь на себя беду? То, о чем раньше даже не подозревал прежний владелец тела, теперь стало известно всей стране. Раньше Сюй Юй думал, что развод решит все проблемы, и жизнь войдет в мирное русло. Теперь он не смел питать таких иллюзий: владение сокровищем всегда было опасным, и семья Сюй с их Доспехами не могла стать исключением. Более того, Сюй Юй считал, что дед поступил слишком опрометчиво, пообещав два использования ради прежнего владельца тела. Некоторые вещи легко одолжить, но вот вернуть их назад бывает очень трудно.
— Паршивец, ты еще учить меня вздумал?! — Глаза Сюй Аня округлились. Будь Сюй Юй Альфой, старик бы уже пустил в ход кулаки.
— Внук не смеет.
Сюй Юй опустил голову. Он привык отчитывать пациентов, и Сюй Ань сейчас напоминал ему старого лекаря, особенно когда злился. Сюй Хаочжун и Нинь И наблюдали за ними, не зная, куда деться, и несколько раз пытались вставить слово, чтобы заступиться за внука, но безуспешно. Впрочем, они чувствовали, что Сюй Ань хоть и продолжает браниться, но уже не так сильно злится, как в начале. К тому же их удивляло поведение Сюй Юя: никакого капризного нытья или жалоб, только твердое признание вины и готовность понести наказание. Их не покидало отчетливое чувство, что их ребенок вырос.
Сюй Ань вновь стал серьезен, а его голос прозвучал особенно холодно:
— Сюй Юй, с этого момента у тебя больше не будет шанса передумать.
— Да, внук понял.
Сюй Юй тихо выдохнул. Раз Сюй Ань так сказал, значит, девять из десяти шагов по разводу с Хо Мином уже сделаны. Но стоило этой тугой струне в душе ослабнуть, как перед глазами Сюй Юя потемнело, и тело безвольно накренилось в сторону. Сюй Ань, проявив поразительную для его возраста прыть, подхватил внука, тут же забыв о своей суровости.
— Ох, внучек мой ненаглядный!
Нинь И, едва успокоившийся, снова разрыдался:
— Юю, дитя мое...
Сюй Хаочжун заметался между женой, сыном и отцом, чуть не поседев от горя. Сюй Юй уже ничего этого не слышал — ему нужно было как следует выспаться, восстановить силы и привести тело в порядок, чтобы потом начать планировать свою грядущую холостяцкую жизнь.
Новость о том, что семья Сюй задействовала Доспехи Белого Дракона, было невозможно скрыть. В сочетании с горячей темой в Звездной сети Развод Хо Мина и Сюй Юя это породило множество догадок и слухов. Вскоре в топ трендов вырвались заголовки: Сюй Юй скончался от болезни, Маркировка Сюй Юя и Хо Мина не удалась. Иначе никак нельзя было объяснить, почему на второй день после свадьбы семья Сюй пригнала Доспехи к порогу дома Хо, чтобы забрать своего человека. Общественное мнение было переменчивым: все любили шоу и не боялись раздувать скандалы. Слухи множились с невероятной скоростью, в Звездной сети уже вовсю обсуждали похороны Сюй Юя.
Вторая половина дня, 14 апреля 244 года по календарю Дэу, Империя Черного Дракона. День второй после ухода из дома Хо.
Сюй Юй проснулся и опешил. Нет, он не забыл, что попал в книгу, просто он снова оказался в Санатории Саньшуй. Конечно, его привезли сюда не сразу из Доспехов: после того, как он потерял сознание, они вернулись в семью Сюй, а затем, по совету приглашенных врачей, Нинь И и Сюй Хаочжун привезли его сюда. Сюй Аня и Сюй Шанцзо не было — они занимались делами, связанными с завершением развода. Весь процесс транспортировки Сюй Юй проспал, и очнулся уже в одной из палат санатория.
Его соседом по палате оказался Юй Цин, первая красавица Южных Пределов.
— Юю, это Юй Цин, он пришел тебя навестить. Если здесь слишком шумно, мы можем уйти.
Нинь И тихо объяснял ситуацию, боясь, что вид Юй Цина напомнит сыну о чем-то неприятном. Он даже набрался храбрости и был готов выпроводить гостя.
— Нет, оставайтесь.
Сюй Юй искренне боялся слез Нинь И, а Юй Цин выглядел таким подавленным, что быть злодеем в этой ситуации казалось лишним.
— Мне уже гораздо лучше, папа, не беспокойся.
Стоило заговорить об этом, как Нинь И снова чуть не расплакался:
— Юю, ты знаешь, что был на волосок от смерти? Ты... ты... в общем, больше не пугай меня так.
Период дифференциации Омег и Альф бывает разным: обычно он начинается в двенадцать лет и заканчивается к восемнадцати, но у некоторых людей из-за особенностей организма процесс может начаться позже или длиться намного дольше. Сюй Юй как раз относился к числу тех, у кого все началось поздно и развивалось медленно. В этом не было ничего страшного — при их продолжительности жизни в триста лет даже двойной срок дифференциации почти не влиял на судьбу. В конце концов, Альфа или Омега — это предопределено при рождении. Но Сюй Юй пошел неверным путем, долгое время принимая запрещенные стимулирующие препараты. Хотя это ускорило процесс, оно нанесло огромный вред здоровью, что в конечном итоге грозило либо смертью, либо потерей репродуктивной функции.
— М-м, обещаю, — ответил Сюй Юй, вытирая слезы Нинь И и подмигивая Юй Циню.
Юй Цин в ответ одарил его послушной улыбкой, а потом, перестав улыбаться, с беспокойством спросил:
— Дядюшка Нинь, А-Ю проспал целый день, он, должно быть, очень голоден.
— Да, точно, — Нинь И отвлекся, и слезы высохли сами собой. Он поднялся и вышел, чтобы распорядиться насчет еды.
В палате остались только Сюй Юй и Юй Цин. Сюй Юй перевел взгляд на него и тихо произнес:
— Спасибо.
Юй Цин улыбался, глядя на Сюй Юя, но в глубине его глаз промелькнуло нечто проницательное.
— А-Ю стал... чуточку красивее.
От него исходило какое-то мягкое сияние, пробивающееся из самой глубины, что-то совершенно особенное. Сюй Юй слегка приподнял бровь и поманил Юй Цина рукой. Тот, и без того сидевший недалеко, тут же пододвинулся ближе.
— Это я должен спросить, о чем ты думаешь?
Хотя они виделись всего второй раз, Сюй Юй был уверен: Юй Цин не из тех, кто лезет не в свое дело. Это было одно из базовых правил выживания в Городе Луочэн. Однако Юй Цин был здесь, в палате, хорошо ладил с Нинь И, и до самого момента пробуждения Сюй Юя его никто не выставил. Это ставило Сюй Юя в тупик.
— Разве я не могу волноваться об А-Ю и прийти проведать его?
Юй Цин покраснел, одновременно смущенный и раздосадованный, его глаза заблестели от наворачивающихся слез. Он прекрасно видел, что Сюй Юй боится слез Нинь И.
Сюй Юй покачал головой и с интересом усмехнулся:
— Я дорожу им, поэтому его слезы на меня действуют. А ты...
Проснувшись, Сюй Юй полностью принял свою новую личность и этих родственников — Нинь И и Сюй Аня. Такое внутреннее примирение неизбежно отразилось на его поведении. Нинь И этого не заметил, а вот Юй Цин — да.
Сюй Юй быстро перестал изображать насмешливую небрежность:
— Ладно, не надо по-настоящему плакать.
Он не был привязан к Юй Циню, но и не испытывал к нему неприязни, и уж точно не хотел доводить его до слез.
http://bllate.org/book/33819/4160358
Готово:
