Обе они у входа небрежно бросили «рапорт» и большими шагами подошли к Янь Хуань:
— Учитель Го, это Го Чжифэй первый полез в драку. Он бесстыдник, полез срывать нижнее белье с Сун Юйтан, да еще и дразнил Янь Хуань, обзывая ее Черной Непостоянной.
Как только эти слова были произнесены, все присутствующие были шокированы, а учителя, оставшиеся в кабинете поглазеть на происходящее, зашептались между собой.
— Такой маленький ребенок, а натуры такой гнилой, и родители совсем не занимаются его воспитанием.
— Точно, еще и приперлись в школу устраивать балаган. Был бы мой ребенок, я бы ему за такое затрещину отвесила.
— Раньше это вообще сочли бы хулиганством.
……
— Го Чжифэй, это правда? — строго спросила Го Чэнь.
Мать Го страстно желала защитить свое чадо:
— Даже если и правда, разве это повод распускать руки? К тому же, дети балуются и шутят вместе — это совершенно нормально, а вы, вы, вы трое, возможно, вообще в сговоре!
Она с силой указала пальцем на Цзоу Шуюэ, Сюй Цаньцань и Янь Хуань.
Янь Хуань тоже пришла в себя и дрожащим голосом разоблачила уродливую сущность Го Чжифэя:
— Ваш сын — просто конченный извращенец, распускает руки к девушкам!
— Поглядите-ка, вы, учителя, только поглядите! Совсем совести не осталось, чуть что — обзываются извращенцами, неужели на них совсем нет управы?! — завопила мать Го.
Пойманный с поличным Го Чжифэй отводил глаза и не смел смотреть прямо на Го Чэнь.
Го Чэнь уже догадалась о правде на семь-восемь десятых и тоже разозлилась:
— Раз уж шутки и детские игры — это нормально, то нет ничего удивительного в том, что у вашего сына выбиты зубы. Если вы хотите разобраться, садитесь и спокойно обсудите пути решения, а балаганом и истериками ничего не добьешься.
Дойдя до такой точки, Го Чэнь уже не боялась неприятностей, и ее тон стал жестким.
В классе не было камер видеонаблюдения, чтобы достоверно восстановить картину произошедшего, поэтому Го Чэнь сходила в класс за Сун Юйтан, и они, дополняя друг друга, во всех подробностях воссоздали реальные события того момента.
То, что Го Чжифэй начал первым, не подлежало Никакому сомнению. Янь Хуань занималась самообороной и защитой слабого, а не намеренно распускала кулаки.
Мать Го, понимая свою неправоту, сбавила спесь, но все еще продолжала язвить:
— Как ни крути, а драться — это неправильно! И что школа намерена делать с травмой во рту моего сына?
Что еще тут можно было сделать, разве вчера твоего сына не водили в медпункт?
Про себя Го Чэнь презрительно хмыкнула, но внешне старалась сохранять терпение и утешать:
— Мама Го, у вашего сына выпали зубы, потому что наступил возраст их смены. Школьный врач сказала, что выпадение зубов помогает расти новым. Если вы действительно переживаете, я могу проводить вас с сыном в стоматологическое отделение больницы на осмотр. И в заключение добавлю: наш школьный врач — не блатная девцока, которую попадись кто засунул по знакомству, она дипломированный медик из престижного вуза.
Мать Го потеряла лицо и, прихватив своего драгоценного сыночка, с кислым видом удалилась.
Цзоу Шуюэ, Сюй Цаньцань и Сун Юйтан также получили разрешение вернуться в класс на занятия, а Янь Хуань Го Чэнь оставила после уроков.
— Возвращайтесь в класс первыми, — Сун Юйтан остановилась и стала ждать выхода Янь Хуань за дверью учительской.
— Ладно, мы пока пойдем на урок.
Оставив Янь Хуань, Го Чэнь стала отчитывать ее за то, что в следующий раз нельзя действовать так опрометчиво: случись с Го Чжифэем реальная беда, Янь Хуань потом со своей правотой до самой смерти не расплатилась бы.
— Поняла, — угрюмо отозвалась Янь Хуань.
— Твой тест по математике на этой неделе — шестьдесят два балла, есть прогресс. В качестве наказания за твою импульсивность — перепиши каждую ошибку по пять раз, сдашь мне до пятницы.
— Угу, — опустив голову, Янь Хуань вышла из кабинета.
Глядя ей вслед, Го Чэнь взяла со стола планы уроков и с силой швырнула их на стол: как же надоела эта работа! До чего же противные эти мальчишки!
— Хуань-Хуань, — Сун Юйтан дождалась, пока Янь Хуань выйдет, но та шла, низко опустив голову, и не заметила ждавшую ее подругу, направляясь прямиком к классу. Сун Юйтан бросилась за ней и, видя ее мрачное настроение, невольно забеспокоилась.
— Что с тобой? Учитель Го ведь не станет по-настоящему вызывать твоих родителей в школу? Все в порядке, Хуань-Хуань, когда твоя мама придет в школу, я подтвержу, что ты толкнула Го Чжифэя, только чтобы защитить меня.
Янь Хуань никак не отреагировала на слова Сун Юйтан. Спустя долгое время, когда они уже подходили к классу, Янь Хуань подняла голову, бросила взгляд на Сун Юйтан и холодно произнесла:
— У меня нет мамы. Я ребенок, которого Бабушка подобрала на помойке.
Губы Сун Юйтан зашевелились, но долгое время она не могла вымолвить ни звука, будучи не в силах переварить эту новость.
Янь Хуань продолжала идти вперед, а Сун Юйтан так и застыла на месте, глядя на одинокую фигурку подруги, до чего же ей хотелось подойти и обнять ее.
На самом деле Янь Хуань вовсе не считала себя жалкой — она была расстроена именно отношением Сун Юйтан.
Цзоу Шуюэ и Сюй Цаньцань сами пошли в учительскую, чтобы прояснить правду, в то время как Сун Юйтан, будучи непосредственной участницей и ее хорошей подругой, не встала на ее защиту по собственной воле, а заговорила о случившемся лишь тогда, когда об этом попросила учительница.
Если бы учительница не потребовала, неужели Сун Юйтан так и смотрела бы со стороны, как ее травят?
Вот что задевало Янь Хуань.
Но, подумав чуть дольше, она вспомнила, что у Сун Юйтан от природы кроткий нрав: когда ее обижал Го Чжифэй, она умела лишь прятать голову и тайком плакать, а страх перед конфликтами — это вполне нормально. В конце концов, она сама была жертвой, и винить ее не за что.
Вернувшись в класс, Янь Хуань потребовалось всего двадцать минут, чтобы самой себя успокоить: она не сердилась на Сун Юйтан, и на этом инцидент был исчерпан.
Однако она и не подозревала, что Сун Юйтан в это время молча отдалялась от нее.
Характер Сун Юйтан и правда принадлежал к тому мягкому типу, она не любила конфликты, а вспомнив сцену, как разозленная Янь Хуань толкает человека, испытывала одновременно и страх, и легкую антипатию.
Все эти смешавшиеся чувства привели к тому, что в душе у Сун Юйтан царил полный хаос, поэтому она предпочла временно держаться от Янь Хуань подальше.
В полдень, после звонка с урока, Сун Юйтан сидела за партой и неторопливо собирала учебники и пенал, а Янь Хуань терпеливо ждала ее рядом, чтобы вместе пойти в столовую.
Собравшись наполовину, Сун Юйтан окликнула сидевшую впереди Цзоу Шуюэ, сказав, что идет с ней в столовую, а затем обернулась к Янь Хуань и произнесла:
— Иди в столовую первой, я пойду с Цзоу Шуюэ.
У Янь Хуань отлегло от сердца, словно окатили ледяной водой. Бросив короткое «угу», она схватила школьную карту и быстро выбежала из класса.
Цзоу Шуюэ ничего не поняла:
— Сун Юйтан, вы что, поссорились с Янь Хуань?
— Нет, — Сун Юйтан не захотела вдаваться в подробности.
— Тогда вы сегодня обе выглядите так странно, — почесав подбородок, озадаченно произнесла Цзоу Шуюэ.
Аппетит у Сун Юйтан пропал, в окне выдачи блюд в столовой она взяла всего два блюда — одно мясное, одно овощное, — порцию риса и принялась неспешно трапезничать.
Уходя из столовой после обеда, Сун Юйтан и Цзоу Шуюэ встретили спускавшуюся со второго этажа Сюй Цаньцань, и они обменялись приветствиями.
Сюй Юэ спустился со ступеней чуть позже и, заметив Сун Юйтан, издал свой фирменный смешок:
— Юйтан, Шуюэ, какое совпадение.
Сун Юйтан была не в настроении и лишь натянуто улыбнулась.
Цзоу Шуюэ тоже не особо жаловала смех Сюй Юэ. Обменявшись парой дежурных фраз, они с Сун Юйтан, словно спасаясь бегством, вернулись в класс на дневной отдых.
Сюй Юэ всегда внимательно следил за успехами дочери в классе, поэтому, разумеется, заранее изучил все стороны жизни Цзоу Шуюэ и узнал ее с первого же взгляда.
Позади Янь Хуань издалека заметила замершую фигуру Сун Юйтан. В ее груди кипела обида, и она нарочно обошла стороной, направившись к другой двери столовой, чтобы разминуться с Сун Юйтан и остальными, и в одиночестве вернулась в класс.
Вплоть до окончания дневного отдыха Сун Юйтан не произнесла с Янь Хуань ни единого слова. Намерение держаться на расстоянии читалось более чем ясно.
Перед началом дневных занятий Го Чэнь вошла в класс и передала бланки заявок на спортивные состязания ученикам на первой парте:
— В середине апреля в школе пройдут спортивные игры. Вот бланки заявок, те, кто хочет принять участие, должны внимательно заполнить виды соревнований и свои имена, а завтра после обеда спортивный староста принесет бланки мне в кабинет.
Для большинства учеников спортивные игры ассоциировались главным образом с возможностью не сидеть за партой на уроках, особого интереса к спортивным дисциплинам они не испытывали.
Перед уходом Го Чэнь также слегка пересадила учеников. Го Чжифэя перевели на особое место рядом с учительским столом — судя по всему, следующие два года он проведет именно там.
А за спиной у Сун Юйтан появилась молчаливая и неразговорчивая девочка.
Бланк заявки передали Сун Юйтан. Бегло просмотрев его, она обнаружила там бег на длинные дистанции, эстафету, прыжки в длину, прыжки в высоту, толкание ядра и другие дисциплины.
Дисциплин было множество, но ни одна из них ее не интересовала.
Будь тут бадминтон, она смогла бы подать заявку вместе с Хуань-Хуань.
Вспомнив о Хуань-Хуань, Сун Юйтан машинально протянула бланк соседке по парте. Янь Хуань приняла бумагу и с бесстрастным выражением лица бросила на Сун Юйтан косой взгляд.
То ли из чувства вины, то ли от неприязни Сун Юйтан испуганно отвела глаза от этого наполненного глубоким смыслом взгляда.
Янь Хуань лишь сочла это глупым, пожала плечами, внимательно изучила бланк и, взяв ручку, поставила галочки напротив нескольких пунктов, вписав свое имя.
Не ради чего-то особенного — за призовые места на спортивных играх полагались призы и денежные премии.
Периферийным зрением заметив, что Янь Хуань склонила голову над записями, Сун Юйтан заинтересовалась, на какие виды та записалась, и скосила глаза, пытаясь разглядеть хоть что-то, но, к сожалению, ничего не увидела.
Вечером за ужином Сун Юйтан между делом заговорила о школьных спортивных играх. Сун Ин посчитала, что у дочери слабое здоровье, и стала активно подбадривать ее записаться на беговую дистанцию.
— Малышка, мама совершенно не требует от тебя высоких результатов, я лишь хочу, чтобы ты добежала от начала до конца. Если ты сможешь преодолеть всю дистанцию целиком, мама в награду сводит тебя поесть хого.
— Хого в качестве награды? — Сун Юйтан нахмурилась.
— Ну да, скоро твой десятый день рождения, вдобавок пригласишь своих хороших подруг поесть хого и праздничный торт, как тебе идея?
Сун Юйтан сделала вид, что погрузилась в раздумья:
— Хм… ладно.
После долгих раздумий Сун Юйтан подала заявку на участие в беге на 800 метров среди девочек. Когда она вписывала свое имя в бланк, уверенности в ее душе было хоть отбавляй, и в воображении уже рисовались картины выхода на пьедестал за наградой.
Но не прошло и минуты, как в груди зародилось желание отступить.
Это же целых восемьсот метров! Разве человек, который так ненавидит бег, сможет одолеть всю дистанцию до конца?
Эх, переход от уверенности к унынию порой случается в одно мгновение.
Сун Юйтан хотела поделиться с Янь Хуань радостью, что записалась на восьмисотку, а заодно узнать, какие дисциплины выбрала та.
Но, бросая взгляд за взглядом на соседку, она так и не набралась храбрости заговорить.
Она и сама не понимала, что же с ней происходит.
На большой перемене Сун Юйтан не стала ждать Янь Хуань, а Янь Хуань не стала ждать ее: одна вышла через переднюю дверь класса, другая — через заднюю, и в составе общей толпы они направились к спортивной площадке.
— Что случилось с Сун Юйтан? Разве они с Янь Хуань не лучшие подруги? — теперь даже Сюй Цаньцань заметила неладное и втихаря заговорила об этом с Цзоу Шуюэ.
Цзоу Шуюэ ответила взглядом, говорящим: «Я и сама не знаю».
Весь оставшийся день Сун Юйтан и Янь Хуань хранили молчание по молчаливому согласию, не обращая друг на друга ни малейшего внимания.
http://bllate.org/book/33814/4159708
Готово:
