Согласно рекомендациям врача, Нан Ван следовало неделю соблюдать постельный режим и в течение месяца придерживаться жидкой диеты. Однако после укола она вернулась домой и провалилась в глубокий сон на целые сутки. Во вторник утром, проснувшись, она ещё десять минут полежала в постели, ответила на бездушный звонок сочувствия от Цзян Ся, а затем всё же поднялась, чтобы привести себя в порядок и отправиться на работу.
Брать сразу несколько дней больничного на первой неделе работы — явно не самая разумная идея.
Во вторник утром Нан Ван, бледная как полотно, пришла в офис. Едва она переступила порог, как её тут же встретила Цици и всю дорогу до рабочего места осыпала участливыми расспросами, повторяя, что за один день Нан Ван заметно похудела.
«Ну ещё бы», — подумала про себя Нан Ван. Два дня без еды и воды — даже стальной человек похудеет. Просто она не ожидала, что изменения будут такими очевидными, что их можно разглядеть невооружённым глазом. Говорят, подбородок стал острым. Нан Ван, слушая подругу, машинально потрогала своё лицо — казалось, мяса там по-прежнему предостаточно.
Тем не менее доброту Цици Нан Ван запомнила.
Цици была не местной — девушка одна приехала покорять большой город, и это было нелегко. Хотя они знакомы всего неделю и нельзя сказать, что между ними уже крепкая дружба, Цици искренне переживала за неё и даже предлагала взять часть её задач на себя, чтобы облегчить бремя больной коллеги. Но у Нан Ван и так не было ничего особенно обременительного, и она не хотела беспокоить подругу понапрасну.
А вот Цзян Ся, увидев, что Нан Ван вернулась на работу, лишь формально поинтересовалась её самочувствием, после чего швырнула на стол папку с документами, заявив, что раз Нан Ван уже неделю в компании, то вполне способна самостоятельно координировать проект. На самом деле Цзян Ся просто завалена работой из-за собственных ошибок и не могла больше заниматься этим делом.
Учитывая предыдущий инцидент с некорректными данными, Нан Ван не удивилась такому поведению. Она взяла дело, пробежалась глазами по материалам и подумала, что, возможно, занятие хоть чем-то отвлечёт её от болезни и даже ускорит выздоровление.
Руководитель проекта появился позже и, увидев Нан Ван, сидящую на своём месте в тёплом пледе, чуть не вытаращил глаза. Он тут же подошёл и посоветовал ей хорошенько отдохнуть и не спешить с возвращением на работу. Нан Ван улыбнулась в ответ и не стала принимать слова близко к сердцу.
В обед она пошла в столовую вместе с Цици. Перед ней стояла тарелка пресной белой кашицы — ничего более безвкусного придумать трудно. Она съела всего пару ложек и отложила ложку. Цици, глядя на неё, тяжело вздохнула и попыталась утешить, рассказав, что когда-то сама перенесла гастроэнтерит: тогда она не только сильно похудела, но и выросла на два сантиметра.
Нан Ван нашла эту неуклюжую попытку поддержки трогательной. Правда, она уже и так достигла роста 168 см, и ещё два сантиметра сделали бы её слишком высокой. Да и вообще — если бы болезнь помогала расти, больницы давно были бы переполнены желающими подрасти!
Днём Нан Ван никуда не выходила — сидела на своём месте и изучала проект, брошенный ей Цзян Ся. Чем глубже она погружалась в материалы, тем сильнее ощущала иронию судьбы.
Оказалось, что заказчик этого проекта — компания U+, дочерняя структура корпорации «Чэнъюэ». Генеральным директором U+ числился Чэн Сюцзинь, старший сын председателя совета директоров «Чэнъюэ» Чэн Минтиня. Именно этот факт и сыграл ключевую роль в решении E.T. сотрудничать с U+. Однако реальное управление компанией осуществляли два вице-президента, и с E.T. до сих пор взаимодействовал один из них — Юань Син.
Для E.T. корпорация «Чэнъюэ» представляла собой потенциально крупного клиента, поэтому руководство отдела серьёзно относилось к сотрудничеству с U+. И именно в такой момент Цзян Ся передала проект Нан Ван — новичку, отработавшему всего неделю. По всей компании ходили слухи, что Цзян Ся мстит за пятницу, когда Нан Ван публично поставила её в неловкое положение, и теперь специально подставляет коллегу, ожидая, когда та допустит ошибку и потеряет авторитет.
Ведь представители U+ должны были приехать уже на следующий день, а репутация этой компании была известна: заказчики постоянно выдвигали странные и необоснованные требования.
Нан Ван прекрасно понимала намерения Цзян Ся. Но одно дело — знать об этом, и совсем другое — действовать. Даже осознавая, что её намеренно подставляют, она не могла просто бросить папку на стол руководителя и сказать: «Цзян Ся меня подставляет». Если переговоры сорвутся, ответственность ляжет и на Цзян Ся — ведь доверить столь важный проект новичку с недельным стажем — верх безрассудства. Такой шаг поставил бы под сомнение её профессиональную компетентность и сделал бы посмешищем в глазах коллег.
Нан Ван чётко осознавала, что Цзян Ся хочет ей зла, но только на следующее утро, когда представители U+ прибыли в офис E.T., она узнала, что вместо вице-президента Юань Сина приехал почти никогда не появляющийся на публике генеральный директор — Чэн Сюцзинь.
Цзян Ся, как бывший ответственный за проект, тоже присутствовала на встрече, но лишь для антуража — вряд ли ей предстояло играть сколько-нибудь значимую роль.
Цици возмущённо шепнула, что Цзян Ся явно ждёт момента, когда Нан Ван провалится, чтобы тут же вмешаться и восстановить свой авторитет, отомстив за прошлый конфликт. Но Нан Ван, стоя в переговорной с папкой в руках и ожидая появления Чэн Сюцзиня, думала совсем о другом — о сообщении, которое он прислал ей накануне:
«Не волнуйся, мы скоро увидимся».
И правда — слишком быстро.
Вскоре за дверью послышались голоса и шаги. Цици, стоявшая рядом с Нан Ван, нервно сжала её мизинец, вся ладонь у неё вспотела, и дрожащим голосом она прошептала:
— Нан Ван, говорят, этот наследник семьи Чэн невероятно красив… Я сейчас задохнусь от волнения!
Нан Ван взглянула на подругу и хотела пошутить, что да, Чэн Сюцзинь действительно очень красив, но вовремя одумалась — начни она сейчас, и Цици засыпала бы её миллионом вопросов. Поэтому она лишь мягко улыбнулась и крепко сжала её руку в ответ, давая понять: «Всё будет хорошо».
По сравнению с Цици, Нан Ван чувствовала себя удивительно спокойно.
Тяжёлая деревянная дверь со скрипом распахнулась, и в комнату вошёл высокий мужчина в безупречно сидящем костюме, окружённый свитой. Все взгляды в переговорной устремились на него.
Нан Ван, зажав папку под мышкой так, что край уже врезался в кожу, заранее настроилась на встречу. Хотя она уже видела Чэн Сюцзиня раньше, в этот момент всё равно на мгновение потеряла дар речи.
Сегодня он был одет строже и официознее, чем обычно. Его фигура подчёркивалась идеальным кроем костюма, а тонкий галстук в мелкую клетку добавлял образу сдержанной элегантности. На его лице, словно высеченном из мрамора, читалась холодная отстранённость. Глубокие, чуть раскосые глаза медленно обвели всех присутствующих и остановились на Нан Ван, стоявшей впереди с папкой в руках.
— Доброе утро, мистер Чэн, — произнесла она, стараясь, чтобы улыбка звучала максимально профессионально и вежливо, и протянула руку.
На мгновение в его тёмных глазах мелькнуло удивление, но тут же исчезло, сменившись прежней сдержанностью. Он слегка приподнял уголки губ, протянул руку и крепко, почти дрожащими пальцами, обхватил её ладонь. Его ладонь была тёплой и сухой, а голос — чистым и звонким:
— Мы снова встречаемся, Нан Ван.
Все присутствующие в переговорной перевели взгляды на Нан Ван.
Значит, они знакомы?
Нан Ван оказалась единственной, кто не сбился с ритма. Незаметно выдернув руку из его ладони, она спрятала её за спину, сжала и тут же разжала, после чего вежливо указала на стул:
— Прошу вас, присаживайтесь.
Чэн Сюцзинь послушно сел, и только тогда остальные, будто очнувшись, последовали его примеру.
Нан Ван положила папку на стол, разгладила страницы и, убедившись, что все готовы, сказала с лёгкой улыбкой:
— Начнём.
Обычно U+ требовала детального разбора каждого пункта проекта, и команда E.T. заранее готовилась к масштабной переработке. Но на удивление, когда ответственные сотрудники по очереди зачитывали разделы, представители U+ не возражали.
Коллеги надеялись, что молодой мистер Чэн окажется менее придирчивым, чем два вице-президента, но никто не знал, действительно ли у него нет замечаний или он просто откладывает все вопросы до конца.
Во время перерыва многие вышли размяться. Нан Ван тоже покинула переговорную и, закрыв за собой дверь, глубоко вздохнула. Утром она еле-еле проглотила полмиски кашицы, и теперь желудок уже начал ныть. Она решила вернуться в офис за таблетками — в переговорной и без неё найдётся кому поддержать разговор, а Цзян Ся, скорее всего, воспользуется возможностью показать себя.
Как только напряжение спало, Нан Ван почувствовала внезапную слабость. Три дня почти без еды и полдня в напряжённой обстановке дали о себе знать — ноги подкосились, и мир перед глазами потемнел.
Прежде чем она успела рухнуть на пол, в нос ударил лёгкий, знакомый аромат. Из-за спины чья-то рука мгновенно подхватила её, не дав упасть.
— Что с тобой, Нан Ван? — раздался голос прямо у самого уха, настолько близко, что она почти почувствовала его дыхание.
В голове громыхнуло.
Чэн Сюцзинь.
Она и не думала, что он сегодня приедет. Лучше бы она осталась дома! Теперь снова опозорится перед ним. Но его голос, как ни странно, придал ей сил: она выпрямилась, вырвала руку и отступила на шаг, опершись спиной о стену.
— Спасибо, мистер Чэн, со мной всё в порядке, — сказала она, уже думая про себя, не стоит ли вечером выпить сладкого чая с имбирём.
Он, не обращая внимания на её сопротивление, внимательно осмотрел её и нахмурился ещё сильнее:
— Ты больна?
«Ещё как больна», — подумала она.
— Ты так плохо себя чувствуешь и всё равно пришла на работу? Это как раз и есть культура вашей компании?
Чэн Сюцзинь, стоя в коридоре E.T., без стеснения критиковал корпоративную политику, явно обеспокоенный её состоянием.
Нан Ван поспешила успокоить его:
— Правда, ничего серьёзного. Меня бы и не было здесь, если бы не звонок Цзян Ся.
Он явно не поверил её словам, продолжая пристально смотреть на неё. Его взгляд был таким пристальным и обеспокоенным, что Нан Ван почувствовала неловкость. Чтобы разрядить обстановку, она вежливо спросила:
— Мистер Чэн, вы направляетесь в туалет?
http://bllate.org/book/3381/372438
Готово:
