— На самом деле, они вовсе не все интересуются наследством генерала Сяо. Главным образом, твои родители оставили тебе две чрезвычайно знаменитые боевые машины, и теперь обе принадлежат тебе.
Голос прорезался со стороны, в его тоне сквозила нескрываемая зависть. Сяо Ино нахмурился и посмотрел на этого не слишком вежливого юношу.
По сравнению с тощим и изящным Сяо Ино, этот парень выглядел куда более ослепительно: слегка вьющиеся волосы цвета морской волны, овальное лицо, большие глаза. Хотя в нём ещё чувствовалась некоторая детская наивность, черты лица уже были невероятно красивыми и выдающимися. Более того, у него были редкие глубокие фиолетовые глаза, что позволяло смело причислить его к разряду первоклассных прекрасных юношей.
Однако Сяо Ино вовсе не собирался проявлять к нему снисходительность. Стоит заметить, что в прошлой жизни любой из его братьев, будь то старший или младший, был писаным красавцем, но некоторых из них за их змеиные сердца можно было назвать таковыми разве что в насмешку.
— Камела, здесь не твоё место для разговоров, — очевидно, тоже слегка недовольно произнёс Сяо Иянь.
Лицо юноши мгновенно помрачнело, но он всё же с улыбкой произнёс:
— Старший кузен, почему это стоит Ино прийти, как ты сразу перестаёшь любить Камелу?
На привычно суровом лице Сяо Ияня не отразилось ни единого теплого чувства.
— Камела, ты, похоже, забыл о своем положении. Полагаю, в твоей семье забыли сказать тебе одну вещь: дедушка велел забрать тебя в главный дом исключительно потому, что вы с Ино ровесники, чтобы ты составлял ему компанию, а вовсе не для того, чтобы ты селился здесь под каким-то благородным предлогом.
Он посмотрел на Камелу, отчего лицо того невольно побледнело. Это давление доставляло ему сильнейший дискомфорт.
— Чётко уясни своё место, Камела.
Сяо Ино наблюдал, как лицо юноши побледнело, а глаза слегка покраснели, однако он лишь холодно наблюдал со стороны, не выказывая ни малейшего намерения вмешаться и выручить его.
И действительно, он заметил, как этот самый Камела исподтишка бросил на него полный ненависти взгляд, после чего опустил голову и тихо произнёс:
— Я понял, старший кузен Иянь.
Когда Сяо Иянь повернулся к Сяо Ино, его выражение лица и тон стали намного мягче.
— Ино, это Камела Бойс. Его мать — младшая дочь дедушкиного брата, так что он приходится нам близким родственником по боковой линии. Дедушка рассудил, что ты с детства рос один и вряд ли имеешь друзей-сверстников, поэтому и позволил ему приехать в главный дом, чтобы составить тебе компанию.
Услышав эти слова, Камела побледнел ещё сильнее. Было очевидно, что до сего момента он действительно понятия не имел об истинной причине своего приглашения в главный дом.
— Мне это не нужно.
Услышав этот холодный голос, Камела резко обернулся к Сяо Ино. Он увидел, что на миловидном лице одетого в повседневную одежду юноши играла лёгкая улыбка. Выглядел он невероятно мягким и интеллигентным, но слетевшие с его губ слова звучали леденяще и непреклонно:
— Мне не нужны никакие компаньоны, и, кроме того, совершенно очевидно, что этот молодой господин Камела — далеко не самый подходящий компаньон. У него, судя по всему, скверный характер.
— Ах ты! — вспылил Камела.
Сяо Иянь нахмурился и задумчиво произнёс:
— Я поговорю с дедушкой.
— Старший кузен! — выражение лица Камелы резко изменилось. Если бы его выгнали обратно домой всего через месяц после заселения в главный дом, он бы полностью потерял лицо. Когда его только отобрали в главный дом, он так упивался своей победой перед заносчивыми кузенами и кузинами, которые обычно смотрели на него свысока. Если он вернётся вот так — нет, он не хотел возвращаться!
Но при виде сурового выражения лица Сяо Ияня застряли в горле все слова, которые он хотел сказать, и он невольно пожалел о только что содеянном поступке, которым оскорбил Сяо Ино.
Заметив, что Камела снова перевёл взгляд на него, Сяо Ино опередил его:
— Брат, я устал.
Это был первый раз, когда он назвал Сяо Ияня братом. Лицо Сяо Ияня смягчилось, и он поднялся на ноги.
— Пойдём, я провожу тебя в твою комнату.
С этими словами оба брата окончательно оставили позади посиневшего от злобы Камелу и направились вглубь особняка.
— Ино, дедушка ещё не вернулся домой, но, судя по всему, он увидится с тобой вечером.
Сяо Ино кивнул и лишь после минутного колебания произнёс:
— ...Что это за боевая машина, о которой он говорил?
— Меха твоей тёти Ничжань — единственная меша девятого уровня в Федерации, а также на данный момент лучшая боевая машина ближнего боя. Мастер Ангуде, создавший её, уже скончался, так что она существует в единственном экземпляре. Что же до меха твоего отца Посейдон, его называют защитником Империи, это тоже весьма известный дальнобойный мех. Хотя это меча восьмого уровня, по своим характеристикам он ничуть не уступает Ничжань. Ценность этих двух машин невозможно измерить деньгами. С тех пор как твоя тётя и твой отец, Герцог Нойя, оба пали на поле боя, самые разные круги питают на них виды. Но не бойся, они принадлежат тебе.
У Сяо Ино снова заболела голова. Он давным-давно усвоил, что такое — невиновен тот, кто владеет сокровищем!
Сяо Иянь внезапно остановился и, немного поколебавшись, спросил:
— Ино, ты проходил тест на потенциал?
— Эм-м, а что это такое?
Сяо Ино понятия не имел...
☆
— Нельзя ли обойтись без этого? — он спокойно выдержал взгляд «старика», на вид дай бог лет сорока-пятидесяти.
Сяо Лину исполнилось уже сто пятьдесят девять лет. Для федерацев, чья средняя продолжительность жизни составляет чуть больше двухсот лет, он находился в самом расцвете сил, однако уже полвека бессменно возглавлял Клан Сяо. Клан Сяо был потомственной военной семьей, и постоянные походы на передовую приводили к тому, что жизнь членов семьи Сяо была недолгой. Отец Сяо Лина скончался, когда ему не было и двухсот лет. У самого Сяо Лина было пятеро сыновей и четыре дочери от трёх браков, но в конце концов в живых остались лишь трое сыновей и одна дочь. Теперь же он потерял и единственную оставшуюся дочь, а в следующем поколении осталось всего двое детей — Сяо Иянь и Сяо Ино.
Сяо Лин видел Сяо Ино лишь единожды, сразу после его рождения, но имя мальчику дал именно он. В те времена отношения между Сяо Минци и графом Нойей были прекрасными, и появление на свет этого сына они, естественно, ценили, пока четыре или пять лет спустя всё не начало рушиться.
Лишь несколько дней назад он узнал, что дочь бросила этого внука на Планете Оса на долгих восемь лет, и она даже ни разу не навестила своего маленького сына! Сяо Лин выглядел крайне суровым человеком; Сяо Иянь уродился больше всех похожим на него, но и в том было лишь три десятых доли его властности. Сяо Лин провел в армии больше ста лет, и солдаты, которыми он командовал, были разбросаны по всей Федерации. Одного этого присутствия было достаточно, чтобы обычный человек задыхался и не смел поднять на него взгляд.
Взять хотя бы Камелу: хотя он видел этого маршала Сяо всего несколько раз, ещё ни разу он не осмелился поднять голову и посмотреть ему в лицо.
Этот внук неплох, — подумал про себя Сяо Лин, однако на его лице по-прежнему не отражалось никаких эмоций, и выглядел он сурово и неприступно.
— Нельзя.
Сяо Ино наконец нахмурился.
Глаза Сяо Лина глубоко погрузились в него, и он произнёс:
— Если говорить об Империи, знаешь ли ты, сколько сейчас в Империи герцогов? Трое! Когда-то их было семеро, но четверо заняли не ту сторону в борьбе за престол, за что были казнены Императрицей этого поколения. Из трёх оставшихся один, помимо твоего отца, является доверенным лицом, пользующимся глубоким доверием Императрицы, а второй — ее родной дядя. По правде говоря, я до сих пор искренне восхищаюсь тем, как твоему отцу удалось в ходе борьбы за престол не лишиться этого герцогского титула.
— Значит, теперь этот мой титул — горячая картошка в руке? — брови Сяо Ино сошлись ещё круче.
Сяо Лин продолжил:
— Заслуги твоего отца перед Империей были слишком велики. Даже если бы он не погиб, Императрица всё равно начала бы выживать его со свету. Именно поэтому всплыла история о том, что ребёнок семнадцатой принцессы — вовсе не его родной сын. На беду, он умер именно в этот момент.
Сяо Ино мгновенно всё понял.
Сяо Лин с одобрением кивнул:
— Стоило ему умереть, как Императрица не только не смогла лишить его титула, но была вынуждена осыпать его милостями. В конце концов, Герцог Нойя не просто сослужил огромную службу Империи, он пал за нее на передовом рубеже.
Сяо Ино с горькой усмешкой хмыкнул:
— И этот почтенный титул ни в коем случае не должен достаться ни семнадцатой принцессе, шедшей против Императрицы в борьбе за престол, ни её детям.
— Верно. Точно так же он не может достаться никому другому из Семьи Сафилон. У Нойя было ещё два брата и сестра. Хотя все они незаконнорожденные и не выйдут в высший свет, это не мешает его братьям и сестре питать подобные амбиции. В конце концов, они тоже несут в себе кровь семьи Сафилон и десятилетиями вели дела в Империи. Императрица не позволит, чтобы титул достался таким людям.
— Вот почему в такой момент я — четырнадцатилетний подросток, который никогда в жизни не жил в Империи и не имеет ни малейших эмоциональных привязанностей к людям графа Нойя, — подхожу на роль этого титула куда лучше, полностью отвечая желаниям Императрицы.
Сяо Лин произнёс тяжёлым голосом:
— Неплохо. Поэтому от твоего имперского герцогского титула не только нельзя отказываться — его нужно принять без промедления. Иначе это навлечёт на тебя огромные неприятности. Императрица Империи — человек сложный в общении. Суметь сокрушить в борьбе за престол своих четырёх старших братьев и трёх младших братишек и взойти на трон сама по себе говорит о человеке непостижимом.
— А как же то, что оставила мать? — Сяо Ино вздохнул. Если бы была возможность, он предпочел бы отказаться от всего на свете, а затем вернуться к спокойной жизни.
Сяо Лин посмотрел на него:
— В отличие от пожалованных твоим отцом земель и титула, Минци помимо Ничжань оставила еще и компанию. Эта компания называется Минци, её завещала ей твоя бабушка, и фактически она представляет собой завод по производству боевых машин.
— Я знаю, — ответил Сяо Ино, отчего у него заболела голова еще сильнее. Раньше он вычитал в звездной сети, что та самая компания, названная в честь его матери, была крупнейшим в Федерации заводом мехов. В эту эпоху мех-завод — это же военный завод! Легко представить, насколько это хлопотно! К тому же теперь находилось объяснение тем огромным суммам карманных денег, которые он получал ежемесячно: они были куда выше зарплаты федерального генерал-майора!
Сяо Лин наконец слегка улыбнулся:
— Минци — не обычная компания. Ли Минюань занимает пост первого премьер-министра уже почти двадцать лет. С тех пор как он женился на Минци, президент постоянно опасался его, чего ты, скорее всего, не знал.
— Президент опасается, что мать передаст Минци Ли Минюаню?
— Военные и политика кажутся единым целым, но в Федерации человек, обладающий высшей политической властью, как правило, не имеет армейских полномочий. Именно поэтому высшее руководство так увлечено династическими браками с военными кланами. Первая жена Ли Минюаня происходила из семьи Лафалан, а затем он женился на Минци — всё по этой же причине. Жена нынешнего президента — дочь маршала Чжана.
Сяо Лин смотрел на небрежную, но элегантную позу сидевшего перед ним юноши и не мог не кивнуть с удовлетворением. Прошло столько времени, а он всё ещё сохранял такую осанку — это могло означать лишь одно: таковы его повседневные привычки. Это заставляло его чувствовать себя куда спокойнее. Впрочем, мальчик, который с шести лет жил один, умудрился выработать в себе подобные манеры и склад характера — это уже само по себе вызывало у него изумление.
Откуда было знать Сяо Лину, что в прошлой жизни Сяо Ино прошёл через суровую школу строжайшего этикета? Не говоря уже о том, чтобы так вальяжно рассиживать в кожаном кресле, он мог целый день сохранять этот эталонный образец элегантной осанки, даже сидя на жёстком деревянном стуле или стоя на коленях. При этом он не выглядел излишне чопорным или зажатым, но и не терял достоинства и изящества. Эпоха, в которую он жил, придавала колоссальное значение осанке и внешнему виду. К тому же его род принадлежал к числу древних именитых семейств, процветавших столетиями. С малых лет его воспитывали на изысканных благовониях и звуках цитры, и эта элегантная манера держаться и внутренний стержень уже давным-давно вплавились в саму его костную мозг.
— Но если политический лидер лично возьмет в руки военную власть, всё в корне изменится. Это главное табу в Федерации, поэтому компанию Минци нельзя отдавать Ли Минюаню. Имея завод боевых машин, политики с легкостью могут взрастить собственную частную армию, — сурово произнёс Сяо Лин.
Сяо Ино немного подумал:
— А если пожертвовать её Федерации?
Сяо Лин опешил — он явно не ожидал от внука такой прямолинейности. Доходы компании Минци ежегодно исчислялись цифрами, от которых слепило глаза, а Сяо Ино был всего лишь четырнадцатилетним подростком. И при этом он совершенно не жадничал, не прельстился богатством и был готов отдать всё по первому слову! Судя по его тону, он вовсе не шутил: если бы он, Сяо Лин, сказал, что это возможно, этот ребенок без малейшего колебания пожертвовал бы всё до последнего кредита из этого гигантского состояния.
Однако Сяо Лин покачал головой:
— Нельзя!
Брови Сяо Ино снова сошлись на переносице.
— Если пожертвовать Минци Федерации, какая организация рискнет её принять? В конце концов, сам по себе мех-завод — это сила, которой Федерация опасается. А если передать её президенту, следующие выборы президента, боюсь, утопят в крови.
Сяо Ино всё понял. Если отдать заводы президенту, у того тоже появится собственный соблазн завести личную армию, и тогда во время смены власти он вполне может отказаться уступать свой пост.
Лишь полное разделение военных, политических и судебных ветвей власти в Федерации позволяло сохранять нынешнюю картину демократии и свободы. Стоило этому хрупкому балансу рухнуть, и последствия стали бы катастрофой, которую не пожелал бы увидеть никто в Федерации.
— А если передать её Клану Сяо? — тут же предложил Сяо Ино.
Сяо Лин рассмеялся и вздохнул:
— Клан Сяо тоже не может её взять.
— Почему? Разве это изначально не вещи матери? Мать ведь тоже из Клана Сяо! — не понял Сяо Ино.
Сяо Лин ответил с предельной безмятежностью:
— Могу сказать тебе лишь одно: Клан Сяо тоже не монолитное целое. Он слишком огромен. Когда Минци находилась в руках твоей матери, ей удавалось удерживать её благодаря её же взбалмошным методам. Теперь же я надеюсь, что ты сумеешь её отстоять.
Брови Сяо Ино нахмурились ещё глубже.
В конце концов он лишь сказал:
— Мне нужен мой дворецкий Джерри, он приведёт в порядок часть моих личных вещей.
В это смутное время он не осмеливался жить на Планете Оса в одиночестве — иначе он боялся испустить дух так, что никто вокруг даже не узнает об этом.
Когда Сяо Иянь привез его сюда, он ещё не предполагал, с каким сложным клубком проблем ему придется столкнуться. Узнав о гибели родителей, он наивно полагал, что ему достанутся лишь те две легендарные боевые машины, о которых знал каждый из многих миллиардов людей, пара мелких счетов да титул аристократа. Оказалось же, что всё обстояло куда, куда сложнее.
Теперь на его плечах лежало непосильное бремя, от тяжести которого ему почти чудилось, будто он вернулся в прошлую жизнь.
Горячая картошка, которую нельзя не взять, которую приходится проглотить целиком — так она жгла его внутренности до самого обугливания. Будь он на самом деле самым обычным четырнадцатилетним подростком, возможно, он бы возгордился внезапно свалившимся на него баснословным богатством, высоким положением и упивался бы собственным успехом. Но он прекрасно понимал: всё далеко не так просто.
http://bllate.org/book/33802/4158051
Готово:
