Не успел он полностью вытащить тандао, как одна из волков первой бросилась прямо на него.
На этот раз волков было много, и хотя они понимали, что Цуй Линь противник опасный, они всё равно жаждали с ним померяться силами.
Цуй Линь сильнее сжал рукоять, и клинок мгновенно выскользнул из ножен, прочертив в снежной ночи холодный росчерк.
Поскольку сам меч был довольно длинным, прежде чем волк успел допрыгнуть до него, лезвие с размаху обрушилось прямо на волчью голову.
Однако клинок не оказался таким уж острым — совсем не резал плоть, как по маслу, вопреки ожиданиям Цуй Линя.
Конечно, изделие мирной эпохи, пусть его даже и заточили, не могло похвастаться сокрушительной убойной силой.
Но даже при недостаточной остроте клинка, за счёт огромной физической силы Цуй Линя и достаточно прочного материала оружия эффект всё же возымел действие.
После его яростного удара та волчица рухнула без чувств.
Глядя на потерявшего сознание зверя и глубокий порез у него на голове, Цуй Линь слегка размял запястье, а затем перевёл взгляд на оставшихся волков...
В этот момент тот раненый мужчина уже испустил дух. Удар, нанесённый Ань Ди, и так был смертельным, а после того как несчастного разорвали ещё три волка, он очень быстро скончался от потери крови.
Дела другого мужчины обстояли ненамного лучше. Хотя Ань Ди не успел его ударить, из-за того, что тот держался рядом с раненым товарищем, он тоже превратился в главную мишень для стаи.
Мужчина неосторожно подставился под укус прямо в бедро. Теперь он уже не мог бежать и был вынужден в отчаянии замереть на месте, пытаясь отбиться от двух волков голыми руками.
Но, увы, он был всего лишь обычным бетой, и когда к преследовавшим его хищникам присоединились ещё двое сородичей, силы оказались слишком неравны.
И тут произошло то, чего никто не ожидал: Ань Ди, который давно уже должен был убежать далеко, неожиданно вернулся с кинжалом в руке.
Он явился вовсе не для того, чтобы спасать этого мужчину — он хотел выручить Цуй Линя.
Честно говоря, он и сам считал, что с его головой что-то не так.
С одной стороны, голос разума твердил ему, что не стоит возвращаться ради этого беловолосого.
Они совершенно чужие люди, и даже если тот ранее пытался его спасти, это ни к чему не обязывает.
Он всего лишь омега, и как бы ни превосходил по силам обычных омег, этот факт не изменить.
Ему не следовало идти назад.
С другой стороны, он постоянно находил оправдания: тот беловолосый выглядел невероятно сильным. Волки вряд ли были ему по зубам, и если сейчас помочь ему, возможно, тот будет искренне благодарен.
Тогда... они смогут стать друзьями, и ему больше не придётся сражаться в одиночку.
И вот, когда он уже почти разглядел Цуй Линя, подул встречный ветер, и он внезапно уловил странный запах.
Слабый, с лёгкой горчинкой, он напоминал... напоминал запах горящих дров.
Этот аромат вдруг заставил его вспомнить те дни из детства, когда мама сидела с ним рядом у раскалённой печки.
Ань Ди сначала удивился, что это за запах, но когда его ноги внезапно ослабели и он чуть не рухнул на землю, до него дошло.
Неужели... это феромоны?
Глава 6 (небольшие изменения в сеттинге)
В том месте, где они сейчас находились, были только Ань Ди и тот беловолосый. Вывод напрашивался сам собой: источник феромонов — именно он.
Ань Ди и раньше думал, что беловолосый похож на альфу. Внешность альф обычно крупная и привлекательная, их легко отличить от представителей других полов.
И пусть кожа беловолосого из-за его принадлежности к инородцам казалась слегка смуглой, при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что он очень красив.
У него были изящные черты лица, и даже столь необычный цвет кожи и волос ничуть не портил его — напротив, он выглядел чертовски привлекательно.
Теперь же, ощутив его феромоны, Ань Ди окончательно убедился, что перед ним альфа.
Хотя в этом мире феромоны имелись у всех — и у альф, и у омег, и у бет, — разница между ними оставалась огромной.
Особенно для тех, кто обладал повышенной чувствительностью, вроде альф и омег: различить их не составляло труда.
Запах феромонов альф и омег был гораздо более насыщенным, чем у бет.
Феромоны альф несли в себе больше агрессии, а омежьи отличались мягкостью и манящей притягательностью.
Кроме того, феромоны альф взаимно отталкивались: как правило, чувствуя чужой запах альфы, другой мужчина испытывал отвращение или раздражение. Для некоторых представителей этого пола запах равного по статусу порой воспринимался как прямой вызов.
Феромоны бет были едва уловимы; беты обычно подсознательно подавляли их, главным образом опасаясь задеть своим запахом аристократов из-за низкого социального положения.
К тому же беты не отличались чувствительностью к феромонам и почти ими не пользовались, так что их запах был практически равен нулю.
Омежьи феромоны в обычные дни звучали мягко и соблазнительно.
Стоило же им вступить в период течки, как их феромоны превращались в настоящее приворотное зелье.
Они не только заставляли окружающих альф терять рассудок от безумия, но и с лёгкостью ввергали в период течки других омег.
В прошлом во время войн некоторые страны сбрасывали на поле боя омег в период течки, чтобы полностью лишить бойцов-альф боеспособности.
Подобные методы ведения войны вызывали презрение у всех государств.
К тому же омег было слишком мало, и большинство из них являлись детьми знати.
В конце концов Церковь и аристократия совместными усилиями пресекли подобную практику.
Ань Ди доводилось ощущать самые разные феромоны, но с подобным столкнулся впервые.
Запах беловолосого с первой же ноты вызывал ассоциации с живым огнем. В столь морозном месте от этого согревающего аромата возникала иллюзия, будто сидишь у камина.
Однако Ань Ди тут же покачал головой. Он — омега, причём омега, который уже долгое время подавлял свои феромоны запрещенными препаратами. И даже если чужой запах ему приятен, его собственное состояние не позволяло задерживаться здесь и вдыхать его дальше.
Потому что если он продолжит втягивать этот воздух, последствия для него окажутся плачевными — так и досрочно спровоцировать период течки недолго.
http://bllate.org/book/33731/4148308
Готово:
