— Чжун Цзе сказала, что раз уж мы работали вместе, надо бы попить чаю, — произнесла Тан Цзыси, прекрасно понимая: дело вовсе не ограничится чашкой чая. Она-то знала, в каком положении сейчас Лу Дани.
— Наконец-то обратились и к тебе.
Тан Цзыси молчала. Хотя отношения с Лу Дани складывались непросто, Чжун Цзе и Фан Лань всегда относились к ней по-доброму.
— Ты ведь понимаешь, зачем они тебя ищут. Как собираешься поступать?
Тан Цзыси помолчала немного и ответила:
— Чжун Цзе и Фан Лань всегда были ко мне добры.
Гу Хэн пристально смотрел на неё — так пристально, что Тан Цзыси невольно почувствовала себя виноватой.
— Тогда помоги им в этот раз. Но не будь слишком наивной.
Тан Цзыси промолчала.
Увидев её растерянный вид, Гу Хэн вздохнул:
— Ладно, если бы ты не была такой наивной, это уже не была бы ты. Где и когда вы встречаетесь? Я отвезу тебя.
Тан Цзыси только что про себя ворчала: «Да ты сам дурак!» — но теперь испугалась.
— Я сама справлюсь.
Гу Хэн относился к ней, словно к детёнышу, которого нужно оберегать, и она не выдерживала такого внимания.
— Боюсь, тебя продадут, а ты и не заметишь.
— Этого не случится!
В итоге Гу Хэн всё же отвёз Тан Цзыси.
Они договорились встретиться в кофейне у киностудийного городка. Гу Хэну было неудобно выходить из машины, поэтому он велел Ли Сюю проводить Тан Цзыси внутрь.
Чжун Цзе сидела у окна и сразу заметила их, поняв, что Гу Хэн тоже здесь.
Она невольно улыбнулась. Она всегда считала себя отличным судьёй характеров. Впервые увидев Тан Цзыси, она поняла, что девушка недурна собой и вполне могла бы стать актрисой второго плана, но тогда и представить не могла, что та сумеет завоевать расположение такого недосягаемого человека, как Гу Хэн.
И не просто расположение! Сейчас он должен быть на съёмочной площадке, но ради Тан Цзыси даже работу бросил.
Похоже, она сильно недооценила эту девушку.
Ли Сюй и Тан Цзыси быстро подошли к Чжун Цзе. Ли Сюй, обычно весёлый и развязный, теперь был вежлив и собран.
Чжун Цзе мягко улыбнулась:
— Не ожидала, что вы лично проводите Цзыси.
Ли Сюй ответил с улыбкой:
— Точнее говоря, её привёз Гу Хэн. Он сам хотел зайти и поздороваться, но заметил несколько журналистов, поэтому поручил мне передать привет от него.
Чжун Цзе приподняла бровь:
— Вот как.
Ли Сюй кивнул:
— Ну что ж, я пойду. У Гу Хэна ещё съёмки.
— Иди скорее. Я верну вам Тан Цзыси целой и невредимой.
Оба говорили намёками, и Тан Цзыси, оказавшись между ними, чувствовала себя неловко.
Когда Ли Сюй ушёл, Тан Цзыси и Чжун Цзе остались сидеть друг напротив друга за чашками кофе.
— Твоя рука зажила? — спросила Чжун Цзе.
Тан Цзыси поставила чашку и подняла руку:
— Уже зажила. В ту ночь появились пару маленьких пузырьков, теперь всё подсохло.
Чжун Цзе с сожалением сказала:
— Мне очень жаль из-за этого инцидента. У Дани вспыльчивый характер, и я не смогла как следует её перевоспитать.
Тан Цзыси лишь слегка улыбнулась, ничего не ответив. На самом деле ей было обидно.
— Поэтому, когда Дин Вэнь попросила тебя, я, хоть и не хотела отпускать, всё же согласилась. Понимаешь, с тобой рядом у Гу Хэна будет лучше.
На самом деле у неё не было выбора: ассистенты Лу Дани обычно работали два-три месяца, прежде чем подписывали официальный контракт.
— Ты ведь знаешь, что я вложила в Лу Дани больше всего сил и надежд. Если её карьера провалится, это будет моим провалом, — с грустью сказала Чжун Цзе. — Ты знаешь, в каком она сейчас положении. Не могла бы ты помочь нам преодолеть эту трудность?
Тан Цзыси молчала.
Увидев её нежелание, Чжун Цзе приподняла бровь и продолжила:
— Мы все в одном кругу. А твои отношения с Гу Хэном… довольно двусмысленны. Если об этом просочится в прессу, ему это точно не пойдёт на пользу.
Тан Цзыси не ожидала, что Чжун Цзе станет шантажировать её. Она холодно спросила:
— Что ты хочешь?
Чжун Цзе закинула ногу на ногу и с лёгкой усмешкой произнесла:
— Просто сними с нами короткое видео… Да, Дани поступала с тобой грубо, но в остальном она ведь была к тебе неплоха, верно? Просто скажи об этом.
Тан Цзыси прямо посмотрела на неё, плотно сжав губы.
Чжун Цзе сменила тон и почти умоляюще добавила:
— Сделай это для меня, хорошо? — Она лишь хотела облегчить Тан Цзыси выбор.
Тан Цзыси обдумала ситуацию. Ей не хотелось, чтобы из-за неё Гу Хэна очернили. Она кивнула:
— Но я не хочу раскрывать личную информацию и много говорить.
По дороге Гу Хэн строго наказал ей не соглашаться ни на что, не посоветовавшись с ним. Но в такой ситуации, пожалуй, лучше не рассказывать ему.
Помогу им в последний раз — и расплатимся полностью.
Услышав согласие Тан Цзыси, Чжун Цзе обрадовалась и предложила снять видео прямо сейчас, если у неё есть время.
Тан Цзыси решила сначала позвонить Гу Хэну и объяснить ситуацию. Только она достала телефон, как на экране высветилось его имя — он сам звонил.
Он хотел узнать, как обстоят дела. Тан Цзыси ничего не утаила и сообщила, что уже дала согласие.
Гу Хэн помолчал немного, потом сказал, что пусть делает, как хочет, но добавил одно: «Больше такого не повторится».
Тан Цзыси снова почувствовала, будто с ней обращаются как с ребёнком.
Когда они приехали в отель и встретились с Лу Дани, та сохраняла свою обычную надменность. Чжун Цзе лёгким шлепком заставила её изобразить фальшивую улыбку.
Атмосфера была неловкой, но это не помешало Чжун Цзе руководить их «спектаклем».
Из-за поведения Лу Дани настроение Тан Цзыси, до того спокойное, заметно испортилось. Она прямо заявила:
— Я не умею играть.
Чжун Цзе хмыкнула и смягчила требования:
— Тогда просто улыбайся. А ты, Дани, сама решай, как себя вести.
Последняя фраза была явным предупреждением Лу Дани: Чжун Цзе с трудом уговорила Тан Цзыси, а та ведёт себя как капризная барышня. Сейчас точно не время для истерик.
Лу Дани широко улыбнулась:
— Давай скорее снимай.
Чжун Цзе включила приложение для коротких видео:
— Сейчас сначала снимем Дани. Начинаю! Обе улыбайтесь.
Лу Дани улыбнулась и, когда Чжун Цзе досчитала до трёх, ласково сказала в камеру:
— Всем привет! Это Лу Дани. В последнее время обо мне ходит много слухов. Честно говоря, я в полном недоумении. И не только я — другой участник этих слухов чувствует то же самое.
Камера отъехала назад, и Тан Цзыси чуть придвинулась ближе к Лу Дани.
Тан Цзыси помахала в камеру и улыбнулась, после чего камера снова вернулась к Лу Дани.
— Она немного стеснительна и вообще не хотела появляться перед публикой, но решила выступить, чтобы опровергнуть эти слухи. Про инцидент с ожогом — да, он действительно связан со мной, но это была случайность. Я тогда чуть не заплакала от переживаний! К счастью, всё обошлось, и рана быстро зажила. Иначе я бы мучилась угрызениями совести всю жизнь. А насчёт той дорожной премьеры — мы просто репетировали! Вы ведь знаете, я сейчас снимаюсь в «Один в Поднебесной», где играю вспыльчивую барышню. У меня совсем не было времени, поэтому мы и репетировали прямо на месте. Верно, дорогая?
Камера снова перевелась на Тан Цзыси. Та кивнула с улыбкой:
— Да.
Лу Дани рассмеялась:
— Ты, как всегда, теряешься перед камерой и не можешь вымолвить и слова! Кстати, расскажу вам секрет: однажды один массовщик выбыл, и режиссёр заставил её сыграть эпизод. Она так долго снималась, что я чуть не умерла со смеху! Ладно, не буду больше болтать — она снова краснеет от стыда. Лучше сами посмотрите сериал! На сегодня всё, пока-пока!
Чжун Цзе выключила запись и не могла не восхититься актёрским мастерством Лу Дани.
— Отлично! Очень естественно получилось.
Лу Дани поправила волосы и, повернувшись к Тан Цзыси, сказала:
— Спасибо тебе, Тан Цзыси. Раз уж мы когда-то были в одной лодке, хочу сказать тебе одну искреннюю вещь: никто не бывает добр к тебе просто так. Чем больше получаешь, тем больше отдаёшь — и тем больше приходится выдерживать. Подумай хорошенько.
Тан Цзыси понимала, что Лу Дани говорит это с подвохом, но в её словах была доля правды. Она промолчала.
В этот момент Тан Цзыси позвонила Дин Вэнь. Узнав, что видео уже записано, она велела передать трубку Чжун Цзе.
Дин Вэнь потребовала сначала показать ей видео, прежде чем публиковать. Чжун Цзе возражать не стала.
Когда Тан Цзыси вернулась на площадку, Гу Хэн как раз отдыхал.
— Я уже посмотрел видео, — сказал он, глядя на неё.
Тан Цзыси моргнула и только «охнула».
Гу Хэн не отводил взгляда:
— Ты уверена, что хочешь, чтобы они его опубликовали?
Тан Цзыси медленно кивнула.
— Мне кажется, Лу Дани слишком много наговорила, — добавил Гу Хэн.
Тан Цзыси и сама так думала, но… всё же лучше, чем снимать заново. Она глубоко вздохнула и решительно сказала:
— Считаю это платой за их прежнюю доброту. Кроме последних событий, первый месяц мы ладили вполне неплохо.
Гу Хэн кивнул, понимая:
— В этот раз поступай, как считаешь нужным. Но больше такого не повторится.
— Больше не будет… — начала Тан Цзыси, но вдруг задумалась: «Не слишком ли широко берёт на себя обязанности этот актёр?»
После одобрения Гу Хэна видео было опубликовано в микроблоге.
Нападки на Лу Дани в сети утихли, хотя многие всё равно не верили ей и называли это пиаром. Её выступление сочли наигранным. Однако скандал уже начал затихать: публика устала от этой темы, и имя Лу Дани появлялось всё реже.
Тан Цзыси снова вернулась к прежней жизни рядом с Гу Хэном — ела, пила и наслаждалась спокойствием.
Однажды в восемь вечера съёмки закончились. Гу Хэн снимал грим, а Ли Сюй и Тан Цзыси убирали вещи рядом. Ли Сюй с энтузиазмом спросил Тан Цзыси:
— Сегодняшние ланч-боксы были невкусные, ты почти ничего не ела. Поедим ночью? Скажи, что хочешь, я сбегаю купить.
Тан Цзыси уже собиралась ответить, как случайно поймала в зеркале взгляд Гу Хэна.
Актёр, похоже, снова собирался поиздеваться над ней, назвав обжорой.
— Не хочу, — сказала она, сглотнув слюну и прогоняя из головы образы вкуснейших блюд.
Ли Сюй удивился, а потом обеспокоенно спросил:
— Тебе нехорошо?
Тан Цзыси стало досадно: разве отказ от еды в их глазах — что-то ненормальное?
Ей было просто душевно неуютно.
— Я на диете, — универсальный ответ.
Ли Сюй ещё не успел что-то сказать, как Гу Хэн спокойно распорядился:
— Ли Сюй, купи-ка нам большую порцию острых раков.
Тан Цзыси промолчала.
Ли Сюй моргнул, а потом широко ухмыльнулся:
— Есть! — И, подмигнув Тан Цзыси, добавил: — Посмотрим, как ты будешь худеть.
Ли Сюй отвёз Гу Хэна и Тан Цзыси в отель, а потом поехал за раками.
Гу Хэн и Тан Цзыси поднялись в лифте на этаж. У двери своего номера Гу Хэн остановил Тан Цзыси, когда та уже собиралась идти дальше.
— Съешь раков, потом ложись спать.
— Не хочу.
— Правда не хочешь?
— Не хочу!
— Тебе неловко передо мной? — догадался Гу Хэн.
Тан Цзыси, конечно, не призналась:
— Нет.
— Ешь. Я ведь не скажу, что ты обжора, — нарочно поддразнил её Гу Хэн, и в глазах его явно мелькнула насмешка.
Тан Цзыси вспыхнула:
— Ты уже сказал!
Сначала она была просто «обжорой», а теперь стала «жадиной-говядиной»! Противно! Она совсем не жадина.
Глядя на её надутые щёчки, Гу Хэн с удовольствием улыбнулся и слегка ущипнул её за щеку.
— Всё такая же милая.
Тан Цзыси всё чаще чувствовала, что Гу Хэн обращается с ней как с дочкой. Она вздохнула:
— Господин Гу, не стоит быть ко мне такой… — Она не знала, как выразиться.
Гу Хэн понял, о чём она, но ответил:
— Я всегда буду к тебе добр.
Тан Цзыси промолчала, а затем сказала:
— Господин Гу, сейчас вы мой начальник. Давайте разделять личное и служебное, хорошо?
Гу Хэн одобрительно кивнул:
— Хорошо.
Тан Цзыси наконец перевела дух и улыбнулась, но в следующее мгновение Гу Хэн добавил:
— Теперь я, как твой начальник, приказываю: съешь раков и только потом ложись спать.
Тан Цзыси промолчала.
В итоге она съела полкорзины острых раков — Гу Хэн очищал их за неё и буквально приказывал есть. Ли Сюй, хоть и был таким же ассистентом, такой чести не удостоился и чувствовал себя крайне обделённым.
http://bllate.org/book/3368/370664
Готово:
