Четвертая глава
Чжоу Цинъян гнал без остановки целый день и, когда небо начало стремительно темнеть, наконец добрался до границ поселка Цинлян. Проезжая мимо мотеля, он решил остановиться на ночлег, чтобы немного передохнуть и с новыми силами продолжить путь завтра.
В отеле царила тишина, почти не было постояльцев. Чжоу Цинъян подошел к стойке регистрации, снял люкс, и администратор даже не попросил у него удостоверение личности. Заказав немного еды, он вернулся в номер.
Поужинав и приняв душ, Чжоу Цинъян собирался лечь спать, как вдруг из коридора донеслись шум и крики.
Закаленный суровыми испытаниями конца света, Чжоу Цинъян прекрасно знал: лучше не совать нос в чужие дела. Он не стал выходить, а просто тихо лежал на кровати, пока шум не стих и снаружи снова не стало спокойно. Лишь тогда он медленно закрыл глаза.
Он понимал, что таких тихих ночей больше не будет. И действительно, на рассвете раздался настойчивый стук в дверь. Чжоу Цинъян настороженно просканировал пространство с помощью ментальной энергии: за дверью стоял вчерашний администратор.
— Что случилось? — отозвался он холодным голосом из глубины комнаты.
— Господин, скорее собирайтесь и уходите! Снаружи полно монстров, которые едят людей! — донесся до него испуганный голос.
— Понял, спасибо. — Даже в такой момент этот человек нашел время предупредить постояльца, значит, он был ответственным.
Чжоу Цинъян навострил уши и прислушался: снаружи действительно доносились душераздирающие крики, рев моторов и кое-где — звуки выстрелов.
Собравшись, Чжоу Цинъян вышел в коридор. Как раз в этот момент из номера напротив вышли несколько человек. Все они были крупными и широкоплечими, а у двоих на обнаженных руках виднелись жуткие татуировки. Чжоу Цинъян напрягся и сразу перешел в состояние боевой готовности. И дело было не в самих людях, а в том, что из приоткрытой двери их номера доносился отчетливый запах крови.
Этот запах был ему до боли знаком: в эпоху конца света подобные зловония преследовали повсюду. Он знал, что внутри наверняка есть убитые, и вчерашний шум доносился именно оттуда.
Чжоу Цинъян прошел мимо них, глядя прямо перед собой. Его красивое лицо оставалось бесстрастным, но чуть более быстрый, чем следовало, шаг выдавал внутреннее беспокойство.
Когда он почти дошел до поворота, скрывшись из виду этих людей, чей-то голос остановил его:
— Стой.
В этом голосе не было ни малейшей эмоциональной окраски, тон звучал даже как-то буднично, но от него у Чжоу Цинъяна волосы встали дыбом на затылке.
Это он! Гу И!
Имя, о котором Чжоу Цинъян не хотел вспоминать. Имя человека, с которым он поклялся больше никогда не встречаться.
Как он оказался здесь? В прошлой жизни он точно помнил, что Гу И приехал в поселок Цинлян только через месяц после начала апокалипсиса. Где он ошибся?
В душе Чжоу Цинъяна бушевал шторм, но ноги не замедлили ход — он продолжал идти прежним быстрым шагом. Стоит лишь свернуть за угол, стоит сделать так, чтобы он его не увидел, и ничего не случится. Между ними больше не будет никаких связей.
Чжоу Цинъян уверенно миновал поворот, не смея расслабиться, и продолжал следить за обстановкой позади себя с помощью ментальной энергии. В этот момент кто-то слегка похлопал его по плечу.
— Я к тебе обращаюсь, почему ты так быстро идешь?
Низкий голос прозвучал за спиной. Это был Гу И.
Какая скорость! Неужели он уже пробудил свои способности? Это в духе Гу И — всегда оставаться невероятно сильным и идти далеко впереди остальных.
Чжоу Цинъян не осмелился обернуться. Успокоив дыхание, он произнес:
— Что-то нужно?
— Нет, просто ты показался мне знакомым. Мы не встречались раньше?
Сердце Чжоу Цинъяна болезненно сжалось. Ты показался мне знакомым, мы не встречались раньше? В прошлой жизни, при их первой встрече, он сказал то же самое. Как такое возможно? Ведь он даже лица его толком не видел.
— Прошу прощения, вы ошиблись, мы не знакомы, — холодно ответил Чжоу Цинъян.
— О, правда? — с ноткой иронии отозвался голос позади.
В этот миг Чжоу Цинъян будто рухнул в ледяную прорубь, кровь в его жилах застыла. Эта встреча словно вернула его в прошлую жизнь.
Тогда он тоже произнес те же слова с той же насмешливой интонацией. И тогда он смотрел на него глубоким и сложным взглядом.
Именно с того момента он потерял свободу и оказался заперт рядом с ним.
Он говорил: Чжоу Цинъян, ты — мое спасение, я не могу без тебя.
В тот момент, слыша этот полный отчаяния и боли тон, Чжоу Цинъян на мгновение смягчился, решив, что перед ним просто несчастный человек.
Но прежде, чем он успел решить, как с ним общаться, последующие действия этого мужчины окончательно разрушили ту крошечную крупицу мягкости в его сердце!
На его левое запястье надели цепь толщиной в большой палец, а другой конец мужчина сжимал в своей руке.
Он сказал: Тебе не стоило убегать. Разве я был к тебе недостаточно добр? Я же говорил, ты — мое спасение, я не могу без тебя. Почему же ты пытался сбежать? Без тебя я не смогу жить.
В этот раз Чжоу Цинъян не смягчился. Глядя, как тот рыдает, бьется в истерике и сходит с ума, он оставался бесчувственным.
Имеет ли право на сочувствие тот, кто сам тебя заточил? Он не сумасшедший и не мазохист, таким людям вообще не место на этом свете.
Позже тот человек окончательно обезумел. Ну и что с того, что именно он довел его до этого? В конце концов, это был просто проклятый убийца.
Он пытался сбежать, но каждый раз его ловили и жестоко наказывали.
До тех пор, пока однажды он специально не затянул время, приманив могущественного зомби-быка. Чтобы спасти его, Гу И погиб вместе с тварью. Спустя год, год плена и мучений, он наконец смог убить этого человека.
Жизнь без него не стала легкой прогулкой. У него не было способностей, не было боевых навыков, зато было красивое лицо.
В эпоху конца света таким, как он, не выжить. Приходилось прятаться, жить словно загнанная крыса — в оцепенении и боли.
Чувство вины за убийство Гу И терзало его постоянно.
Эти терзания заставляли вспоминать многое из того, что он раньше игнорировал: на самом деле в самом начале тот мужчина был неплох. Да, временами проявлял властность, но уважал его, и даже пытался угодить.
Как бы ядовито ни высказывался Чжоу Цинъян, Гу И никогда не злился. Он всегда изо всех сил заботился о его комфорте, порой Чжоу Цинъян даже не чувствовал тягот апокалипсиса.
С какого момента всё изменилось?
Он довел человека до безумия, а тот погиб ради него. Такое чувство вины разъедало душу.
Он ненавидел его, хотел его смерти. Но когда тот так просто отдал жизнь ради него, Чжоу Цинъян не почувствовал радости. Он увидел уродство и предвзятость собственного сердца, осознал свою жестокость. Если вдуматься, он с самого начала смотрел на этого человека с предубеждением и никогда не хотел относиться к нему по-доброму.
Что, если бы он не был таким упрямым? Если бы не считал его плохим человеком и не загонял шаг за шагом в тупик, разрушив последнюю надежду отчаявшегося? Если бы Гу И не был так одержим идеей, что он его спасение? Если бы он не мучил его, не топтал его достоинство? Может, они могли бы жить так же гармонично, как обычные друзья?
От таких мыслей Чжоу Цинъяну хотелось выть от боли. И все же, несмотря на это, он продолжал ненавидеть его. Ведь это он первый начал его преследовать! Даже если он был неправ, никто не имел права так измываться над ним!
Ладно, он мучил его, а он довел его до безумия и погубил. Око за око, они в расчете, никто никому не должен.
Гу И смотрел на спину человека перед собой. Тот, казалось, завис в своих мыслях. Неужели он узнал его? Нет, этого не может быть.
Гу И сделал шаг вперед, оказавшись перед Чжоу Цинъяном. Тот действительно был в прострации. Он всегда был таким: внешне холодным и отстраненным, а на деле — часто погруженным в свои мысли. Гу И невольно усмехнулся уголком губ.
Чжоу Цинъян очнулся от движений Гу И. Он только что витал в облаках! Как давно он позволял себе такую оплошность на людях? Почему? Потому что знал, что он не причинит ему вреда? И верно, в прошлой жизни, даже сойдя с ума, он помнил о том, что нельзя ранить его, так что говорить о временах, когда его рассудок был в норме?
Глядя на улыбку Гу И, Чжоу Цинъян почувствовал огромную разницу с прошлой жизнью. При первой встрече тогда, хотя Гу И внешне казался психически здоровым, от него исходила тяжелая, мрачная аура, он был кровожадным и вспыльчивым, словно погруженным в тьму, безнадежным и подавленным.
А сейчас? Несмотря на ту же мрачность и жажду крови, он мог так солнечно улыбаться! В прошлой жизни это было практически невозможно.
Между этими событиями всего лишь месяц разницы. Что же произошло в тот месяц, когда они еще не встретились, раз человек так кардинально изменился?
Чжоу Цинъян подавил охватившую его панику и произнес:
— Господин, вы правда ошиблись. Я уверен, что мы видимся впервые.
— О, понял. Куда ты направляешься? В поселок Цинлян? Отлично, нам по пути. Давай поедем вместе. Сейчас снаружи опасно, тебе одному будет нелегко.
Сказав это, он схватил его за руку и потащил к лифту. По пути он махнул рукой остальным:
— Езжайте сами, скажите вашему боссу, что с тем делом пока придется повременить!
Не слушая крики позади, он решительно нажал кнопку лифта. Чжоу Цинъян вырвал свою руку из захвата Гу И, и между ними воцарилось молчание.
Чжоу Цинъян не знал, что сказать. В прошлой жизни именно Гу И стал его преследовать, не останавливаясь ни перед чем, пока не достигал своей цели. Чжоу Цинъян терпеть не мог таких хулиганов: его родители погибли в автокатастрофе именно из-за того, что такие люди затеяли драку на дороге.
В его глазах Гу И был самым настоящим бандитом. И хотя позже он перестал общаться со своими друзьями из преступного мира, исходящая от него аура крови и мрачный взгляд вызывали у него тошноту.
Разве мог он добровольно стать другом такому человеку? Если подумать, он тогда наговорил ему столько гадостей. Девятнадцатилетний парень, когда кто-то ему неприятен, не подбирает выражений. Удивительно, как вспыльчивый Гу И все это терпел!
По какой же причине потом он перестал сдерживаться? Чжоу Цинъян не мог вспомнить.
Сейчас он не хотел говорить. Он не знал, какую позицию выбрать, этот Гу И был ему незнаком, а лишние слова могли привести к новым ошибкам. Оставалось только молчать. Он чувствовал на себе взгляд Гу И, отчего все тело невольно напряглось.
— Ты не хочешь спросить, как меня зовут?
Наконец Гу И нарушил тишину.
— Как тебя зовут? — послушно спросил Чжоу Цинъян.
— Гу И. А тебя?
— Чжоу Цинъян.
Они снова погрузились в молчание, но, к счастью, лифт быстро приехал.
Гу И преградил ему путь, первым вышел из кабины и осмотрелся. Подземная парковка была пуста, машин почти не осталось, ни души.
Убедившись, что опасности нет, он позволил Чжоу Цинъяну выйти. Тот смотрел на его спину со сложным чувством: в прошлой жизни было так же. Как бы он ни мучил его, он никогда не позволял ему подвергать себя опасности, всегда держал под своей защитой.
Этот Гу И был хорошо знаком Чжоу Цинъяну, и это заставило его, только-только расслабившегося из-за различий с прошлым, снова напрячься.
Увидев, что Гу И направился к его военному внедорожнику, Чжоу Цинъян помедлил, гадая, что тот задумал. Заметив, что он собирается разбить стекло, он поспешно остановил его:
— Это моя машина.
Гу И замер и протянул к Чжоу Цинъяну руку, смысл этого жеста был понятен без слов.
Чжоу Цинъян нахмурился:
— Давай-ка поедем порознь, мы не настолько хорошо знакомы.
— Хорошая машина, — Гу И не сдвинулся с места, продолжая ждать ключи.
Чжоу Цинъян нехотя вздохнул. Можно было попытаться отказать, но он боялся разозлить его — он не ровня этому человеку, и в случае стычки ничего хорошего из этого не выйдет. Ладно, пусть будет по-его.
— Ты всегда так пользуешься чужими машинами? Берешь, когда вздумается? — язвительно бросил Чжоу Цинъян, отдавая ключи.
Гу И не ожидал таких слов. До этого он беспокоился, что Чжоу Цинъян плохо о нем думает, и не знал, как объясниться. Услышав тон парня, он понял, что тот вроде бы не злится, и расслабился.
— Обычно я так не делаю. Но сейчас снаружи такой хаос. Ты новости не смотрел? Везде эти монстры, которые едят людей.
Сказав это, они сели в машину, и Гу И завел мотор. Оказавшись снаружи, они оба замолчали, глядя на то, что творится вокруг.
По обе стороны дороги стояли брошенные машины с распахнутыми дверями, везде были кровавые следы, а из одной машины свисала половина трупа. Чжоу Цинъян еще никогда так ясно не осознавал: конец света действительно настал. Глядя на бродивших вокруг зомби с оторванными конечностями, он ощутил, как внутри все холодеет.
— Не смотри, закрой глаза и отдохни немного, — сказал Гу И, вдавливая педаль газа.
— Я не настолько хрупкий. Помню, впереди была заправка, давай заедем, заправимся.
Гу И посмотрел на него и удивился: на его красивом лице не было ни тени страха. Если он не ошибался, парню было всего девятнадцать лет, но он разительно отличался от того потерянного мальчика из его воспоминаний.
Отбросив удивление, Гу И не стал задавать лишних вопросов и поехал к заправке.
На заправке никого не было. Гу И сам вышел, чтобы залить полный бак. Обернувшись, он сказал Чжоу Цинъяну:
— Там есть магазинчик, схожу посмотрю, что осталось. Сиди в машине, не выходи.
Через некоторое время Гу И вернулся с большим пакетом, довольный собой:
— Внутри много всего полезного, давай перенесем это в машину. В ближайшие дни будет несладко, припасы лишними не будут. К тому же, сейчас уже никто не спросит.
Чжоу Цинъян возражать не стал — он как никто другой понимал, насколько важны ресурсы в эту эпоху. Хотя в его пространстве было достаточно еды на всю жизнь, для вида стоило поработать.
Они быстро перетаскали вещи, а найдя пустые канистры, наполнили их бензином и двинулись дальше.
Чжоу Цинъян с завистью поглядывал на остатки горючего, но вспомнил, что в прошлой жизни Гу И был абилити стихии ветра с невероятной чувствительностью, и не решился рисковать. Если тот обнаружит тайну его пространства, последствия будут плачевными.
К тому же у него самого в закромах было немало запасов, поэтому он лишь напоследок взглянул на заправку и успокоился.
http://bllate.org/book/33667/4138609
Готово:
