С тех пор как она вошла в Резиденцию маркиза, Государыня-хоу относилась к ней как к собственной дочери. Ради госпожи она непременно должна вернуть его в целости и сохранности.
— Пусть Цзинсун сегодня в полночь ждет нас у Холма Десяти Ли в городе, как только на рассвете откроются городские ворота, мы выедем из города.
Шэнь Ицзюнь достала письмо и передала его Цзинь Гуй:
— Сегодня вечером передай это письмо Тетушка Цюн. Если новость о том, что я покидаю город, просочится, пусть она отдаст это письмо моему отцу.
— Слушаюсь!
Цзинь Гуй спрятала письмо и удалилась.
Поздней ночью луна наполовину скрылась за темными тучами, придав притихшему Жунцзин еще больше мрачных красок.
Шэнь Ицзюнь облачилась в черные ночные одежды и вместе с Хайтан собралась покинуть поместье.
Через главные ворота выходить определенно не стоило, поэтому они собирались перелезть через стену у бамбукового садика в заднем дворе: по ночам там не дежурили слуги, а остальные обитатели поместья тем более не пошли бы туда среди ночи.
Хайтан первой взобралась на стену, но заметила, что Шэнь Ицзюнь стоит внизу и не спешит двигаться с места.
— Подожди меня здесь немного, я сейчас вернусь.
— Ой, барышня, вы это куда собрались? — Хайтан протянула руку, но Шэнь Ицзюнь уже ушла.Умоляю, госпожа, неужели нельзя взять эту служанку с собой? Если оставить её здесь одну среди ночи, она же боится темноты, ууу~
Шэнь Ицзюнь стояла под окном Дуаньму Нянь и, глядя на то, как та ворочается во сне и прижимает ногами тонкое одеяло, обнажив стройные ноги, слегка нахмурилась.
Разве она не знает, что у неё слабое здоровье? И всё равно спит с открытым окном. Хотя днём ещё стоит летняя жара, ночи нынче выдаются прохладные.
Шэнь Ицзюнь покачала головой, легким прыжком проникла в комнату и бережно укрыла Дуаньму Нянь одеялом.
Дуаньму Нянь сладко спала. Видимо, почувствов, что кто-то трогает её постель, она тихонько вздохнула и снова отпихнула одеяло ногой.
Шэнь Ицзюнь беспомощно вздохнула. Боясь разбудить девушку, она дождалась, пока её дыхание станет ровным, осторожно приподняла её ногу и снова накинула на спящую зажатое под ногами одеяло.
Ну и беспорядочно же она спит, — уголки губ Шэнь Ицзюнь тронула легкая улыбка, сопровождаемая тихим вздохом.На этот раз Дуаньму Нянь окончательно убедилась, что кто-то возится с ее одеялом. Полагая, что рядом находится Цзытэн, она недовольно забормотала: Цзытэн, у меня спина чешется, почеши-ка мне.
Шэнь Ицзюнь испугалась голоса Дуаньму Нянь, но, сообразив, что та зовет Цзытэн, мысленно с облегчением выдохнула. Глядя на то, как Дуаньму Нянь елозит спиной, она немного поколебалась, протянула руку и легко почесала ее сзади.
Ай, Цзытэн, не здесь, выше, у самой шеи.
Шэнь Ицзюнь поспешно перевела руку к шее Дуаньму Нянь и продолжила легонько почесывать.
Возможно, сила нажима оказалась не той, к которой та привыкла, но Дуаньму Нянь вдруг перевернулась и села.
Шэнь Ицзюнь никак не ожидала, что Дуаньму Нянь внезапно поднимется. Она не успела вовремя убрать руку и случайно зацепила тесемку нижнего белья, завязанную у Дуаньму Нянь на шее, так что та развязалась.
Цзытэн~ — Дуаньму Нянь приподняла веки, пытаясь разлепить глаза. Едва приоткрыв их щелочкой, она увидела стоящую перед ней Шэнь Ицзюнь, и ее глаза мгновенно округлились.
Жена... невестка?
Что она здесь делает и почему на ней одежда для ночных вылазок?
Дуаньму Нянь потерла глаза, убеждаясь, что перед ней и впрямь стоит Шэнь Ицзюнь.
Шэнь Ицзюнь не ожидала, что Дуаньму Нянь внезапно сядет, и ее наряд, чья тесемка и так уже ослабла, теперь обвис еще сильнее.
Кх-м, — Шэнь Ицзюнь невольно прокашлялась и смущенно отвернулась.
Я не могла уснуть и бродила вокруг, как раз увидела, что твое окно не закрыто, и испугалась, что ты простудишься, — произнесла Шэнь Ицзюнь, касаясь носа.
Дуаньму Нянь подозрительно посмотрела на Шэнь Ицзюнь: эта невестка явно говорила неправду, ведь никому не придет в голову среди ночи разгуливать по двору в ночном наряде.
Ох~ невестка так добра ко мне, — протянула Дуаньму Нянь, втягивая слюну из уголка рта.
Тогда спи дальше, а я тоже пойду к себе, — оставив эти слова, Шэнь Ицзюнь собралась уходить, но, обернувшись, вновь увидела распахнутый воротник Дуаньму Нянь и открывшийся ее взору большой участок кожи, отчего ее щеки запылали.К счастью, в комнате горел всего один светильник, а на улице не было луны, иначе Дуаньму Нянь непременно заметила бы её странности.
Проводив взглядом Шэнь Ицзюнь, которая перемахнула через окно и растворилась в ночной темноте, Дуаньму Нянь замерла в недоумении.
В таком наряде Шэнь Ицзюнь явно собиралась куда-то уходить, а выбираться из дома среди ночи ей наверняка велело какое-то крайне важное дело.
Пойти на свидание с любовником?
Судя по воспоминаниям прежней хозяйки тела, на свидание та вряд ли собиралась. Мгм, определенно нет.
В прошлой жизни Дуаньму Сючжу скончался столько лет назад, но Шэнь Ицзюнь так и не вышла замуж во второй раз. В этой же жизни Дуаньму Сючжу еще был жив, так что бегать к любовнику ей было тем более не с руки.
Дуаньму Сючжу?
Тьфу ты, она совсем забыла! Судя по воспоминаниям прежней хозяйки, Дуаньму Сючжу должен был умереть вскоре после праздника Середины Осени в этом самом году. Если подсчитать время, до его смерти оставалось совсем чуть-чуть.
Дуаньму Нянь шлёпнула себя по лбу и поспешно позвала прежнюю хозяйку тела:
— Девица, девица, проснись, прекращай спать! — в тревоге мысленно призвала она.
— Мгм, я здесь.
— Отвечай, твой старший брат случайно не при смерти?
— Да. Если считать по времени, пройдет чуть больше месяца, и мои папа с мамой получат весть о смерти старшего брата.
После недолгой молчаливой паузы голос в её голове зазвучал вновь — в нотках тревоги уже слышался слабый плач:
— Скорее, умоляю, ступай к моим папе с маме, пусть они спасут старшего брата!
— Прямо сейчас? Среди ночи-то?
— Да, прямо сейчас! Нельзя допустить, чтобы с моим старшим братом что-то случилось, умоляю тебя!
— Милая моя сестрица, а давай до завтрашнего утра подождем? Они же сейчас наверняка дрыхнут вовсю. Если я пойду к ним прямо сейчас, что я им скажу? Заявлю, что мне приснилась смерть твоего братца, или признаюсь, что переродилась из будущего?
— Ты же обещала помочь мне исполнить желание! Я хочу, чтобы все мои родные были в безопасности!
— Помоги мне, пожалуйста! Моя невестка в прошлой жизни и так натерпелась горя, нельзя допустить, чтобы в этой жизни она осталась одинокой до старости!
— Ладно уж, сейчас переоденусь и пойду, — вздохнув, Дуаньму Нянь поднялась с постели.
Пока она лежала неподвижно, ничего особенного не замечала, но стоило только встать, как у самого ворота одежды повеяло приятной прохладой. Опустив глаза, она едва не вытаращила от изумления.
Неужели всё это время она разговаривала с Шэнь Ицзюнь именно в таком виде?
Позор-то какой, какой позор! Пусть даже они обе женщины, но нельзя же вести себя настолько бесцеремонно! — мысленно взвыла Дуаньму Нянь.
Сама-то она не отличалась пуританскими взглядами, и наряд этот походил на современное платье с глубоким вырезом, но ведь на дворе была древность! Здесь впору даже шею прятать от посторонних глаз.
Шэнь Ицзюнь наверняка сочла её распутной девицей.
— Моя невестка — вовсе не какая-нибудь занудная старая конфуцианка, тебе не о чем беспокоиться, — раздался голос в её голове.
— Правда что ли? — бормоча, переспросила Дуаньму Нянь.
— Угу.
Ладно, будь что будет, сначала нужно спасти Дуаньму Сючжу.
Одевшись, Дуаньму Нянь разбудила крепко спавшую в прихожей Цзытэн и поспешно направилась во двор Государыни-хоу.
— Барышня, с какой стати мы посреди ночи вдруг нагрянули к матушке? — осведомилась Цзытэн, одной рукой удерживая фонарь, а другой поддерживая Дуаньму Нянь.
— Мне, знаешь ли, кошмар приснился, теперь страсть как хочется маминой ласки и утешения.
— А?
— Кошмар приснился, говорю. Ужасно хочу обнять свою матушку.
— Ох~ — на лице Цзытэн отразилось полное понимание. — Когда рабыня была маленькой и ей снились страшные сны, она тоже жутко хотела, чтобы матушка её обняла.
— Опять ты за своё со всякими рабынями.
— Я... я поняла.
Дуаньму Нянь одарила её взглядом из серии так-то лучше, и они зашагали дальше.
Добравшись до двора Шуйчэнь, принадлежавшего супруге маркиза Ли Цинвань, они обнаружили, что большая часть огней там уже погашена — лишь два фонаря под карнизом тихо раскачивались на лёгком ветерке.
Заметив, что Дуаньму Нянь пожаловала посреди ночи, сидевшая во внешней гостиной и боровшаяся со сном Фэнлин сперва решила, что задремала и видит сонные видения, но стоило Хайтан подать голос, как она тут же вскочила на ноги.
— Сестрица Фэнлин, а Маркиз хоу заходил сегодня вечером? — поинтересовалась Хайтан.
http://bllate.org/book/33650/4136344
Готово:
