Глава 1
Этот праздник Весны для Синь Юя выдался не самым приятным. Причиной тому стало внезапно проснувшееся у его родителей беспокойство из-за того, что у сына до сих пор нет пары.
Раньше его тоже подталкивали к поискам девушки, но в этом году напор стал особенно сильным.
С самого дня его приезда родители без умолку твердили одно и то же: тебе нужно поторопиться, такой-то в прошлом году уже женился, у такого-то уже дети родились, а кто-то уже второго планирует... Это раздражало до невозможности.
Поначалу он еще мог вежливо отнекиваться: Не стоит так спешить, невозможно найти кого-то по щелчку пальцев.
Его мать, Сюй Маньчжу, видела его насквозь: Ты всегда так говоришь, уже который год. Тебе ведь уже тридцать, а я так никого и не видела. Если у самого нет времени на поиски, значит, я сама найду того, кто тебе поможет.
Его отец, Синь Цзяньхун, тоже вставил свое слово: Тридцать лет — время, когда человек должен прочно стоять на ногах. Пора заводить семью, пора браться за дело.
Синь Юй вспомнил прочитанный на форуме Мэйхуань пост, суть которого сводилась к следующему: в Китае родители всегда надеются, что их дети не будут заводить отношений во время учебы, чтобы те не отвлекались от занятий, а как только дети начинают работать, они тут же хотят, чтобы те немедленно нашли подходящую пару и вступили в брак.
Когда Синь Юй учился, родители держали его в ежовых рукавицах. Впрочем, проблем с ранней влюбленностью у него не возникало. Зато его младший брат начал крутить романы еще в средней школе — видимо, старший сын был для родителей настолько надежным, что они потеряли бдительность, когда дело дошло до младшего. В итоге спокойствие, сэкономленное на старшем, с младшим пришлось не просто растратить, а уйти в глубокий минус.
Теперь же роли поменялись: родители были невероятно довольны младшим сыном, у которого уже была пара.
Колесо фортуны повернулось, и теперь пришла очередь Синь Юя заставлять их волноваться. Тебе уже тридцать, а ты не хочешь жениться, чего ты вообще добиваешься?!
Синь Юй ответил: Не жениться — это ведь не преступление, ни на чью жизнь я не влияю.
Эти слова разозлили Синь Цзяньхуна. Он резко помрачнел и прорычал: И на кого ты похож, не будучи женатым?! Когда я общаюсь с людьми и доходит до того, что ты до сих пор не женат, мне становится неловко. Тебе, может, и плевать на чужие слова, а нам с матерью — нет! Как нам смотреть людям в глаза?!
Синь Юй, изначально настроенный миролюбиво, почувствовал, как внутри закипает гнев. Если верить отцу, получается: неженатый статус позорит их, и он должен найти кого-то лишь ради того, чтобы сохранить их лицо?
Синь Цзяньхун не унимался: Человек должен нести ответственность, нельзя быть таким эгоистом!
Синь Юй некоторое время молчал, подавляя ярость — в гневе легко наговорить лишнего, о чем потом будешь только жалеть. Спустя долгое время он заговорил. Пламя в душе еще не погасло, поэтому голос его слегка дрожал: Прошу прощения, но если выбирать между вашим спокойствием и мной самим, я выберу себя.
Надеяться, что я женюсь ради вашего лица? Невозможно.
В комнате стало так тихо, что слышно было лишь дыхание и шум электроприборов.
Синь Юй, не глядя на родителей, вышел из дома.
Снаружи было довольно холодно. Зима на юге влажная: вроде бы температура еще не опустилась ниже нуля, но ледяная сырость пробирает до костей, проникая повсюду.
Простояв на улице недолго, Синь Юй почувствовал, что продрог до мозга костей, но зато в голове прояснилось.
И все же он не жалел о сказанных дерзостях.
Обозначить границы, не давать им ложных надежд — только так можно избежать манипуляций. Так будет лучше для всех.
Раньше он знал, что родители будут принуждать его к браку под знаменем любви — это хотя бы выглядело как бескорыстная забота и заставляло его чувствовать вину. Он не ожидал, что в ход пойдет еще и аргумент о репутации... Вероятно, он был слишком хладнокровен, потому что при этих словах первой его мыслью было: вы называете меня эгоистом, но разве вы сами не эгоисты, раз думаете только о своем лице, а не обо мне?
Раз уж все здесь эгоисты, то и мучиться чувством вины не стоит.
Брат? — когда вернулся Синь Цзинь и увидел Синь Юя, стоящего на улице, он удивился и подошел ближе. — Брат, почему ты стоишь здесь?
Синь Цзинь был родным младшим братом Синь Юя, на три года моложе. В детстве они, как и все обычные братья, дрались и ссорились, но, повзрослев, сохранили хорошие отношения.
Синь Юй вздохнул: Поругались с родителями, вышел проветриться.
Из-за чего? Все в порядке? — Синь Цзинь с самого утра был на встрече с одноклассниками.
Синь Юй горько усмехнулся: Из-за чего же еще? Заставляют поскорее жениться.
А, — Синь Цзинь неловко почесал нос. Родители уже много раз жаловались ему на то, что брат до сих пор одинок, и просили его повлиять на Синь Юя. Он всякий раз кивал: Хорошо-хорошо, я обязательно с ним поговорю, — но на самом деле никогда не пробовал. Разве можно переубедить брата? Только зря нарвешься на неприятности. Однако сейчас брат сам завел разговор, поэтому Синь Цзинь спросил: И что ты об этом думаешь?
Синь Юй все это время смотрел в небо, а теперь перевел взгляд на Синь Цзиня: У меня по-прежнему нет интереса к браку. К счастью, в семье есть ты, вся надежда на тебя, — он приобнял брата за плечо и похлопал по нему.
Синь Цзинь беспомощно вздохнул. Впрочем, у него действительно была девушка. Это не те детские отношения из школы, когда удавалось лишь подержаться за руки; начиная с университета, у него было три серьезных романа, и нынешняя девушка — третья.
Синь Юй улыбнулся: Скорее приводи ее домой, помоги мне отвлечь их внимание на себя.
Синь Цзинь проявлял к любви больше интереса, чем к браку: Посмотрим, пообщаемся еще в этом году.
Верно, можешь поговорить с отцом о своих жизненных планах, — предложил Синь Юй. — Например, где вы планируете жить после свадьбы, собираетесь ли покупать квартиру. Он точно поддержит идею с покупкой жилья, — добавил он про себя: чтобы подзадорить или, как говорят, мотивировать меня. — Так что, если твоя девушка не согласится выйти замуж без квартиры, тебе не о чем беспокоиться.
Я об этом и не беспокоюсь.
Оба брата работали в других городах, и даже если бы они женились, возвращение в родной Цаншуй было практически невозможным.
Цаншуй — маленький городок, где можно спокойно коротать дни, но построить карьеру там вряд ли получится.
Братья вместе вернулись в дом.
Синь Цзяньхун и Сюй Маньчжу, увидев их, никак не проявили своих чувств.
Синь Цзинь рассказал немного о встрече с одноклассниками, и это стало темой для разговора. Синь Юй время от времени вставлял пару слов. Атмосфера в доме стала вполне мирной.Новый год они встретили тихим семейным ужином вчетвером. А вот первый день нового года — это уже большой семейный сбор, когда братья и сестры Синь Цзяньхуна съезжаются вместе со своими семьями и шумят целый день. Место для встречи каждый год меняется по очереди, и в этот раз настала очередь младшего дяди Синь Юя.
Все собрались с самого утра. Позавтракав, взрослые садились за маджонг и карты, а дети утыкались в компьютеры и видеоигры.
Синь Юй ни во что не играл, но и уйти не мог, поэтому ему оставалось только смотреть телевизор или листать телефон в комнате, изредка бесцельно шатаясь по дому.
В какой-то момент, проходя мимо одной из дверей, он услышал, как дяди, тетки и кузены обсуждают детей друг друга. Зная, что разговор неизбежно коснется его самого, он поленился слушать и уже собрался уходить. Но не успел он отойти достаточно далеко, как услышал громогласный голос старшей тети:
— У Синь Юя появилась девушка?
— Откуда у него девушка, — голос Синь Цзяньхуна тоже был громким, с примесью густого недовольства. — Он вообще не заводит отношений! И от знакомств, что я ему предлагал, отказывается.
Синь Юй услышал, как его старший двоюродный брат произнес:
— Никогда не встречался? Странно это как-то. Такой парень, а потребности-то всё равно должны быть…
— …
Лицо Синь Юя почернело. Он остановился на полпути, решив послушать, до чего еще докатится их разговор.
В конце концов, полностью плевать на чужие сплетни человек не может.
Синь Цзяньхун выдал:
— Бывало, разозлюсь так, что аж выругаться хочется: мол, неужели у него там что-то не в порядке, раз он баб сторонится?
— Ха-ха… — раздался дружный смех из комнаты.
— …
А вот стоящему за дверью Синь Юю было совсем не смешно. Ни один мужчина не любит слышать, будто он неполноценен, даже если этому мужчине совершенно неинтересен брак.
Тем же вечером Синь Юй перебронировал билет на поезд. Изначально у него был билет на седьмой день нового года, но теперь он перенес отъезд на четвертый.
Услышав, что Синь Юй уезжает в Бэйчжоу уже на четвертый день, Синь Цзяньхун и Сюй Маньчжу за его спиной перешептывались, что сын наверняка бежит от их расспросов о женитьбе. Но в лицо ему ничего не сказали: в конце концов, они совсем недавно уже ругались, а если затеять ссору снова, этот упрямый сын на следующий Новый год вообще может перестать приезжать домой.
Утром четвертого дня Синь Юя на вокзал проводила Синь Цзинь.
В девять часов вечера Синь Юй вернулся в свое жилье в Бэйчжоу.
Кое-как перекусив, он принял душ, взял ноутбук и устроился на диване. Включив компьютер, он сначала заглянул на форум Мэйхуань, куда часто заходил, но народу там почти не было.
Уже собираясь закрыть вкладку форума, он заметил внизу страницы рекламный баннер какой-то пикантной игры с изображением соблазнительной героини. Синь Юй остановил курсор и присмотрелся.
Обычно его взгляд никогда не задерживался на подобной рекламе, но сегодня, вспомнив тот самый вопрос насчет «может или не может», он уставился на полуголую красотку с баннера, разглядывая ее и пытаясь прислушаться к своим ощущениям… Никаких ощущений.
Синь Юй вовсе не считал себя неполноценным, он просто думал, что у него легкая асексуальность… И не видел в этом ничего плохого. В жизни столько всего интересного, зачем же постоянно думать только об одном? Только зря тратить время и силы.
Впрочем, сегодня он решил эту трату себе позволить.Открыв облачное хранилище, он отыскал ресурсы, которые когда-то сохранил просто по привычке: некоторые пользователи на форуме Мэйхуань отличались завидным духом товарищества.
Невзначай ткнув в первое попавшееся видео, он увидел в самом начале красотку, ласкающую себя на диване. Посмотрев немного, Синь Юй потерял терпение, промотал вперед и заметил, как девушка балуется с небольшими секс-игрушками. Снова перемотал, и наконец началось настоящее дело. Синь Юй даже слегка возбудился и удовлетворил себя сам — оставшись собой очень доволен. Еще бы, все отлично, с чего бы ему быть не в форме?
Просмотрев еще парочку роликов, Синь Юй пришел к выводу, что в целом с ним все в порядке. Хотя он и находил это занятие несколько скучным, но если уж очень приспичит — вполне можно было и справиться.
Он открыл еще одно видео. На сей раз первым на экране появился мужчина. Синь Юй немного перемотал запись вперед и тут же увидел двоих мужчин... Черт побери, да как сюда затесались эти инородные элементы? Кто вообще выложил такие материалы, это же чистой воды халтура... Впрочем, закрывать видео он не стал, продолжил смотреть, и... к его великому изумлению, у него снова кое-что зашевелилось... Вот это уже было скверно. Похоже, проблема заключалась в чем-то куда более серьезном, чем вопрос работоспособности.
Глянув еще несколько роликов, Синь Юй закрыл ноутбук, отложил его в сторону и плавно растянулся на диване. Сложив руки на груди, он погрузился в глубокие раздумья.
Он прекрасно знал, что женщины его не особенно интересуют, но вот о том, что его могут привлекать мужчины, он даже не подозревал. Нет, впрочем, мужчины его тоже особо не привлекали. Во всяком случае, он никогда не помышлял о том, чтобы сделать что-то с каким-нибудь мужчиной. Да и вообще, к людям он испытывал весьма слабый интерес — разумеется, не питая при этом никакой тяги ни к прочим живым существам, ни к неодушевленным предметам. И уж точно он не собирался проводить эксперименты с какими-нибудь извращенными фильмами... Ни за что!
Из-за просмотра видео и размышлений о смысле жизни Синь Юй заснул только в пять утра.
В одиннадцать его разбудил звонок мобильного — тут он и вспомнил, что перед сном забыл перевести телефон в беззвучный режим. Глянув на экран и увидев имя Цяо Пиньи, он ответил и слабым, уставшим голосом спросил:
— Что случилось?
Цяо Пиньи на том конце провода вздохнул:
— Да дома сидеть тошно.
Синь Юй отозвался:
— Тошно — так вали погуляй со своими друзьями.
Он ведь тоже был другом Цяо Пиньи, пожалуй, даже самым лучшим другом, без всяких там исключений. Вот только тусовался с Цяо Пиньи он редко. Дело было в том, что Цяо Пиньи обожал всякие шумные места вроде баров. А Синь Юй — нет. Первые пару раз ему еще было внове, но стоило сходить туда несколько раз, как становилось смертельно скучно.
Цяо Пиньи тут же выдал:
— Да не с кем, все по домам Новый год встречают. Ты когда в Бэйчжоу возвращаешься?
— ...Я уже вернулся.
Синь Юй заранее прикинул, что Цяо Пиньи обязательно напросится к нему в гости.
И точно, Цяо Пиньи весело рассмеялся:
— Когда успел? Я к тебе заеду.
— Вчера вечером только приехал, я дома тоже маюсь, так что приехал пораньше, — сказал Синь Юй. — Приезжай, заодно вещи свои заберешь.
Каждый раз, возвращаясь из Цаншуй, он привозил Цяо Пиньи кое-какие местные деликатесы и сушеные продукты. Поскольку Цяо Пиньи тоже вырос в Цаншуй, он привык к тамошней еде.
http://bllate.org/book/33641/4135091
Готово:
