На следующее утро я чуть свет побежал обратно в свою комнату. Стоило мне отворить дверь, как резкий запах полыни чуть не придушил меня — разве ж тут уснешь?
Как раз вовремя я заметил Сяо Лянь, которая зажимала нос, и спросил, когда же она закончит со всей этой возней. Но Сяо Лянь заявила, что блохи — самые живучие из всех букашек, поэтому травить их нужно как минимум три дня подряд. К тому же полынь ядовита, и сразу после окуривания заходить в комнату нельзя, она должна проветриваться ещё три дня.
Какого чёрта! Выходит, мне придется делить ложе с Линь Можанем ещё целых пять дней?
Я тут же поинтересовался, нет ли у нас других комнат. В таком огромном Цюяньлоу просто не могло не быть свободных помещений.
Она ответила, что есть, и я тут же собрался переезжать.
— В дворике у мальчиков-фаворитов!
— А?! — Я сразу бросил сборы. Судя по её восторженному виду, она прямо-таки горела желанием отправить меня туда: — Молодой господин Мо, переезжайте, обязательно переезжайте, все будут безумно рады!!
— Э-э… Пожалуй… не надо… Линь Можань такой жадный, неужели ему трудно было построить побольше гостевых флигелей?
— Хи-хи-хи… — залилась веселым смехом Сяо Лянь. — Всё потому, что нашему главе павильона лень принимать гостей. Стоит какому-нибудь гостю явиться, как он норовит присосаться и не уходит: ест его еду…
Угу…
— Живет в его доме…
Ага…
— Тратит его серебро…
М-да… Почему это звучит так, будто… она говорит обо мне?
— Да еще и спит с его мальчиками-фаворитами и девками.
Фух… Вот с этим я точно не имею ничего общего! Значит, Сяо Лянь говорила не обо мне, хе-хе, кхе-кхе. Угу-угу, точно не обо мне…
— Поэтому хозяин и перенес гостевые комнаты прямо к фаворитам, а эту оставил единственной. Чего же вы, молодой господин Мо, вдруг надумали менять комнату? До сих пор не привыкли спать с хозяином? Или… — Сяо Лянь вдруг умолкла и посмотрела на меня. Ай! До чего же плутовская у нее улыбка, сердце так и ёкнуло от недоброго предчувствия. — Может, вчера молодой господин снова сбросил хозяина с кровати, и хозяин рассердился?
— Э-э… Хе-хе… Ничего подобного. — Почесав затылок, я сделал ноги. — Пойду-ка я к сестрице!Утро в Цюяньлоу всегда выдается тихим, ведь сестрицы еще спят. Иногда мне попадаются ранние гости, но теперь завсегдатаи уже знают, что я — второй управляющий Цюяньлоу. Ха-ха-ха! Я ведь и вправду второй управляющий Цюяньлоу.
Моя задача как второго управляющего — следить за настроением сестриц. Если им нерадостно, то и работа не в радость, а если работа не в радость, то как могут быть довольны гости?
Хм? Это двор, где живут мальчики-артисты.
Точно, надо бы сходить и поблагодарить Лань-эр за вчерашнюю куриную ножку.
Только вот… проснулся ли он? Прошлой ночью… он говорил, что будет сопровождать гостя…
Ладно, пойду проверю.
Я впервые зашел во двор к мальчикам, но по ощущениям здесь почти так же, как у сестриц.
Днем тут тоже очень тихо, к тому же цветы как раз распустились, источая густой аромат.
На самом деле мне очень нравится Цюяньлоу, потому что здесь красиво.
Хм? Впереди кто-то есть.
Я не спеша подошел ближе и разглядел фигуру Лань-эр.
Его волосы были распущены, на плечи накинут лишь тот самый халат с крупными фиолетовыми цветами, в котором он был вчера вечером. Босой, с распахнутыми полами халата, он стоял в легкой утренней дымке, словно хрупкая девушка.
Не знаю почему, но сердце защемило от жалости к нему.
— Лань-эр.
Он обернулся ко мне.
Я подбежал к нему, и он одарил меня улыбкой.
— Спасибо тебе огромное за вчерашнее, хе-хе.
— Молодой господин Мо…
Внезапно я заметил, что под распахнутым халатом на нем ничего нет, а белоснежная кожа покрыта странными красными пятнами. На шее, на груди, на животе, на бедрах… ниже… он, он, он действительно был совсем нагой!
Я застыл, указывая пальцем на его тело, и даже не знал, куда именно смотреть:
— Ла-ла-лань-эр, что с тобой случилось? Неужели тебя, как и меня, покусали блохи?
Лань-эр тут же залился краской от стыда, полный печали и чувства собственного ничтожества, он поспешно запахнул халат и отвел взгляд. Длинные волосы упали, скрывая его лицо, но открыли шею, и красные пятна на ней поразили меня, словно удар молнии!
Да я просто идиот! Еще и ляпнул про укусы блох! Какой же я несусветный болван! Это же засосы!Я снова почувствовала себя так, будто меня ударили дурианом.
Целыми днями все только и твердили о мальчиках по вызову да о мальчиках по вызову, но у меня не было об этом ни малейшего понятия. Даже зная, кем они приходятся на самом деле, но не видя всего своими глазами, я не испытывала особого трепета. В худшем случае думала: хорошие ведь парни, с какой стати они продают свои тела? А если углубиться — разве что сочувствие. Настоящие мужчины, если бы не нужда дошла до крайности, кто из них согласился бы торговать собой!
Но сегодня я увидела всё воочию, и мой мозг буквально взорвался.
Более того, я даже немного разозлилась на Линь Можаня. Если бы не этот сутенёр, откуда бы здесь взялись все эти мальчики!
— Мо молодой господин Мо... — Лань-эр всхлипнул. — Простите, недостойное тело Лань-эра оскорбило ваши глаза...
— Лань-эр! Я не разрешаю тебе так говорить! Этот мерзавец Линь Можань превратил вас в нечто среднее между мужчинами и женщинами, я пойду с ним разберусь!
— Нет, молодой господин Мо, — Лань-эр удержал меня за руку. — Глава павильона и так очень добр к нам. Если бы не глава павильона, мы, пожалуй, все уже были бы мертвы.
— Черт, он изувечил вас вот так, а ты еще и благодаришь его?
— Нет, именно глава павильона приютил нас... — Лань-эр даже улыбнулся. Судя по его виду, он действительно был искренне благодарен этому парню Линь Можаню. — Молодой господин, вы не понимаете. Если мы покинем главу павильона, то ничего не умеем делать и, скорее всего, просто умрем с голоду или же из-за нашей внешности нас снова начнут перепродавать. Уж лучше здесь, своим телом, отплатить главе павильона за спасение нашей жизни...
— ...Не понимаю. У вас есть руки и ноги, если выйти наружу, с голоду точно не пропадешь.
— Молодой господин, если бы вы встретили не главу павильона, то сейчас, боюсь, оказались бы в том же положении, что и Лань-эр, — внезапно произнес он.
Я остолбенело уставилась на него:
— Ты хочешь сказать... что я стала бы... таким же мальчиком по вызову, как ты?
Он с абсолютною уверенностью кивнул:
— С первого взгляда ясно, что молодой господин родом из мест, где не любят однополую любовь. Но здесь, в Стране Посо, однополые связи процветают. Высокопоставленные чиновники и аристократы только и делают, что соревнуются, чья мужская наложница красивее и прелестнее. Поэтому с такой внешностью, как у молодого господина Мо, вас наверняка бы похитили и сделали чьим-нибудь фаворитом.Не могу вымолвить ни слова! Я попал в какую-то странную страну, и в этой стране все мужчины любят заводить себе мужчин в качестве питомцев. Что это за страна извращенцев, чёрт бы её побрал!
Эй, это ещё кто тут с самого утра так орёт, людям спать мешает? — раздался неподалёку чей-то мужской голос, пьяный и тягучий, словно у какого-то женственного жеманника.
Я оглянулся и увидел мужчину. Он тоже стоял в дверном проходе с наполовину распахнутой одеждой, прислонившись плечом к косяку и с усмешкой разглядывая нас. Наряд на нём был необычайно красив — сшитый из ткани с крупными серебряными бабочками. К тому же волосы у него были золотистыми.
Заметив нас, он уставился на меня — почему-то мне показалось, что он смотрит исключительно на меня, причём взгляд у него был весьма странный.
Он прищурился и направился к нам. Этот тип совсем не походил на Лань-эр. Его черты лица выглядели куда мужественнее. Чёрт, да он ведь и вправду был мужчиной. Просто Лань-эр больше смахивал на девчонку.
К тому же он был невероятно высоким — выше меня на целую голову. Подойдя ко мне вплотную, он склонился и с лукавой улыбкой заглянул мне в лицо: — М-м-м, так вот ты какое, новенькое сокровище нашего главы павильона...
Он подался вперёд — этот гад что удумать вздумал?! Тьфу, да от этого парня разит так, будто он с головой в чан с пудрой провалился.
Глаза у этого ребёночка просто прелесть. Дай-ка я их слизну.
Чего?!
Погодите-ка!
Он взял и... взял и... взял! Лизнул меня прямо в глаз!
Я окаменел от ужаса. Ощущение было такое, будто меня с макушки до пят окатили слюной Годзиллы — отвратительно и до жути щекотно, да так, что я даже забыл врезать этому наглецу!
Инь Ди, ты что творишь?! — наконец Лань-эр оттолкнул его. — Мо Сяобай совсем не такой, как мы!
Мой юный господин внезапно оказался тем, кого ты хочешь защитить?
Мо Сяобай ничего не знает, он... он...Меня, этого молодого господина, лизнул какой-то мужик!
— Что это?
— Это твой папаша! — я взмахнул кулаком и врезал этому ублюдку по лицу, повалил его на землю, оседлал и принялся яростно молотить: — Сволочь, отца родного вздумал лизать!
— Мо молодой господин! Умоляю, остановитесь! — Лань-эр оттащила меня. Я поднялся, а ублюдок Инь Ди сплюнул кровь, сел и злобно уставился на меня, тут же замахнувшись кулаком:
— Чего?! Не согласен?! Не согласен — получи еще!
— Хм! — он сидел на земле и холодно усмехался. — Не радуйся раньше времени. Когда он тебя поимеет, ты станешь точь-в-точь как мы!
— Ты что несешь?! Какое еще поимеет, пасть свою поганую поживей прикрой, молодой господин тебе приказывает! Лань-эр, пусти! Дай я ему врежу!
Но Лань-эр вцепилась в меня мертвой хваткой и ни за что не отпускала.
— Ха-ха-ха… — Инь Ди, сумасшедший, продолжал хохотать безо всякого страха. — Да ты же глупец, ты ведь абсолютно ничего не знаешь!
— Чего?! А ну повтори, козел!
— Инь Ди! — вскричала Лань-эр.
Инь Ди поднялся на ноги и вытер кровь с уголка рта:
— Тьфу! Он пригрел тебя только потому, что позарился на твою физиономию! Дурак ты этакий, еще сам притащился к нему в постель. Кто знает, может, пока ты спал, он уже облапал тебя с ног до головы!
— Скотина! Не смей клеветать на братца Линь! — Этот парень просто напрашивался на тумаки. — Лань-эр, пусти меня!
Но Лань-эр и не думала отпускать, цепляясь изо всех сил:
— Инь Ди, хватит. Глава павильона не станет так поступать с молодым господином Мо.
— Не станет? — этот сопляк Инь Ди снова задрал голову и расхохотался. — Ха-ха-ха-ха, с чего бы это не станет? В свое время он меня… именно так! — он с такой ненавистью скривился и сжал кулаки: — Когда ты привыкнешь к его ласкам, будет уже слишком поздно. Он словно яд, от которого у тебя разовьется зависимость, ты не сможешь жить без его поцелуев, без его прикосновений… — он судорожно обхватил себя руками. Я понял: этот гад окончательно спятил. От его слов у меня по коже побежали мурашки.
— Инь Ди, значит, я вызываю у тебя такую сильную зависимость?
Внезапно раздался голос Линь Можаня.
В тот же миг Инь Ди преобразился — так преданно и взволнованно смотрит на хозяина верный пес. Он перевел взгляд за мою спину, а затем упорхнул туда, словно мотылек:
— Ран, ты пришел!
В ту же секунду у меня пропало всякое желание его бить — казалось, от ударов по этой физиономии только руки марать!
Лань-эр торопливо отпустила меня, повернулась и почтительно поклонилась:
— Лань-эр приветствует главу павильона.
Я обернулся и увидел, как Инь Ди бросился на Линь Можаня, а тот посмотрел на меня:
— Ты наконец набрался храбрости переступить порог этого двора?
— Да. Линь Можань, немедленно закрой этот гадюшник для мальчиков!
Линь Можань легко усмехнулся, и висевший у него на шее мотылек презрительно приподнял бровь, глядя на меня:
— С какой стати тебе указывать Рану?
Я даже смотреть на него не стал — от одного его вида глаза пачкать не хотелось.
— Замолчи! — оборвал его Линь Можань. Он с улыбкой смотрел на меня — всё тем же взглядом, каким смотрят на неразумного сопляка. — Когда ты хаживал во двор к девицам, ты никогда подобного не говорил. неужели ты страдаешь предрассудками и жалеешь только мальчишек из этого места?
— Тьфу! Кхм… Ладно, тогда закрой Цюяньлоу!
— Хм, закрою, а содержать меня ты будешь?
— ……
Линь Можань оттолкнул прильнувшего к нему мотылька и шагнул ко мне:
— Я знаю, ты считаешь мое дело грязным, недостойным чистых глаз юного господина Мо Сяобая…
— …. Вообще-то я не так думал.
— Но даже если я закрою его, найдутся другие хозяева, и этим детям, попади они в чужие руки, вряд ли придется сладко. — Он подошел вплотную и положил руку мне на плечо. — Сяо Бай, если тебе так противно это место, можешь больше никогда не покидать задний двор.
— Вечно сидеть взаперти на заднем дворе и носу не казать? — я скосил на него глаза снизу вверх и усмехнулся. — Ха, я мужчина, у меня руки и ноги на месте, с какой стати мне жить на твоем содержании и палец о палец не ударять? Кто я тогда буду? Твоя ручная зверушка, совсем как он? — я ткнул пальцем в сторону стоявшего за его спиной Инь Ди, а тот лишь криво усмехнулся в ответ.Линь Можань немедленно обернулся к Инь Ди: Что ты ему наговорил?
Инь Ди усмехнулся: Ничего особенного. Просто посоветовал слушаться тебя и перестать по своей глупости вечно наживать неприятности.
И правда только в этом?
Хотя я не видел лица Линь Можаня, я чувствовал исходящую от него жажду убийства, да и та бабочка явно занервничала. Фыркнув, я оттолкнул Линь Можаня: Разбирайтесь тут сами, а я пойду во двор к старшим сестрам.
Линь Можань схватил меня за руку: Сяо Бай.
Я вырвал свою руку: И еще, следи за своим питомцем. Пусть он лижет кого хочет, но только не меня! Хм! — я взмахнул рукавами и зашагал прочь. Нужно пойти как следует промыть глаза, до чего же мерзко.
Проведя целый день во дворе у сестер, отмывая глаза и избавляясь от остатков отвращения после того, как эта бабочка меня облизала, я наконец вернулся. Заглянул в свою комнату, но запах полыни оказался настолько невыносимым, что я направился прямиком в комнату Линь Можаня.
Увидев, что Линь Можаня нет, я поспешно нанес лекарство на все раны, кроме спины. А затем, закутавшись в одеяло, лег спать. Без Линь Можаня в комнате не было привычного аромата благовоний, и я, неожиданно для себя, долго не мог уснуть.
Когда я уже начал проваливаться в забытье, почувствовал, как кто-то трогает меня за спину. Я вздрогнул и проснулся, ощутив знакомый запах благовоний. А на моей спине кто-то как раз наносил лекарство.
Я вскочил с места — конечно, это был Линь Можань. Чувствовал я себя при этом крайне неловко.
— Линь Можань, ты можешь перестать вытворять подобные вещи, пока я сплю?!
Линь Можань, держа в руках снадобье, выглядел совершенно невинно: Если не нанести лекарство, раны начнут гноиться, ведь ты их расчесал.
— Да пусть гниют! Зато тогда люди перестанут смотреть на меня так, будто я какой-то куртизан, и не будут приставать со странными вещами. Кто знает, правда ли ты лечишь меня или вытворяешь что-то нехорошее? Вечно ты меня лапаешь без повода, иди потискай свою Инь Ди! Говорю тебе прямо: у меня нет к этому склонности! Сколько ни лапай, толку не будет!
Я уставился на него, и от него повеяло холодной яростью: Что именно тебе наговорил Инь Ди?
— Твою же… — я решил, что лучше выложить всё как есть. — Линь Можань, скажи честно, ты тогда спас меня только потому что… потому что! — Черт, ну почему в самый ответственный момент слова застревают в горле.
— Потому что что? — он начал давить, его глаза метали молнии.
— Потому что… потому что я… черт побери, эта Лан Худе сказала, что ты спас меня только потому, что тебе приглянулась моя внешность и я сойду за куртизана! Так оно и есть?!
Он замолчал, но его лицо стало пугающе темным: Это он тебе сказал?! — Жажда убийства, он был весь пропитан ею, а его голос, холодный, как лед, на мгновение поверг меня в ступор. С тех пор как я познакомился с этим парнем, я видел, как он злится, но никогда — настолько сильно. Это по-настоящему пугало.
— Хм! Мо Сяобай, я тоже скажу тебе начистоту: когда я тебя спас, было ли у тебя вообще лицо?!
— Ха?! — Что это еще значит? У меня что, лица нет?
— Твоя рожа была сплошь покрыта черной грязью, виднелись одни лишь глазницы. Ты правда считал, что с такой физиономией можешь кого-то соблазнить?!
— Бах! — Точно! Тогда ведь мое лицо было скрыто грязью.
Значит, Линь Можань спас меня искренне!
Вот черт, опять я поверил чужим словам и несправедливо обвинил его.
Проклятье! Какой же я идиот. Нет, не так — я просто был неосторожен и по глупости поверил этой Лан Худе.
— Сяо Бай, Инь Ди неравнодушен ко мне, — внезапно произнес Линь Можань. Я немного смутился, но его лицо наконец перестало выглядеть таким пугающим. — Эх… он завидует тебе, поэтому намеренно пытается разрушить нашу братскую дружбу. Сяо Бай, на самом деле я и сам считаю, что заниматься подобным делом — грязь, поэтому так старался оберегать твою чистоту. Я не хочу, чтобы в итоге ты стал таким же, как я…
На сердце стало тяжело.
http://bllate.org/book/33616/4131767
Готово:
