Однажды он случайно услышал, как официанты в отеле шептались:
— Эй, вы знаете что-нибудь про номер 1205? Тот красивый парень в костюме, говорят, он еще и известный врач... Так вот, его вторая половинка каждый раз приводит в номер кого-то другого, а после еще и заставляет его самого забирать их! Вы видели кого-то настолько безотказного и терпеливого? Брат из 1205-го и правда мастер выносливости!
Только тогда Чжоу Ванчуань узнал, что удостоился почетного прозвища брат из 1205-го.
Ему оставалось лишь горько усмехнуться.
Конечно, рогоносцем он не был. Шан Му вовсе не был человеком, способным на похождения на стороне, напротив, он отличался некоторой зажатостью и сдержанностью. Просто Шан Му очень любил практику. Перед каждым разом Шан Му заранее сообщал ему время, место и партнера по практике — пункт за пунктом, подробно и серьезно, словно отчитываясь перед начальством о проделанной работе.
Всё открыто и честно, абсолютно без утаек.
Лифт остановился на двенадцатом этаже. Чжоу Ванчуань вышел из кабины, ступил на мягкий шерстяной ковер и удивился собственной невозмутимости.
Он вспомнил, как впервые приехал в отель, чтобы забрать Шан Му, и какая буря гнева тогда бушевала в его душе.
Они с Шан Му были вместе уже полгода, когда ему позвонил знакомый и неуверенным тоном произнес:
— Старина Чжоу, я тут видел... твою пару. Он только что вошел в отель с каким-то мужчиной, прошло уже полчаса.
Тогда он с ледяным спокойствием приехал в отель, ударом ноги распахнул дверь номера. Люстра в коридоре со звоном качнулась и рухнула вниз, обломанный наличник из красного дерева с грохотом упал на пол.
Под ошеломленным взглядом Шан Му он с бесстрастным лицом подошел к незнакомцу, схватил его за воротник и со всего маху врезал кулаком в скулу, выбив изо рта кровь.
Придя в себя от шока, мужчина взревел:
— Ты кто такой?! Совсем психованный?!
Опомнившись, Шан Му подбежал и обнял его со спины:
— Хватит бить! Ты все не так понял!
Чжоу Ванчуань пропустил это мимо ушей и уже занес кулак для нового удара, но Шан Му перехватил его за запястье:
— Отпусти его сначала, я всё тебе объясню с самого начала.
Его голос звучал холодно и ровно, а затем чуть смягчился:
— Братец Чжоу.
Попробовав некоторое время противостоять друг другу взглядами, Чжоу Ванчуань разжал руку.
Незнакомец, похоже, уже сообразил, в чем дело, и бросился бежать, на ходу выкрикивая:
— С таким бойцом дома сидел бы, какого черта тебя на сторону тянет огребать!
В тот день Чжоу Ванчуань сидел на краю отельной кровати и слушал, как Шан Му рассказывает ему о совершенно невероятных вещах, соприкоснувшись с тем, о чем он раньше даже не мог помыслить.
В этом мире существовала группа людей, которые находили радость в боли. Боль была для них сигаретами, вином, неизлечимой зависимостью. Среди них одни предпочитали причинять боль, а другие — принимать ее. Поэтому обитатели этого круга делились на причиняющих и принимающих.
У них были свои тематические сообщества, форумы и чаты, где они делились опытом и ощущениями: причиняющие искали принимающих, принимающие — причиняющих, чтобы договориться о практике.
Шан Му рассказал ему, что сегодняшняя послеобеденная встреча была всего лишь заурядной, ничем не примечательной практикой.
Чжоу Ванчуань пролистывал форумы и чаты, которые Шан Му нашел для него, а участники как раз вели жаркую дискуссию об опыте самоистязания.
Три капсулы васаби, жжение и дискомфорт в желудке, многократная рвота, боль утихла через два часа. Подходит для новичков.
Братцы, есть что-нибудь пожестче? Капсулы с васаби и перцем уже пробовал, не нравится это жжение внутри, хочу чистой, простой боли!— Тогда давай попробуем с капсулами, но у этого есть побочные эффекты. Изредка можно, но не злоупотребляй.
— Хочешь боли — так найди кого-нибудь для практики! Я тут абсолютный новичок. Смотрю, твой IP прямо рядом с моим, давай в лс?
……
……
Чжоу Ванчуань молча посмотрел на это какое-то время, а затем перевёл взгляд на прикроватную тумбочку: горчица, пустые капсулы, кубики льда, тонкие перчатки.
— Нет... — Чжоу Ванчуань потёр лицо и глубоко вздохнул. — Ты только что сказал, что приходил сегодня днём лишь ради практики. А что такое внешнее истязание и внутреннее?
Шан Му уже полностью расслабился. Опершись на изголовье кровати, он небрежно произнёс:
— Внутреннее истязание — это лекарственное, внутренняя боль. А внешнее — это когда бьют напрямую: кулаками или наступают ногами.
Чжоу Ванчуань оцепенело смотрел на него:
— То есть ты нашёл того мужчину только для того, чтобы он бил тебя в живот, потому что тебе нравится ощущение боли?
Будучи врачом-гастроэнтерологом, он ежедневно вёл приём бесчисленных пациентов с болезнями желудка и кишечника. Ради избавления от недугов те неукоснительно следовали предписаниям врача, принимали лекарства и приходили на повторные осмотры, стремясь унять боль. Но в интернете находились люди, которые сами активно искали боль.
Шан Му неторопливо улыбнулся, и в его глазах от предвкушения вспыхнул огонёк. Подаввшись вперёд, он с лёгким оттенком каприза в голосе спросил:
— Ну а теперь, когда ты знаешь, ты станешь меня бить?
Чжоу Ванчуань вспомнил другое: вопрос, который Шан Му задал ему в день выпуска из университета, оказывается, имел именно этот смысл.
Но он не понимал: раз Шан Му начал с ним встречаться исключительно в надежде, что тот станет его бить, то почему, когда Чжоу Ванчуань чётко заявил, что драться не умеет и не будет, Шан Му всё равно продолжил с ним встречаться?
Чжоу Ванчуань остановился у двери номера 1205. Он ещё даже не успел постучать, как дверь отворилась сама.
Оттуда вышел какой-то мужчина и, увидев его, улыбнулся:
— А, доктор Чжоу пришёл. Мы только что закончили, сегодня всё прошло отлично.
Чжоу Ванчуань криво усмехнулся.
Он толкнул дверь и вошёл, беззвучно зачинив её за собой.
Шан Му полулежал на постели, прислонившись к изголовью. У его тонкой белоснежной рубашки были расстёгнуты две верхние пуговицы, обнажая изящные, бледные ключицы. Насладившись покоем после бурных эмоций, он выглядел слегка утомлённым, окутанным лёгкой негой. Между его длинных пальцев тлела тонкая мятная сигарета.
Возможно, боль от недавнего была слишком сильной, но лицо его казалось белым как бумага, а пальцы, державленные сигарету, слегка подрагивали. Услышав звук, он поднял взгляд и медленно выдохнул колечко дыма, успев остановить любые слова всего четырьмя слогами ещё до того, как Чжоу Ванчуань успел заговорить:
— Чжоу-гэ, мне больно.
Осенняя коллекция одежды марки Flowering шла под темой Усталость.
Чжоу Ванчуань видел обложки журналов и огромные рекламные щиты в торговых центрах. На этих плакатах Шан Му был одет в белую рубашку и светло-коричневый джемпер, а его взгляд был устремлён вверх, к ярко освещённым местам. Ночной уличный фонарь не мог осветить его лицо полностью, поэтому оно оставалось полусветлым, полутеневым, а все чувства были скрыты. Черты его лица казались отстранёнными и благородными, и посреди толпы спешащих людей и непрерывного потока машин от всей его фигуры веяло одинокой тоской путника.
Шан Му был дизайнером и главным лицом бренда Flowering. Он слишком хорошо понимал, как нужно демонстрировать одежду и собственную фигуру: облачённый в вещи собственного дизайна для осенней коллекции, он запечатлел саму суть осени всего в нескольких кадрах, стоило им лишь мелькнуть перед объективом.
http://bllate.org/book/33614/4131569
Готово:
