Он думал, что они — пара давным-давно разлюбивших друг друга мучителей, поэтому Цзянь Хуайи и сошлся с тем гонщиком, поэтому он и не сказал Сяо Юаньчжоу, что Цзянь Хуайи — его парень.
Но Цзянь Хуайи при этом помнил множество деталий из его жизни.
Неужели это он сам изменил своим чувствам?
Лян Сюнь внезапно помрачнел. Он поднял взгляд и бросил косой взор на стоявшего у двери юношу. Тот замер на месте и никак не решался войти, словно в этой комнате таились ужасные чудовища.
Тут же вспомнилось, как прошлой ночью тот лежал рядом с ним.
Юноша тогда выпалил: Ты что, собираешься спать здесь? — и голос его звучал крайне испуганно.
Похоже, они уже очень давно не спали вместе.
— Цзянь Хуайи, — Лян Сюнь крепко сжал губы и бросил юноше: — Подойди.
Цзянь Хуайи и сам понимал, что торчать у двери неуместно, но стоило ему взглянуть на тот диван, как в памяти всплывало, как той ночью он налетел на Лян Сюня и силой уселся тому на поясницу.
Цзянь Хуайи сжал ладони, прикрывая ими лицо, и неторопливо дошел до дивана, опустившись на него с окоченевшим телом.
— Ты… не вспомнил часом чего-нибудь?
— Нет.
Цзянь Хуайи необъяснимо с облегчением выдохнул.
В следующий же миг лежавшую на боку кисть накрыла теплая и широкая ладонь.
Цзянь Хуайи: ?
Бросив боковой взгляд в сторону, Цзянь Хуайи от испуга тут же отдернул руку, вытаращив глаза и недоверчиво уставившись на Лян Сюня.
Чт-что он делает?
Его догадка подтвердилась, и Лян Сюнь опустил взгляд, убирая такую же онемевшую ладонь.
— Я тебе неприятен. — Лян Сюнь снова уставился на Цзянь Хуайи, его черные глаза таили в себе непонятную эмоцию.
Цзянь Хуайи испугался, его взгляд забегал туда-сюда:
— Нет.
Еще бы, когда какой-то натурал вдруг начинает распускать руки, это же жутко!
Хотя Цзянь Хуайи и согласился примерить роль парня Лян Сюня, это не значит, что он подписывался на драму о том, как гетеросексуалов обращают в гомосексуалов.
Пользоваться чужим бедствием, да к тому же бедствием своего лучшего друга столько лет — разве он, Цзянь Хуайи, после этого человек?
К тому же Лян Сюнь сам по себе был натуралом с психологической травмой на почве гомосексуализма.
Когда к нему вернется память, как же его должно тошнить от этого эпизода!
Нужно на корню пресекать любые физические нежности, независимо от того, исходит ли инициатива от Лян Сюня или от него самого.
— Малыш, ты меня только что напугал, — с улыбкой пояснил Цзянь Хуайи, хлопая Лян Сюня по плечу поверх одежды.
В словах не было особого риска, в конце концов, друзья порой называют друг друга малышами. В университете Цзянь Хуайи даже слышал, как двое других соседей по комнате звали друг друга муженьками, но это было не более чем шуткой.
Лян Сюнь подозрительно прищурился, но вслух произнес:
— Угу.
Стоило Цзянь Хуайи только выдохнуть с облегчением, как рука мужчины внезапно легла по обе стороны от него, грудные мышцы подались вперед, приняв крайне доминантную позу, почти полностью накрывая его собой.
Внутри Цзянь Хуайи зазвенели тревожные звоночки, и он вдруг заподозрил, что Лян Сюню сегодня дали не те лекарства: ведь еще вчера тот был с ним едва знаком, так с-сегодня-то как он доэволюционировал до такого?
Лян Сюнь ясно видел испуганное выражение на его лице; он подобрал подушку сзади и подложил Цзянь Хуайи под спину, и они то наступали, то отступали друг от друга, словно перетягивая канат.
Отступать Цзянь Хуайи было уже некуда — он уперся спиной в мягкую подушку.
Инстинктивно взглянув назад, а затем повернувшись обратно, он обнаружил, что Лян Сюнь уже отступил в безопасную зону.
……
Ночью в кабинете все еще горел свет.
Лян Сюнь сидел за письменным столом и смотрел в экран компьютера, тонкие губы были слегка сжаты, а лицо тонуло в полумраке.
Как исправить ситуацию, если подозреваешь, что подвергал парня холодному насилию?
Глава 11
— Директор Лян, вы действительно потеряли память?
Лян Сюнь нетерпеливо нахмурился:
— Помощник Цинь, вы спрашиваете уже в третий раз.
Помощник Цинь на секунду замер на руле, уголки его губ тут же изогнулись в улыбке со стандартной амплитудой, и он с невероятной легкостью сменил тему:
— Директор Лян, все контракты на проекты внутри страны подписаны и запущены, осталось только взглянуть на одно сотрудничество с корпорацией Цзянь.
— Цзянь?
За стеклами очков помощника Цинь мелькнула умная искра:
— Да, это как раз компания семьи вашего друга молодого господина Цзяня.
— Директор Лян, контракт. — Помощник Цинь протянул Лян Сюню бумаги.
Лян Сюнь перевернул страницы кончиками пальцев, бегло просмотрел текст, и его лицо слегка помрачнело.
Если ум не вылечить, то такое огромное состояние директора Ляна может присвоить себе кто-то вроде меня.
Так вот почему Цзянь Хуайи сказал это не просто так.
Все пункты, черным по белому прописанные в контракте, недвусмысленно говорили ему, что этот проект он преподнес клану Цзянь в подарок.
У Ляна Сюня появились нехорошие мысли.
Помощник Цинь смотрел сквозь пальцы на собственные мысли, казалось, давно к этому привыкший:
— Директор Лян, вы часто совершали подобные невероятно самоотверженные поступки по отношению к молодому господину Цзяню.
Подразумевалось: не стоит слишком удивляться, это всего лишь рутина.
Лян Сюнь: ……
— Слишком много болтаете.
Под руководством помощника Циня Лян Сюнь съездил в свою отечественную компанию и осмотрелся. Однако, поскольку фирма была основана совсем недавно, никаких воспоминаний о прошлом это не пробудило.
……
За пять минут до окончания рабочего дня Цзянь Хуайи закрыл компьютер и принялся отсчитывать время до ухода.
Как только стрелки часов сошлись на отметке, Цзянь Хуайи поднялся, но в следующую секунду его окликнули:
— Молодой господин Цзянь, генеральный просит вас зайти в кабинет.
Цзянь Хуайи замер и вежливо ответил:
— Хорошо.
Кошмар, ну надо же было приспичить искать его именно в конце рабочего дня, ни раньше ни позже.
Цзянь Хуайи поднялся на лифте против потока людей.
Стоило ему закончить университет, как Старейшина Цзянь закинул его работать в этот филиал.
И ладно бы просто работать: он-то думал, отец назначит его каким-нибудь менеджером или вице-президентом, но Старейшина Цзянь, как всегда, проявил бесчеловечность.
Подумать только, чтобы наследник знатного рода работал в компании рядовым клерком — в духе их великого клана Цзянь, действительно необычно.
Цзянь Хуайи отбросил лишние мысли, согнул пальцы и постучал в дверь, из кабинета послышалось:
— Войдите.
Сунув руки в карманы, Цзянь Хуайи подошел к сидевшему на черном кожаном диване человеку и произвел:
— Вы меня звали?
— Малыш Цзянь, — мужчина прокашлялся, собираясь затянуть привычную песню.
— Проваливай.
— Хуайи, разве можно так разговаривать со старшим братом? — Старший Цзянь с видом оскорбленного прижал руку к сердцу.
Цзянь Хуайи равнодушно улыбнулся:
— Есть дело — докладывай, нет дела — свободен.
В клане Цзянь было три сына: старший — улыбчивый тигр, мастерски разыгрывающий драмы на пустом месте; средний — ледяной лотос, к которому не подступись; младший же — словно пациент с синдромом Дауна, пребывающий в вечном пубертате, которому только диагноза не хватает.
— Какое дело, мне пора домой. — Цзянь Хуайи остался непреклонен.
Старший Цзянь налил из кулера стакан горячей воды, подул на нее и протянул Цзянь Хуайи:
— Братишка, ты так устал за рабочий день.
Цзянь Хуайи держал руки в карманах, опустив взгляд на кипяток. От воды поднимался пар, застилая дымкой щеки.
Странная любезность всегда кроет за собой злой умысел.
— Старший Цзянь, давай ближе к делу.
— Ой, — жеманно хихикнул Старший Цзянь, обнимая брата за талию и мягко усовещевая: — Братишка, этот месяц выдался тяжелым. Твою зарплату только что перевели, и брат дает тебе недельку отпуска за свой счет, поезжай, развеешься на пару дней.
Цзянь Хуайи приподнял веки, и Старший Цзянь тут же обрадовался: клюнуло.
Ухмыляясь, Старший Цзянь явил свое истинное лицо:
— Короче говоря, послезавтра у брата свидание вслепую, братишка, выручишь меня, сходишь вместо меня?
Цзянь Хуайи нахмурился:
— Свидание вслепую?
Старший Цзянь поспешно повысил голос:
— И с чего это Старейшина Цзянь в таком преклонном возрасте вдруг вздумал заделаться свахой? Совсем от безделья маяется!
— В этом я тебе не помощник. — Цзянь Хуайи сбросил с плеча чужую лапу.
Лицо Старшего Цзяня тут же перекосило от ужаса:
— Братишка, ты не можешь бросить меня в беде! Сам же знаешь, твоя невестка и так мне не доверяет, если она узнает, что я хожу по свиданиям с другими… — Старший Цзянь наигранно закрыл лицо руками. — В общем, братишка, судьба моего брака с твоей невесткой в твоих руках.
Цзянь Хуайи: ……
Какую же огромную ношу на него пытались взвалить.
В конце концов Цзянь Хуайи все же согласился пойти на свидание вместо Старшего Цзяня — и причина была проста: неделя отпуска слишком сильно его манила.
Вернувшись домой и обнаружив, что вилла пуста, Цзянь Хуайи решил, что Лян Сюнь уехал в офис, и не стал ему докучать.
http://bllate.org/book/33607/4130630
Готово:
