Больше нет?
Взгляд Чу Вея помрачнел.
Сюэ Фу утверждал: Без меня твоя мать давно бы сдохла. Но даже с теми деньгами, что он занял у Сюэ Фу, мать прежнего владельца тела всё равно скончалась.
Видя, что Чу Вэй молчит, Ху Доудоу решил, что тот погружен в скорбь по утрате близкого человека, и попытался утешить: Чу Вэй, мертвых не вернуть, держись.
Я знаю, — голос Чу Вея прозвучал глухо.
Всё произошедшее вырисовывалось предельно ясно: мать прежнего владельца тяжело болела, тот брался за любую подработку и даже занял у Сюэ Фу пятьдесят тысяч юаней, но спасти маму не удалось.
Тогда почему, оставшись непреклонным в своих принципах во время тяжелой болезни матери, после её смерти он вдруг согласился пойти и снять яд с Чжун Мина?
Пока он размышлял над этим, Ху Доудоу принял вызов.
Чу Вэй услышал, как собеседник на том конце провода назвал стоящего перед ним парня Доудоу.
Завершив разговор, Ху Доудоу тут же сказал: Мой агент говорит, что нашел для меня крошечную роль. Поедешь со мной на съемочную площадку на пробное прослушивание или вернешься в общежитие?
Доудоу, скажи, ты ведь мой настоящий друг? — неожиданно понизив голос, спросил Чу Вэй.
Ху Доудоу рассмеялся: Конечно. Во всей компании только у нас с тобой самые близкие отношения.
Чу Вэй сжал кулаки, и в его голосе зазвучало горе: Я должен тебе кое в чем признаться, но ты никому не смеешь об этом рассказывать.
Ху Доудоу никогда прежде не видел друга в таком состоянии и, решив, что стряслась какая-то беда, даже напрягся: Говори.
Я потерял память, — произнес Чу Вэй.
Ху Доудоу: […]
Чу Вэй продолжил: Проснувшись сегодня утром, я понятия не имел, кто я такой. Я даже не помню о смерти собственной матери, но я верю своей интуиции и верю, что ты — мой лучший брат, на которого можно положиться.
Честно говоря, Ху Доудоу не поверил, но то, как держался Чу Вэй, заставляло верить против воли.
В конце концов он поверил.
Чу Вэй поехал с ним на прослушивание, и по дороге Ху Доудоу выложил всё, что знал.
Прежнему владельцу тела было двадцать лет, он рос в неполной семье в деревенской глуши, а после окончания школы сразу отправился на заработки, потому что в том году его мать тяжело заболела. Её потребовалось перевезти на лечение в крупный город, а на это требовалась огромная сумма денег на лекарства.
Пытаясь заработать, парень попался на удочку Сюэ Фу, который полуправдой, полуобманом заманил его в Шугуан. Однако Сюэ Фу оказался мерзавцем, думавшим лишь о том, как заставить подконтрольных артистов торговать телом ради ресурсов. Прежний владелец тела скорее предпочел бы умереть, чем подчиниться, из-за чего Сюэ Фу невзлюбил его. К тому же из-за подписанного с компанией контракта он не мог найти нормальную стабильную работу и был вынужден перебиваться официантом или мойщиком машин, чтобы добыть деньги на лечение матери.
Но средств всё равно не хватало. В этом году, не имея другого выхода, парень попросил в долг у Сюэ Фу. Тот одолжил, но под грабительские проценты: изначально было взято всего двадцать тысяч, а теперь долг разросся до пятидесяти тысяч.
Узнав, что сын влез в ростовщическую кабалу, мать прежнего владельца решила, что стала непосильной ношей для ребенка, и покончила с собой, хотя её болезнь поддавалась лечению.
Мать прежнего владельца умерла три дня назад. Именно с тех пор парень почти не отвечал на сообщения, и от всего его существа веяло безысходностью человека, которому больше незачем жить.
Поскольку за два года контракта с компанией он не сыграл почти ни в одной роли, круг общения у него был предельно простым, сводясь по сути к одному лишь Ху Доудоу. Подружились они потому, что жили в одной комнате, к тому же Ху Доудоу отличался общительностью.
Ху Доудоу было двадцать два года, он тоже происходил из бедной деревенской семьи. Денег у родных не водилось, зато царили гармоничные отношения, и помимо себя самого Ху Доудоу никого не содержал, а потому оставался жизнерадостным и оптимистичным.
Потеря памяти — не беда, твой друг прикроет, — попытался подбодрить его Ху Доудоу. — На самом деле даже хорошо, что забыл всё, хоть терзаться перестанет.
Разобравшись в ситуации, Чу Вэй кивнул и спросил: Как пользоваться телефоном?
Ху Доудоу остолбенел: Ты даже телефон в руках держать разучился? А сколько будет два плюс два, помнишь?
Чу Вэй: […]
Обладая высокими способностями к постижению, Чу Вэй быстро освоил сотовый телефон и официально погрузился в жизнь прежнего владельца тела.
Прежний владелец уже вернул все долги, кроме долга Сюэ Фу, и уволился со всех подработок, оставив на балансе ровно тринадцать копеек.
Общежитие компании стоило недорого, но за него всё равно приходилось платить помесячно, да и столовая работала не бесплатно.
Величественный император великой династии докатился до того, что без новых займов ему грозила голодная смерть.
Шел седьмой день с момента долга Ху Доудоу, и сегодня они вместе участвовали в массовке крупнобюджетного проекта, играя два бездыханных трупа.
После окончания сцены Ху Доудоу похлопал его по плечу: Большой босс приехал.
Проследив за взглядом приятеля, Чу Вэй увидел Чжун Мина.
Чжун Мин был одет в строгий костюм, на его лице застыло суровое выражение, а шаги были неторопливыми и уверенными, источая природную властность.
Большой босс такой красавчик! — восхищенно шепнул Ху Доудоу ему на ухо.
Тот и впрямь выглядел превосходно: складная фигура, безупречные черты лица, вот только холод от него исходил излишний.
Чу Вэй отвел взгляд, отряхнул с одежды прилипшую пыль и направился к зоне отдыха.
Ху Доудоу поспешил за ним и загадочным тоном произнес: А знаешь, к кому приехал большой босс?
Чу Вэй равнодушно отозвался: К кому?
К самому императору киноэкрана Лу Аньчэну, — выпалил Ху Доудоу.
С чего ты взял? — Чу Вэй и впрямь заинтересовался.
Да все вокруг только об этом и говорят, — затараторить Ху Доудоу. — Наша компания сейчас запускает в производство «Сказание об императоре Сяокане», знаешь об этом? Большой босс когда-то обмолвился, что Император Сяокан — его главный кумир, поэтому к этой картине он относится с особым трепетом и сам отбирает актеров.
А кто лучше всего подходит на роль Императора Сяокана? Разумеется, Лу Аньчэн, вот большой босс и заявился за ним.
Император Сяокан?
Чу Вэй привычным движением достал телефон и вбил в поисковик запрос: [Император Сяокан].
Чу Чуюнь: Император Сяокан (годы жизни 10-36) — он же Чу Чуюнь, второй император династии Чу. Правил с 16 по 36 годы…
Разве не он сам?
Оказывается, Император Сяокан — это храмовое имя, пожалованное ему потомками.
Его звали Чу Вэй, второе имя — Чуюнь. Личное имя затерялось в реке истории, и в летописях сохранилось лишь его второе имя.
Выходит, Чжун Мин восхищается им?
Чу Вэй перевел взгляд в сторону Чжун Мина. Ху Доудоу оказался прав: Чжун Мин действительно пришел ради Лу Аньчэна.
Лу Аньчэн, будучи признанным топ-актером с сильной актерской школой, обладал первоклассной внешностью и статью. Они сидели рядом с Чжун Мином, почти соприкасаясь головами.
Суровое выражение на лице Чжун Мина смягчилось, и он смотрел на Лу Аньчэна с предельной сосредоточенностью.
Где-то неподалеку восторженно визжали девушки: Какая пара! Ну просто идеальная пара!
Какая еще пара, они что, замки́ к дверям подбирают?
Большой босс и правда такой серьезный, наверное, и условия в съемочной группе будут отличными, — рассуждал Ху Доудоу. — Завтра «Сказание об императоре Сяокане» начинает открытые прослушивания, давай тоже попробуем? Получится — отлично, нет — ничего не потеряем.
Чу Вэй кивнул и поинтересовался: На роль Императора Сяокана тоже объявлен открытый кастинг?
Да с чего бы? Разве роль уже не зарезервировали за Лу Аньчэном? Даже если бы не зарезервировали, с Лу Аньчэном никто тягаться не сможет.
Для самого Императора Сяокана подобные речи прозвучали оскорбительно: Да он совсем не похож на Императора Сяокана.
Чем это не похож?
Слишком низкий, а во взгляде слишком много легкомыслия.
Брат, я понимаю, завидно, но ты так не переживай… — начал Ху Доудоу.
Я вовсе не завидую, просто констатирую факт, — возразил Чу Вэй.
Ладно-ладно, после амнезии ты и вправду сильно изменился, — Ху Доудоу решил не спорить, иначе со стороны могло показаться, будто он сам фанатеет от Лу Аньчэна. Сам-то он являлся убежденным натуралом и обожал исключительно актрис.
Воспользовавшись моментом, Чу Вэй спросил: Каким я был раньше?
Послушным, работящим, немного зажатым и неуверенным в себе. Во всяком случае, сейчас мне нравится куда больше, я за твою нынешнюю уверенность.
Закончив разговор с Лу Аньчэном, Чжун Мин как раз проходил мимо и расслышал последние слова.
Он машинально скользнул взглядом по двоим статистам и узнал Чу Вея.
Той памятной ночи было достаточно, чтобы врезаться в память навсегда — даже обратись Чу Вэй в пепел, он бы его узнал.
А этот второй парень — его бойфренд?
Их взгляды невольно встретились, но Чу Вэй первым отвел глаза и негромко произнес: Здравствуйте, большой босс.
Здравствуйте, большой босс, — тут же отчеканил следом Ху Доудоу.
Мгм, — холодно отозвался Чжун Мин, приближаясь к ним. — Вы оба артисты Шугуана?
Ху Доудоу набрался храбрости и ответил: Да, мы уже несколько лет подписаны на Шугуан и очень хотели бы попасть на прослушивание в «Сказание об императоре Сяокане».
http://bllate.org/book/33605/4130460
Готово:
