Чжоу И пришёл навестить Су Ляна уже через три дня. Су Лян спал в палате, а Линь Су сидела в небольшой гостевой приёмной снаружи и читала книгу. Услышав звук открывающейся двери, Линь Су подняла голову, увидела вошедшего Чжоу И и с улыбкой спросила его:
— Почему только сейчас пришёл? Совсем не похож на влюбленного, так быстро потерял интерес?
Чжоу И отмахнулся и с лёгким оттенком усталости произвел:
— В эти дни дел невпроворот. Опять возникли проблемы с казино, которое мы открывали некоторое время назад в Макао, ездил туда разобраться.
— О? Последнее время опять неспокойно? — заботливо поинтересовалась Линь Су. Она знала, что Чжоу И ведет дела как в легальном, так и в теневом мире, и игорный бизнес тоже входил в его сферу. К тому же в некоторых вопросах Линь Су нередко помогала Чжоу И.
— Ничего страшного, всё уже уладил, — ответил Чжоу И, одновременно принимая из рук Линь Су стакан с водой и осушая его залпом. Линь Су находилась близко, и от Чжоу И исходил свежий аромат шампуня, на мгновение заставивший ее потерять дар речи. Приходилось признать, что на публике Чжоу И был мужчиной с безупречными и элегантными манерами, однако Линь Су никак не могла взять в толк, почему перед Су Ляном Чжоу И словно превращался в совершенно другого человека.
— Как тут дела за последние пару дней? — опустив стакан, мягко спросил Чжоу И у Линь Су.
— Всё по-старому, — придя в себя, Линь Су перевела взгляд на окно и непринуждённо ответила: — Восстанавливается хорошо, уже может выписываться.
— Этот парэнек не буянил? Не замышляет снова, как бы сбежать? — усмехнулся Чжоу И.
— Нет. В последнее время очень тихо, — сказала Линь Су. — С тех пор как он увидел, что его брата отправили обратно в тюрьму, он стал тише воды. Чжоу И, надо признать, когда Су Лян молчит, он очень даже нравится людям.
— Еще бы, — улыбнулся Чжоу И, и на его лице чуть ли не сияло самодовольство, когда он беззастенчиво заявил: — Если этого паршивца хорошенько вышколить, он станет абсолютной соблазнительной красоткой... то есть, сущей прелестью.
— Пожалуй, — с улыбкой отозвалась Линь Су. — Когда Су Лян молчит, на его лице появляется какое-то зыбкое, одинокое выражение, и оно здорово цепляет. А если добавить к этому его черные лучистые глаза... Он ведь явно не девственник, но в нем все равно есть что-то такое чистое. Чжоу И, тебя случайно не это в его глазах привлекло?
Говоря это, Линь Су подняла глаза на Чжоу И. Лучи заходящего солнца падали внутрь, озаряя золотистым сиянием силуэт Чжоу И и делая его невероятно высоким и красивым. Услышав слова Линь Су, Чжоу И тронул губы усмешкой, которая придала его мужественной внешности нечто демоническое. И тем не менее, этот элегантный на вид мужчина раз за разом терял самообладание из-за Су Ляна.
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Направляясь в палату к соблазнительному Су Ляну, Чжоу И поначалу испытывал противоречивые чувства: в них примешивалось и самодовольство, и доля настороженности. Радовало то, что он отыскал неотетканный нефрит, подлинный самородок, ждущий своего часа, а настораживало то, что этот парень был хитер до невозможности — пожалуй, даже хитрее каракатицы. И всё же, когда он тихонько толкнул дверь и вошел, то замер на месте.
Су Лян сидел в кресле у окна, на его коленях лежала раскрытая книга, а изящные пальцы были плашмя положены на страницы; на фоне белоснежной бумаги они казались тонкими и рельефными. Су Лян не заметил вошедшего Чжоу И — он отрешенно смотрел в окно. Ветер ворвался следом за Чжоу И и откинул на глаза Су Ляна чуть отрасшие пряди волос. Су Лян поднял руку, чтобы убрать их, а затем подпер подбородок, прижав пальцы к тонким губам, и вновь задумчиво уставился на оконный проем.
Таким Су Ляна Чжоу И еще никогда не видел: тихим, словно благородный ангел. Особенно в сочетании с чуть бледноватым лицом это заставляло... просто нестерпимо хотелось растоптать его, сорвать с него эту утонченно-непорочную оболочку и заставить пасть. Порочные мысли роились в голове Чжоу И, пока он на цыпочках приближался к нему. На самом деле изначально эта картина дышала чистой романтикой, и Су Лян был так красив, будто сошел с полотна, но грязные фантазии Чжоу И полностью все испортили.
Почувствовав некую навязчивую, сальную атмосферу, Су Лян резко обернулся. В его глазах на мгновение мелькнула растерянность, но привычного выражения презрения и отвращения не последовало — он лишь поспешно отвел взгляд. Чжоу И приподнял бровь, подошел поближе и взглянул: на коленях у Су Ляна лежала книга по французскому языку.
— Ого, перешел на французский? Разве ты не собирался в Соединенные Штаты Америки? — изогнул бровь Чжоу И. Напускная романтика, владевшая им мгновение назад, испарилась, как сдутая шина, сменившись едкой и язвительной насмешкой. Он подошел, взял книгу в руки, полистал ее и усмехнулся: — Бухгалтерский учет. Су Лян, ты, наверное, не знаешь: в один год рядом со мной крутился один французский парень. Хоть я и не говорю по-французски, знаешь, какую наибольшую пользу принес мне тот парень? Ему нравилось говорить по-французски в моем присутствии, и благодаря этому в тот год я заключил сделку с одной французской компанией.
Су Лян не стал возражать ему или отнимать книгу — реакция была совсем не похожа на ту, какой от него ждали. Это даже озадачило Чжоу И, и он замолчал. Оба молчали, и только ветер за окном с шелестом трепал листву на ветвях деревьев. С того дня, как Су Лян лег в больницу, прошло уже почти неделя, и тот билет на самолет до другого берега океана давно пропал даром. Су Лян вдруг почувствовал беспричинную усталость в груди.
— Чжоу И, я иду на уступки, — тихо произвел Су Лян, поднимая голову и глядя прямо на стоящего перед ним мужчину. Разочарование в его глазах предстало перед собеседником как на ладони. Надвинувшуюся огромную грозовую тучу согнал сильный порыв ветра, и солнечный свет ворвался в комнату, на миг отразившись в глазах Су Ляна так, что Чжоу И на секунду померещилось, будто это блеснула слеза.
Чжоу И с полминуты молча смотрел на него. В таком состоянии и в таком виде Су Ляна он еще не видел. За те считанные разы, что они виделись, Су Лян неизменно казался упрямым и несгибаемым, а язык его отличался невероятной ядовитостью. Но сейчас прежний Су Лян словно испарился, уступив место хрупкому и уязвимому созданию — столь хрупкому, что он казался изделием из прозрачного нефрита, способным разбиться от малейшего прикосновения.
— Каковы твои условия? — уголки губ Чжоу И изогнулись в улыбке. Он подцепил пальцем подбородок Су Ляна, заставляя того смотреть на него снизу вверх. Теперь Чжоу И сбросил с себя напускное легкомыслие и развязность, с которыми держался с Су Ляном, и излучал властную ауру триумфатора.
— Что? — тихо переспросил Су Лян. Его чистые глаза расширились, устремившись прямо на Чжоу И с непониманием.
— Если ты идешь на компромисс, значит, у тебя есть условия. Су Лян, я считаю, что достаточно хорошо тебя знаю, — произвел Чжоу И. — Ты учился на экономиста, так что требуй: чего ты хочешь взамен?
— Ничего, никаких условий, — Су Лян закрыл глаза, и его глазные яблоки легко задвигались под тонкими веками. — Ты победил, мне от тебя не сбежать. Все просто.
— То есть ты хочешь сказать, что согласен стать моим возлюбленным? — с усмешкой спросил Чжоу И.
— Нет, любовником, — поправил Су Лян. — Слово возлюбленный звучит слишком слащаво, давай будем практичнее. Быть может, настанет день, когда мы станем и возлюбленными.
— Выходит, у тебя нет никаких условий для обмена? — произвел Чжоу И. — Су Лян, подумай хорошетько: упустишь шанс сейчас — второго не будет.
В комнате снова воцарилось молчание, воздух казался почти застывшим, слышны были лишь их дыхание да шум ветра за окном. Су Лян замер в той же позе — с подбородком, зажатым в пальцах Чжоу И. Он сглотнул слюну, и этот звук прозвучал так громко, что заставил его слегка задрожать. Он прекрасно понимал, что выдвигать условия Чжоу И в этот момент — значит попросту выставить напоказ свою слабость, что поставит его в крайне невыгодное положение. И все же, стоило ему вспомнить ковыляющую фигуру Су Сюаня в день его ухода, как в груди Су Ляна появлялась зияющая пустота. Су Сюань и так сделал для него слишком много; вести праздную жизнь, бесстыдно принимая все жертвы брата, пока тот чахнет в этой дыре — было бы верхом бесстыдства.
— Помоги мне вытащить брата, — медленно проговорил Су Лян. — Вот мое условие.
— Хорошо, это будет сделано быстро, — бросил Чжоу И. Он достал телефон, набрал номер, обменялся парами фраз собеседником и сбросил вызов. Подцепив пальцем подбородок Су Ляна, Чжоу И принялся большим пальцем гладить его бледно-розовые губы, затем наклонился, легко коснулся губами его щеки и прошептал прямо на ухо: — Оказывается, ты так дорожишь своим братцем. Знаю я это — стоило мне схватить его, и ты бы никуда не делся.
Тело Су Ляна на секунду напряглось, но тут же расслабилось:
— Теперь мне незачем бежать. Все равно ведь не получится, верно?
— Верно, ты у меня умница. А если бы попытался бежать, твоему брату снова пришлось бы загреметь на нары. Так что, Су Лян, ради общего блага давай-ка попробуем побыть возлюбленными, — со смешком произвел Чжоу И.
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Белый фургон резво въехал в ворота Больницы Шэнвэло и остановился у входа в реабилитационное отделение. Санитар в белой униформе помог Су Сюаню выйти из машины. На Су Сюане больше не было тюремной робы, как и наручников; на нем красовались белая рубашка с короткими рукавами и черные брюки, которые Су Лян купил ему во время последнего визита в колонию.
Су Сюань обладал крепким, атлетичным телосложением; его руки, открытые короткими рукавами рубашки, были мускулистыми и сильными, а смуглая кожа выглядела пышущей здоровьем. По правде говоря, ему куда больше подошли бы футболка и джинсы, но в свои тридцать с лишним лет нельзя же было одеваться по-прежнему — требовался более солидный вид, подчеркивающий мужественность. Девять лет тюрьмы пролетели как в вакууме, оторвав его от реального мира, и Су Лян надеялся, что этот зрелый облик поможет брату плавно влиться в общество.
Думая об этом, Су Лян нажал кнопку стеклоподъемника. Черное стекло плавно поехало вверх, отгораживая его от внешнего мира. В тот самый миг, прежде чем окно закрылось окончательно, Су Ляну показалось, что Су Сюань с застенчивой улыбкой взглянул на врача, курирующего его реабилитацию, и принялся растерянно озираться по сторонам, явно разыскивая взглядом самого Су Ляна.
— Доволен? — раздался голос сидевшего рядом Чжоу И. — Я вытащил твоего брата. Когда он закончит курс реабилитации, его будет ждать работа.
— Угу, спасибо, — тихо ответил Су Лян. Он согласился на уступки вовсе не по доброй воле, просто сейчас это был единственный выход. А со всем остальным придется повременить, пока Су Сюаню не станет лучше. На данный момент лучшей стратегией было временно прикинуться послушным.
Побег? Что ж, это лишь вопрос времени.
http://bllate.org/book/33569/4126419
Готово:
