Юньчжун придавал этой инспекционной поездке огромное значение, поэтому Сюй Чэньшу лично возглавил делегацию и встречал гостей у главного входа.
На нем был строгий темно-серый костюм с лацканами-ласточкиным крылом, подчеркивавший его безупречную, подтянутую фигуру, а поверх золотистого галстука красовался однотонный зажим.
— Сюньлань, ты проделал долгий путь, спасибо за труд, — Сюй Чэньшу протянул руку, чтобы поздороваться.
Му Сюньлань на самом деле не слишком привык к подобным светским манерам и еще больше не любил телесный контакт, но под взглядами стольких людей ему пришлось лишь нерешительно протянуть ладонь:
— Председатель, вы преувеличиваете...
Однако в тот самый момент, когда их кончики пальцев почти соприкоснулись, сбоку внезапно вклинился небрежный, но излишне властный голос:
— Не утруждайтесь.
Протянутая ладонь Сюй Чэньшу была неожиданно перехвачена другой широкой и крепкой рукой. Обладатель этой руки слегка сжал ее, да так сильно, что Сюй Чэньшу на мгновение испугался, не треснули ли у него кости.
Виновник же беспорядка только тогда неторопливо снял шляпу, обнажив красивое лицо со свирепым выражением, подмигнул Му Сюньланю и произнес так, чтобы услышали только они двое:
— Верно же, дорогая?
У Му Сюньланя разболелась голова. После стольких раз он даже перестал удивляться тому, что в любой момент какого-нибудь дня может внезапно столкнуться с Вэнь Чжао.
Но на глазах у стольких людей ему было еще труднее устроить скандал и прогнать Вэнь Чжао, а тут как раз Сюй Чэньшу снова обратился к нему:
— Сюньлань... это кто?
— Сюнь... лань? — Вэнь Чжао изогнул брови. — Читать не умеешь? Чего это ты так ласково обращаешься?
— Заткнись! — хотя Му Сюньлань понизил голос, в нем все равно отчетливо слышался скрежет зубов.
Вэнь Чжао остался недоволен. Его рука тут же легла на талию Му Сюньланя, принявшись гладить ее поверх пиджака.
Он намеренно приблизился к Му Сюньланю и зашептал ему на ухо прямо перед Сюй Чэньшу:
— Малыш, скажи ему, кем мы друг другу приходящемся?
Глава 8. Сегодня ты такой послушный
Горячее дыхание обожгло ушную раковину, а красивые глаза Вэнь Чжао напоминали ядовитую змею, способную похитить душу. Ресницы Му Сюньланя легко дрогнули, и его вторая рука мертвой хваткой вцепилась в ту самую руку, что лежала у него на талии, принявшись со злостью ее выкручивать.
— Какой ты сегодня страстный, малыш, — Вэнь Чжао явно кайфовал от происходящего как наяву, так и исподтишка. — Даже сам до меня дотронулся.
Му Сюньлань потер занывшее межбровье. Разве мог он переговорить такого бесстыдника, как Вэнь Чжао?
Поэтому он просто решил проигнорировать Вэнь Чжао и с виноватым видом посмотрел на Сюй Чэньшу:
— Прошу прощения, председатель... п-племянник ведет себя избалованно.
— О-о, — на лице Сюй Чэньшу рассеялась тень недовольства, и он внезапно все понял. — Оказывается, племянник.
Но неизвестно почему Сюй Чэньшу внутренне ощущал, что этот племянник питает к нему страшную враждебность. Словно... словно смотрит на соперника в любви?
— Катись к черту, мелешь языком всякую чушь, едва раскрыв рот, — Вэнь Чжао выгнул брови, и во всем его облике читалась разбойничья удаль — он не собирался оставлять Сюй Чэньшу ни капли самоуважения.
— Вэнь Чжао, председатель Сюй — мой друг... — нахмурился Му Сюньлань. Голос его звучал встревоженно, но говорил он всегда так мягко, что было неизвестно, услышал ли его Вэнь Чжао вообще.
Он невольно почувствовал легкую головную боль. Столкнувшись с Вэнь Чжао столько раз, Му Сюньлань наконец уяснил: на грубую силу Вэнь Чжао не реагирует вовсе. Разве не бывало раньше так, что, лишь доведя его до белого каления, он добивался хоть каких-то уступок?
Поэтому с Вэнь Чжао можно было обращаться только по-хорошему.
Скрытый от глаз окружающих, Му Сюньлань слегка дернул за уголок одежды Вэнь Чжао. Движение было едва заметным, но Вэнь Чжао наверняка его почувствовал.
Он тихонько произнес:
— Разве ты не хотел быть послушной собакой? Тогда слушайся. Будешь слушаться — разрешу тебе охранять дверь.
Эту фразу Вэнь Чжао вчера произнес сам. В тот момент Му Сюньлань не поверил ни единому его слову, но кто бы мог подумать, что сегодня он использует ее слово в слово, чтобы одурачить Вэнь Чжао. Кончики его ушей слегка покраснели — до чего же это было стыдно, но на белой, подобной нефриту коже этот румянец смотрелся невероятно красиво.
— Буду слушаться~ — красивые глаза Вэнь Чжао сузились в полумесяцы. — Малыш, ты сегодня такой послушный, даже не послал меня к черту.
Му Сюньлань с трудом сдержал судорожное подергивание уголков губ:
— Не хочешь катиться — молчи.
Вэнь Чжао действительно умолк, но неотступно следовал за Му Сюньланем по пятам, лениво плетясь в самом хвосте процессии даже во время осмотра местности на месте.
Доббившись такого результата, Му Сюньлань мог только вздохнуть с облегчением, но в то же время его не покидали опасения, что Сюй Чэньшу мог услышать их недавний диалог.
Сюй Чэньшу тоже не был дураком: хоть он и заметил кое-какие странности, развивать тему и ставить Му Сюньланя в неловкое положение он не стал, поэтому просто задрал голову к небу, делая вид, будто ничего не слышал.
— Это ровный участок. По нашему замыслу, здесь в соответствии с заранее проложенными маршрутами расположатся отдельные тематические каюты для общения. На данный момент предварительно запланировано двенадцать маршрутов.
Сюй Чэньшу попытался оживить атмосферу:
— Разумеется, на маршруте по Юго-Восточной Азии можно подумать о том, чтобы завести попугаев или тропических рыбок — для разнообразия...
Му Сюньлань слабо улыбнулся:
— Можно обдумать.
Сюй Чэньшу продолжил презентацию:
— А там, если пройти еще немного вперед, находится место под строительство порта. Благодаря рельефу этот участок относится к глубоководным — наши люди измерили глубину, и она способна выдержать вес круизного лайнера...
Му Сюньлань внимательно слушал рассказ, время от времени высказывая собственное мнение или задавая вопросы. Его темные ресницы слегка опустились, а тонкие пальцы заправляли выбившиеся пряди за ухо — настолько прекрасный, что Вэнь Чжао не мог оторвать от него глаз.
К тому же сегодня на море стояла ясная погода, и пестрые солнечные лучи пробивались сквозь слои листвы, падая на белоснежный подол одежды Му Сюньланя, словно распустившиеся капли сусального золота. Это смягчало его холодный и благородный образ, и, стоя посреди толпы, он казался божеством, снизошедшим до простых смертных.
Сюй Чэньшу без умолку говорил больше двух часов. К полудню презентация подошла к концу, и он как раз добрался до истории о горе, расположенной неподалеку от порта:
— Как говорится, совпадение: эта гора называется Гора Мулань. — Сюй Чэньшу с надеждой во взгляде посмотрел на Му Сюньланя, но тот был полностью поглощен работой и лишь слегка кивнул.
Сюй Чэньшу пришлось продолжить:
— Говорят, в конце прошлого века какой-то богач с Запада оставил на самой макушке горы, в месте с лучшим обзором, старую церковь. Наша инспекционная группа обнаружила ее полгода назад и потратила много месяцев на капитальный ремонт.
— Как раз настало время обеда, и Юньчжун приготовил наверху необычное угощение, приглашая всех подняться и полюбоваться пейзажами.
Му Сюньлань не имел ничего против. В конце концов, это был всего лишь обед, зато Вэнь Чжао в хвосте процессии не удержался и закатил глаза.
У этого старого лиса глаза чуть ли не прилипли к его жене — кто же не знает, что у того на уме? И надо же такому случиться, что его благоверная жена ведет себя как наивная прелестница, которая ко всем относится чертовски хорошо!
Хотя высота Горы Мулань была не такой уж большой, карабкаться на нее под полуденным прибрежным солнцем тоже оказалось непросто, поэтому вся группа поднялась на гору в недавно построенной канатной дороге.
Однако в каждую кабинку фуникулера помещалось только два человека. Сюй Чэньшу собирался воспользоваться случаем, чтобы открыть дверь для Му Сюньланя и вместе с ним занять одну кабинку, но его планы разрушил подоспевший Вэнь Чжао.
Вэнь Чжао развязно кивнул Сюй Чэньшу:
— Благодарю. Генеральный директор Сюй так добр, даже помог открыть дверь.
Лицо Сюй Чэньшу застыло, и ему оставалось лишь через силу усмехнуться и кивнуть.
Му Сюньлань видел все маленькие уловки Вэнь Чжао, но он пообещал ему: раз тот ведет себя послушно, прогонять его он не станет. Поэтому Му Сюньлань уже смирился с тем, что сегодня Вэнь Чжао будет повсюду ходить за ним по пятам.
Отодвинув Сюй Чэньшу в сторону, Вэнь Чжао захлопнул дверь. Он непременно захотел сесть с Му Сюньланем на одно сиденье, хотя пространства здесь и без того было в обрез. К тому же у Вэнь Чжао была высокая температура тела, и их соприкасавшиеся кожи случайно терлись друг о друга, обжигая Му Сюньланя и доставляя ему дискомфорт.
Му Сюньланю стало невыносимо жарко от духоты, и он ткнул носком туфли в голень Вэнь Чжао:
— Пересядь на свое место, тесно и неудобно.
Вэнь Чжао подцепил выбившуюся из ленты прядку волос и принялся меланхолично накручивать ее на палец:
— Ты так вкусно пахнешь, малыш, сяду дальше — и перестану чувствовать твой запах.
— Тогда убирайся. — Му Сюньлань широко раскрыл глаза и приложил немало усилий, чтобы вызволить эту жалкую прядку волос из рук Вэнь Чжао.
— Не уйду, — смиренно уселся напротив Вэнь Чжао. Он сверлил Му Сюньланя жгучим взглядом, а в тоном произнес легкомысленно: — Да я же и не посмею.
Ты даже не представляешь, этот по фамилии Сюй сегодня все время крутился возле тебя, мне было так неприятно.
— Он мой старый друг, — нахмурился Му Сюньлань.
— Тц, — Вэнь Чжао изогнул брови. — По-моему, он хочет занять мое место. Скорее уж твой бойфренд.
Му Сюньлань потерял дар речи. Ему уже не хотелось отвечать Вэнь Чжао, и он просто перевел взгляд на окно кабинки фуникулера, любуясь густыми кронами деревьев и морской гладью на горизонте. На душе у него сразу стало намного спокойнее.
http://bllate.org/book/33541/4122900
Готово:
