Великолепно освещенный роскошный банкетный зал сиял, словно днем, в воздухе плыли звуки плавных скрипичных мелодий, а пространство было напоено изысканными и легкими нотками парфюма.
Это был приём, устроенный семьей Сонг, и все приглашенные гости принадлежали к высшему свету Линьцзина, отличаясь знатным происхождением и огромным богатством.
Среди звона бокалов отражалась праздная роскошь высших кругов.
— Чей же это молодой господин? До чего же хорош собой! — группа светских дам в пышных вечерних платьях собралась вместе поболтать, и кто-то из них вдруг произнес эти слова.
Все невольно проследили за её взглядом и заметили юношу, стоявшего у входа на лестницу.
На вид ему было не больше восемнадцати-девятнадцати лет, на нем был ладный белоснежный костюм, но кожа казалась еще белее ткани. На фоне фарфорово-белого лица ярко выделялись алые губы, а под длинными ресницами таились чистые, прекрасные глаза.
Это была красота, способная с первого же взгляда поразить воображение.
Вот только между бровей красавца залегла бледность и болезненная хрупкость, придававшая ему призрачный, надломленный вид.
Взгляды, изначально брошенные лишь из праздного любопытства, мгновенно стали куда более горячими.
— Какое-то незнакомое лицо, раньше он на приёмах не появлялся, верно?
— Кажется, это сын семьи Линь с западной окраины города.
— Семья Линь умеет же прятать сокровища! Такое нежное создание, а они ни разу не вывели его в свет.
— Говорят, это приемный сын семьи Линь, он вечно болеет, так что ему приходится сидеть дома.
Закрытая атмосфера казалась несколько удушливой. Гу Сыянь поморщился и прижал руку к груди, его лицо победнело от дурноты.
— Что такое? Плохо себя чувствуешь? — строго спросил шедший рядом с ним мужчина средних лет.
Гу Сыянь покачал головой, и его длинные ресницы дрогнули:
— Всё в порядке, отец.
— Вот и хорошо, — тихо напутствовал Линь Чжэн. — На таком важном мероприятии тебе нельзя ударить в грязь лицом.
Гу Сыянь молча опустил голову и отозвался:
— Угу.
— Пойдем, молодой господин Чжоу, должно быть, уже прибыл, — поторопил его Линь Чжэн.
Гу Сыянь прикусил губу и с бесстрастным выражением лица последовал за ним.
— Дядя Линь, — к ним направлялся молодой мужчина.
На нем был безупречно сшитый темно-серый костюм, волосы тщательно уложены, прямой нос и взметнувшиеся брови придавали лицу некий легкомысленный налет столичного мажора.
Линь Чжэн улыбнулся в ответ:
— Боянь.
— Здравствуйте, дядя Линь, — взгляд Чжоу Бояня упал на Гу Сыяня, стоявшего рядом с Линь Чженом, и в его глазах одновременно мелькнули восхищение и радость.
Он считал, что повидал бесчисленное множество красавцев, включая немало звезд первой величины из шоу-бизнеса, но еще никогда не встречал никого подобного.
Белоснежная, как свежий снег, кожа казалась безупречной и нежной, а чистые, красивые глаза словно обладали чарующей силой — он просто стоял там, а выглядел как живая картина.
Особенно этот идущий изнутри образ человека, вызывающего жалость и страстное желание защитить его.
А заодно — и покорить.
— Ты ведь Сыянь, верно? — голос Чжоу Бояня заметно смягчился.
— Да, — Линь Чжэн подтолкнул Гу Сыяня вперед. — Чего стоишь, поприветствуй молодого господина Чжоу!
— Молодой господин Чжоу, — Гу Сыянь приоткрыл рот и тихонько поздоровался.
Его мягкий, нежный голос прозвучал для Чжоу Бояня так, будто его легонько коснулись птичьим перышком, заставив сердце трепетать.
Саму же Гу Сыяню было не по себе.
Взгляд, которым Чжоу Боянь смотрел на него, был слишком тяжелым и нескрываемо восхищенным — так смотрят на вещь, которая полностью пришлась по вкусу.
— Вживую ты еще красивее, чем на фотографиях, — прямо похвалил Чжоу Боянь.
Гу Сыяню не нравилось, как тот на него смотрит, поэтому, пробормотав слова благодарности, он больше не произнес ни звука.
— Этот мой сын с детства не любит болтать и не жалует такие многолюдные места, так что ты уж не обессудь, Боянь! — Линь Чжэн улыбнулся, пытаясь сгладить неловкость. — Сыянь здесь еще освоился, не мог бы ты показать ему всё вокруг? Вы бы могли получше узнать друг друга.
Чжоу Боянь улыбнулся уголками губ и страстно уставился на Гу Сыяня:
— Для меня это честь.
Гу Сыянь опустил голову, глядя под ноги, и руки, опущенные вдоль тела, невольно сжались в кулаки.
Пусть семья Линь и богата, в кругах высшего света Линьцзина они не стоят и мизинца, и лучший способ присосаться к среднему эшелону знати — это заключить брак по расчету.
Было очевидно, что этот молодой господин Чжоу остался им доволен.
Предполагаемая помолвка, о которой говорили ранее, судя по всему, теперь будет решена окончательно.
Настроение Гу Сыяня было далеко от прекрасного.
Пройдя несколько шагов, Чжоу Боянь заметил перемену в его состоянии:
— Что такое? Тебе не весело?
Гу Сыянь прикусил губу:
— Я не слишком привык к местам, где много людей.
Лицо Чжоу Бояня выразило крайнее удивление, он, казалось, совершенно не понимал, как можно не любить шумные и многолюдные сборища:
— Да здесь же совсем немного народа! Если тебя утомляет эта толпа, то в ночных клубах и барах бывает куда шумнее!
— Ничего, сейчас ты еще не привык, а потом я буду чаще брать тебя с собой, и все пройдет.
В душе Гу Сыянь взбунтовался:
— Я не хочу.
Он не хотел отправляться в такие места, как ночные клубы и бары.
Чжоу Боянь на мгновение замер — он никак не ожидал столь бурной реакции, но всё же терпеливо принялся утешать красавчика:
— Ладно, об этом поговорим в другой раз.
Прогулявшись около получаса, Чжоу Боянь повел Гу Сыяня к своим приятелям.
Те, с кем он водился, были точно такими же избалованными мажорами. Завидев издалека приближающегося Чжоу Бояня с красавцем наперевес, они дружно засияли глазами.
Кто-то тут же отпустил шуточку:
— Ишь ты, прошло всего пару дней, а ты снова сменил пассию?
— А где тот мелкий актер из прошлых раз? Уже так быстро надоел?
— Ого, сегодня привел знатного красавца! С такой внешностью он и правда уделывает всех предыдущих!
— Прекратите трепаться о всякой ерунде! — Чжоу Боянь непринужденно приобнял Гу Сыяня за плечи. — Я ведь теперь человек семейный.
Гу Сыянь от неожиданности вздрогнул и машинально подался назад.
— Ого-го~ А кажется, красавчик-то с тобой незнаком! — свистнул кто-то из друзей-мажоров. — Неужели это нашептал односторонний бред нашего молодого господина Чжоу?
— Тебе одному язык без костей, да? — с улыбкой выругался Чжоу Боянь, а затем снова перевел взгляд на Гу Сыяня. Видимо, из-за того, что ему только что слегка испортили авторитет, улыбка на лице мужчины немного померкла. — Тебе неприятно, когда я тебя обнимаю?
— Да, — кивнул Гу Сыянь.
Он не выносил излишне близких контактов с незнакомцами.
— Ничего, со временем привыкнешь, — Чжоу Боянь многозначительно улыбнулся ему, проявив изрядную снисходительность.
Стоявшая вокруг золотая молодежь завистливо присвистнула.
— Ого~ редкое дело! У нашего молодого господина Чжоу проснулась такая нежность.
— И впрямь чудо, что кто-то смог приручить бабочку, порхавшую по сотням цветов.
— Точно! Тот актер в прошлый раз умолял со слезами возобновить отношения, но молодой господин Чжоу даже видеть его не пожелал и велел водителю прогнать его прочь — ну и железное же у него сердце!
— Ладно-ладно, давайте о другом, — Чжоу Боянь нахмурился и прервал их.
К чему постоянно вспоминать его прежние амурные интрижки? Он ведь хотел произвести на красавца хорошее впечатление!
Тогда компания переключилась на другую тему.
— Говорят, в этот раз пожалует и тот самый человек из семьи Е, многие только и спешат сюда, чтобы подобострастно перед ним выслужиться!
Чжоу Боянь кивнул. Его семья была кое-как связана с кланом Сонг, так что он знал больше остальных:
— Старейшина Сонг в некоторых делах водится с Е Юнем, так что из уважения к его сединам Е Юнь все же приедет.
http://bllate.org/book/33488/4115420
Готово:
