Ученица оказалась взрослой девушкой, которая училась фигурному катанию из любви к нему. Обладавшая неплохой гибкостью, она быстро схватывала указания Вэй Хэцина.
— Отлично. А теперь попробуй присесть на месте и снова выпрямиться. Когда будешь делать, одновременно отведи левое плечо и левую руку от бортика, опусти спину и постарайся почувствовать, как лопатки сближаются к позвоночнику.
Вэй Хэцин продемонстрировал движение ученице, красиво поднялся и принялся поправлять положение её тела. Под его руководством девушка прочувствовала последовательность: толчок льда ногой, подъем ноги и прогиб спины, — постепенно учась держать баланс.
Каждое занятие по изучению новых движений неизбежно казалось скучным, но без этого было никак. Вэй Хэцин без устали заставлял ученицу повторять разобранные по полочкам шаги: как ставить стопу, как вытягивать ноги — на всё существовали чёткие правила.
Когда основы были усвоен, ученица попробовала проскользить вперед, а Вэй Хэцин следовал рядом, полуподняв руки на случай страховки.
Прогресс оказался лучше, чем предполагалось: девушка выполняла элемент довольно правильно, вот только её начинало покачивать, стоило продержаться чуть подольше.
— Ужасно устала, проедешь всего кусочек, а бедра уже горят, — опираясь на колени, ученица одновременно радовалась и чувствовала недовольство. Повернувшись к Вэй Хэцину, она спросила: — Учитель, а можете показать мне длинное скольжение?
Для Вэй Хэцина это было сущим пустяком. Обопрись он о лезвия коньков и сделай пару шагов назад — никаких подготовительных шагов не требовалось, стоило лишь оттолкнуться льда, как он уже несся вперед. Высоко поднятая свободная нога, отведенные назад руки, а корпус почти прижимается ко льду.
Ласточка длилась секунд пять-шесть, легкая корректировка — и вот он уже заходит на новую. Вэй Хэцин лавировал между катающимися, свободный, словно касающаяся воды ласточка.
Так вот что такое ласточка, ласточка в ласточке — это и есть птица. Настолько наглядно.
Ученица восторженно закричала, стоя на месте, и другие катающиеся тоже засмотрелись на него. Вэй Хэцин проскользил несколько секунд, касаясь рукой свободной ноги, как вдруг его ослепило неизвестно откуда взявшееся сияние, и в ушах неожиданно зашумело.
— Ц-с…
Вэй Хэцин закончил элемент и твердо встал на коньки, и лишь благодаря железной профессиональной выучке не выдал себя.
Даже при этом, закончив урок и сойдя со льда, Вэй Хэцин был весь мокрый от холодного пота. Какая-то жила внутри него, проходящая от макушки до пят, невыносимо ныла. Он сжимал в руке телефон и тяжело дышал, а губы его побелели сильнее льда.
Пять минут назад Сюй Чжао спросил его: Я закончил занятия, поужинаешь сегодня дома?
Вэй Хэцин дрожащими пальцами набрал ответ: Домой.
Вэй Хэцин: Хочу есть, диетический салат.
С момента их знакомства это был первый случай, когда он о чем-то попросил Сюй Чжао, да еще и не дожидаясь вопросов. Вэй Хэцину показалось, что он ведет себя излишне навязываясь, и он захотел забрать сообщение назад, но пальцы не слушались.
Сюй Чжао: Без проблем.
Сюй Чжао: Приготовлю тебе улучшенную версию.
Сюй Чжао: Гарантирую, будет вкусно.
Ладно, судя по всему, отменять отправку не придется. Ответ Сюй Чжао надежно поймал его. Вэй Хэцин поднялся, чтобы отыскать Чжоу Сяна. Стоило тому бросить на него взгляд, как он произнес:
— Возвращайся. И как следует отдохни.
— Сян-гэ, я в порядке.
Вэй Хэцин хотел сказать, что отправляется домой, но сам не понимал, зачем добавил эту фразу.
— Тем более отдохни, — Чжоу Сян крепко сжал его локоть. — Я же говорил тебе: самые трудные времена давно позади. Отдыхать можно и тогда, когда всё в порядке.
Отдыхать можно и тогда, когда всё в порядке, но куда ему идти отдыхать? Раньше он считал лед своей тихой гаванью, перебираясь из одного места в другое. Кочуя по несколько раз за год, он никогда не чувствовал себя бродягой.
Но теперь причал стал ненадежным, и стоило ему затрепетать крыльями в попытке улететь, как он осознал: на самом деле ему некуда податься.
Перелетная птица наконец вернулась в съемную квартиру. Едва переступив порог, ее окутало тепло и ароматы еды. Две туфли Сюй Чжао стояли в прихожей широко расставшись: одна будто в дозоре, другая на посту.
Сюй Чжао выглянул из-за угла и улыбнулся ему.
Вэй Хэцин выдавил в ответ улыбку, носком ботинка ровно поставил обувь, вымыл руки и собрался идти на кухню помогать. Заметив его появление, Сюй Чжао молча сунул ему в руки тарелку с едой. Вэй Хэцин отнес ее на обеденный стол, а оттуда тут же протянули следующую — он мгновенно превратился в простого разносчика блюд.
Стол ломился от угощений, полных тарелок и пиал: салатница, паровая треска, суп из говядины с тофу. Яркие краски, красивая сервировка — разносчик украдкой принюхался пару раз, убеждаясь, что внешность блюд не обманчива.
А стоило попробовать, как вся накопившаяся в душе растерянность вместе с рисом проглотилась до последнего зернышка. Диетическая еда тоже может быть вкусной. Жуя за обе щеки, Вэй Хэцин пододвинул Сюй Чжао купленный по дороге стаканчик йогурта — довольно большую банку, которую он взял в качестве платы за этот ужин.
Сюй Чжао с радостью принял подношение, а взамен подвинул к руке Вэй Хэцина бурый рис с кунжутом и хрустящими водорослями, рассказывая о первом занятии в учебной группе.
Рис был аккуратно утрамбован в форме уточки.
Вэй Хэцин изумленно перевел взгляд с уточки на Сюй Чжао и едва заметно улыбнулся, скривив губы.
Сюй Чжао решил, что Маленький Лебедь заинтересовался этой темой, и принялся описывать всё в мельчайших подробностях: как после формирования команд они придумывали названия, репетировали построения и выбирали командную песню.
— У нас в группе оказался парень, который занимается традиционным сказительным искусством, так что командную песню положили прямо на мотив шутливо-ритмичного речитатива и сочинили новые слова. А с медленной частью — с дизайном командного знамени — никто не знал, что изобразить. В конце концов я предложил взять за основу два иероглифа «народное искусство» и вплести в них имена всех участников в абстрактном виде…
Сюй Чжао пальцем нарисовал на столе фигуру — иероглиф «Чжао», который под его рукой вышел похожим на пухлое солнышко.
— Ты умеешь рисовать? — судя по технике, Вэй Хэцин решил, что тот учился.
— Угу, учился акварели и масляной живописи, — ответил Сюй Чжао. — Только я вечно не мог усидеть на месте, проучился год да бросил, переключился на плавание.
Перемены в жизни звучали из уст Сюй Чжао как нечто легкое и мимолетное. Вэй Хэцин следил за тем, как смыкаются и расходятся его губы, зачерпнул ложку риса и молча принялся жевать.
— А ты чем сегодня занимался? — спросил Сюй Чжао.
— Да так, учил людей кататься, — Вэй Хэцин немного подумал и, приподняв узкие веки, посмотрел на Сюй Чжао своими темными глазами. — У меня изо дня в день всё одно и то же. Лучше расскажи о себе.
Сюй Чжао чувствовал, что Вэй Хэцин что-то подавляет: эмоции или воспоминания. Он напоминал маленькую ракушку, привыкшую наблюдать за миром со стороны, которая с любопытством таращит глазенки, но при малейшем дуновении ветра готова спрятаться обратно в створки.
Это озарение сверкнуло вспышкой — мимолетной, но яркой. Сюй Чжао безумно хотелось разжать створки раковины и вытащить его наружу, вытащить все его тревоги и робость, чтобы выставить их под лучи палящего солнца.
Сюй Чжао хотел так поступить, но мешкал. Сейчас он казался Вэй Хэцину куда менее безопасным укрытием, чем эта панцирная раковина.
— Ну тогда давай снова обо мне, — Сюй Чжао подавил нахлынувший порыв. — Завтра мы начинаем занятия по сценической речи, голосовые тренировки, будем отрабатывать дикцию и артикуляцию.
С этими словами Сюй Чжао проговорил скороговорку: звуки были густыми, будто рождались в глубине рта, делая круг, и только потом слетали с губ, звуча совершенно иначе, чем в обычной речи.
Вэй Хэцин снова высунул носик из своей раковины:
— Голос такой глубокий, кажется, идет прямо изнутри тела.
— Верно, тут используется брюшное дыхание: воздух опускается вниз, и связки не устают, — Сюй Чжао коснулся пальцами бока. — Хочешь попробовать?
Вэй Хэцин всю жизнь занимался спортом и с брюшным дыханием был знаком не понаслышке, однако обычно это сводилось лишь к вдохам и выдохам без слов. Стоило же ему резко заговорить, как голос привычно пошел из горла.
— У меня не получается, — смутился Вэй Хэцин. — Мой живот словно не задействуется.
Сюй Чжао рассмеялся и неожиданно вошел в роль наставника. Они оба встали после ужина прямо посреди гостиной, и Сюй Чжао, наклонившись, попытался дотянуться руками до собственных лодыжек.
Вэй Хэцин по его указанию встал рядом с Сюй Чжао. Проведя рукой по чужой спине, он ощутил, как воздух вибрирует внутри тела, а поясница выступает главным источником силы.
Осязать нечто бестелесное и превращать это в форму оказалось удивительно увлекательно. Воодушевленный новизной, Вэй Хэцин применил знания на практике и наклонился вперед.
Он был гибче Сюй Чжао, поэтому при наклоне легко коснулся ладонями пола.
— Расслабь верхнюю часть тела, расслабь челюсть и издай какой-нибудь звук, просто прочувствуй.
Вэй Хэцин послушно исполнил задуманное: издавая звук, он направил дыхание вниз с помощью мышц живота, а выдох сделал максимально полным. Сюй Чжао прижал ладонь к его пояснице, напоминая, где именно должна рождаться голосовая позиция.
Сразу за его рукой высоко торчали округлые полушария — мягкие, но упругие, способные дрожать от шлепка и проминаться под нажимом.
Сюй Чжао сглотнул застрявший в горле ком и едва сдерживался, чтобы не уткнуться лицом туда, чтобы не отхватить кусок мяса от самого сочного места…
— И правда, так гораздо легче напрячься, горло совсем не устает.
Усердный ученик Вэй Хэцин уже уловил суть. Он радостно обернулся, чтобы поделиться успехом, и тут же замер от ужаса:
— Ты почему носом кровоточишь?
Вэй Хэцин выпрямился, чтобы зажать Сюй Чжао нос, а второй рукой поволок его в ванную. В голове у Сюй Чжао все еще царил кавардак, и он, глотая привкус крови, бессвязно оправдывался:
— Наверное, в Бэйчэне слишком сухой воздух.
— Замолчи пока.
Они тянули и толкали друг друга, напоминая замок-молнию, застрявший в ткани, и синхронизировано рухнули к умывальнику. Не успели они выровнять равновесие, как из комнаты донесся громкий звук: бах!
Часы в гостиной отсчитывали секунды тиканьем. Спустя десять минут Вэй Хэцин и Сюй Чжао стояли и сидели посреди гостиной.
— Ты что, оставил все ключи в комнате? — Вэй Хэцин дернул ручку двери главной спальни. — Разве снаружи не осталось дубликата?
Сюй Чжао покачал головой. Ключи от входной двери и от комнат хранились у него отдельно: входной он носил с собой, а ключи от спален давно снял и забросил куда подальше. Дверь его комнаты всегда была распахнута и никогда не запиралась, так что, по его мнению, в ключах не было никакой необходимости.
Но сегодня всё сложилось на редкость некстати. Вернувшись домой, он от нечего делать крутил в комнате ручку замка, выдвинул язычок наружу и не придал этому значения. В итоге дверь не захлопнулась до конца, и налетевший ветер затворил ее сам.
Замок захлопнулся намертво, и теперь в собственную комнату ему было не попасть. Вэй Хэцин безрезультатно подергал ручку еще пару раз, но дверь даже не шелохнулась.
— Не мучайся, завтра вызову мастера по замкам, — Сюй Чжао поднял руку, останавливая Вэй Хэцина. — Сегодня ночью перекантуюсь на диване.
Останавливая его, Сюй Чжао развернулся верхней частью туловища, но ягодицы остались неподвижны: он прилип к дивану в крайне неудобной позе, словно к нему привязали пудовую гирю. Перестав бороться с дверной ручкой, Вэй Хэцин оценил габариты дивана, окинул взглядом самого Сюй Чжао и неуверенно переспросил:
— Ты будешь спать здесь?
С таким крупным телосложением — в разложенном виде шире дивана, а с вытянутыми ногами длиннее его — они никак не выглядели способными мирно сосуществовать целую ночь.
Тем не менее Сюй Чжао подхватил диванную подушку, прижал к груди и с уверенным видом изрек:
— Именно здесь, без проблем.
И не прошло и секунды, как добавил:
— Учитель Сяо Вэй, уже поздно. Занимайся своими делами и ложись отдыхать пораньше.
Это было вежливое изгнание. Вэй Хэцин не стал больше расспрашивать, уступил гостиную и ушел в гостевую спальню. Сюй Чжао застыл на месте, и лишь услышав тихий щелчок, резко расслабился. Чувствуя себя так, будто с него только что сняли смертный приговор, он отбросил подушку в сторону.
http://bllate.org/book/33461/4112056
Готово:
