Цю Юань: ……
На следующий день Мин Сы получил от Цю Юаня стопку книг и немного засушенных фруктов со сладостями.
Цю Юань бесстрастно произнес:
— Старший молодой господин велел вам больше читать и меньше предаваться пустым мыслям.
Хотя он уже давно знал, что Цю Юаня оставили подле него для слежки, это выглядело слишком нагло.
Мин Сы потерял дар речи, недобрым взглядом зыркнул на Цю Юаня, прижал книги к груди и нырнул внутрь экипажа.
Мин Сы не понимал, как Фу Цзин ухитряется сочетать такое равнодушие с такой дотошной заботой. В дальнейшем он редко видел Фу Цзина, и когда Мин Сы уже решил, что о нем вовсе забыли, тем же вечером Цю Юань привел пожилого лекаря.
Цю Юань сказал:
— Старший молодой господин услышал, что вы страдаете бессонницей, и велел мне отыскать лекаря, чтобы тот проверил ваш пульс.
Старый лекарь прописал Мин Сы успокоительное, вот только лекарство это оказалось чересчур сильным: ночью Мин Сы спал без снов, да и днем время от времени проваливался в сон.
Как раз из-за этого дневного сна и вышла заминка. Когда его разбудили, Мин Сы растерянно открыл глаза, сидя в карете, а за окном уже виднелись улицы Шэнцзина.
Слуга примерно его возраста с любопытством разглядывал его. На мальчишке была одежка из грубого полотна, выкрашенная в чайный оттенок; по вороту было заметно, что ткань довольно плотная, из-за чего легко одетый Мин Сы слегка задрожал, с опозданием ощутив прохладу северной осени.
— Вы ведь младший молодой господин? Утомились с дороги.
Мин Сы приподнялся, сообразив, что они уже в Шэнцзине:
— Ты кто?
Слуга лишь улыбнулся и промолчал, окинув Мин Сы оценивающим взглядом с ног до головы, после чего выскочил наружу быстрее ветра. Мин Сы отдернул занавеску и вышел, обнаружив, что его повозка припаркована у бокового входа. Вокруг никого не было, а Цю Юань, который то и дело присматривал за ним, неизвестно куда подевался.
-
В клан Фу Мин Сы завел седовласый старик сгорбленный, с редкими волосами, но очень доброжелательный. По дороге Мин Сы слышал, как остальные звали его дядя Го.
Старик привел его в небольшой и уединенный дворик. Было заметно, что в дворике навели порядок: все сияло чистотой, а черепица на крыше пестрела смесью новых и старых плиток, что наводило на мысль, будто здесь недавно делали ремонт.
Перед уходом Го Тайхун вручил Мин Сы жетон для беспрепятственного входа и выхода из поместья клана Фу и сказал:
— Глава клана уехал по делам из столицы и вернется примерно через полмесяца. Младший молодой господин пока поживет здесь, располагайтесь как дома. Если что-нибудь понадобится, можете обратиться в сад Ванюань к этому старому слуге.
Очутившись в клане Фу, Мин Сы снова натянул на себя маску. К счастью, здесь никто еще не видел его взбалмошным и строптивым, так что никто не нашел ничего странного.
Тогда он кротко поинтересовался:
— Позвольте спросить, дядя Го, где сейчас старший молодой господин? Я привез с собой вещь, которую оставил у него, и хотел бы вскоре ее забрать.
Го Тайхун покачал головой:
— Вот незадача. Старший молодой господин еще не вернулся. Докладывали, что он отправился в Гоцзыцзянь прямо с дороги. Он и так слишком долго задержался в пути, так что поехал туда даже без отдыха…
Го Тайхун помрачнел, а Мин Сы думал лишь о нефритовых четках, подаренных ему матерью, и от услышанного внутри него вспыхнула тихая злость.
Обычно он во всем проявляет осмотрительность, так почему же не вернул ему четки перед отъездом?!
Мин Сы мысленно стиснул зубы:
— Где же он живет?
— Старший молодой господин живет в Яочжи Чуньсинь, это далековато отсюда. Если спешки нет, дождитесь его возвращения через пару дней и тогда найдете его.
— Когда он вернется?
Го Тайхун задумался:
— Точных сроков возвращения старшего молодого господина нет. Иногда его не бывает по три-пять дней, а то и целый месяц. Он не подчиняется расписанию Гоцзыцзяня, но на этот раз, пожалуй, задержится чуть подольше.
Мин Сы: ……
Проводив Го Тайхуна, Мин Сы вышел на улицу, чтобы расспросить всех подряд о том, где находится Яочжи Чуньсинь.
Пройдя едва ли не по половине владений клана Фу, он наконец отыскал резиденцию Фу Цзина. Вот только охранявший ворота слуга оказался совсем юным, но при этом весьма суровым: едва услышав, что тот расспрашивает о Фу Цзине, мальчишка насторожился и тут же принялся беззастенчиво допрашивать гостя.
Не имея выбора, Мин Сы спросил:
— А позвольте осведомиться, господин Цю Юань сейчас здесь?
Пусть Цю Юань и казался холодноватым и излишне ворчливым, с ним все же было проще найти общий язык. Мин Сы впервые столкнулся с тем, чтобы у Фу Цзина в подчинении были столь заносчивые люди, и даже на мгновение удивился.
Дун Цин заступил дорогу, мешая Мин Сы заглянуть внутрь:
— А ты еще кто такой?
Мин Сы и сам не знал, как лучше преподнести свою особу. Он заискивающе улыбнулся и уже попытался протянуть слуге серебряную монету, как тот даже не взглянул на нее и с грохотом отшвырнул деньги прочь:
— Что за грязную дрянь суешь!
Ладонь Мин Сы осталась пустой, но на лице застыла прежняя улыбка:
— Я вернулся с юга вместе с вашим господином. Ваш хозяин забрал у меня одну вещь и до сих пор не вернул ее. Прошу вас послать кого-нибудь доложить о моем приходе.
— Так это ты тот самый… — Дун Цин оборвал себя на полуслове и раздраженно бросил: — Тогда жди здесь.
Створки ворот с грохотом захлопнулись. Мин Сы постоял немного в тишине, подумав, что Цю Юаня, судя по всему, тоже нет на месте, иначе при таком шуме он бы давно услышал его.
-
Вернувшись в свой дворик, Мин Сы обнаружил там двоих незнакомцев.
Мальчишка лет восьми-девяти в парчовой одежде и кожаных сапожках стоял во дворе, держа в руке засахаренные фрукты на палочке. Поодаль за ним следовал слуга — тот самый, что разбудил его сегодня в карете.
Мин Сы стоял у входа и смотрел, как ребенок носится по двору, раскидывая цветочные горшки и переворачивая столы со стульями. Слуга семенил следом за мальчишкой и причитал:
— Молодой господин! Молодой господин, осторожнее, ушибетесь!
Мальчишка скорчил слуге рожицу:
— Не твое дело! — с этими словами он на всех парах умчался со двора.
Мин Сы молча уступил дорогу. Ребенок на секунду замер перед ним, бросил вороватый взгляд и тихо выругался:
— Нищий, южный варвар.
Слуга виновато улыбнулся Мин Сы и бросился в погоню, продолжая выкрикивать имя мальчика.
Детские помыслы всегда просты и открыты. Наслушавшись сплетен, мальчишка принес с собой злобу, которая ранила больнее любого тайного клинка. Мин Сы окинул взглядом разгромленный двор и понял, что легкой жизни в ближайшие дни ждать не стоит.
Лишь спустя несколько дней Мин Сы узнал, что этот ребенок — старший сын второго господина клана Фу по имени Фу Цзычжун. Ходили слухи, что у него уже есть две старшие сестры, так что второго господина с большим трудом дождался появления на свет мальчика и с пеленок баловал его пуще прежнего.
Между вторым и старшим господином царил разлад, а Мин Сы оказался человеком, которого старший господин привез с собой со стороны. Связываться со старшим или вторым молодыми господинами они не смели, зато на Мин Сы отводили душу по полной программе.
Когда до Мин Сы дошло это обстоятельство, задиристый мальчишка вновь заявился в его дворик. На сей раз он свысока потребовал, чтобы Мин Сы встал на колени — он собрался кататься верхом.
Слуга по имени Лэ Лин, сопровождавший Фу Цзычжуна, с неловким видом глядел на Мин Сы, но даже не пытался вмешаться: какой с дворового слуги спрос на дела хозяев?
Лэ Лин тихонько произнес:
— Если вы не потакаете молодому господину, он жутко разозлится. Не могли бы вы…
Лэ Лин с опаской наблюдал за выражением лица Мин Сы. У юноши были утонченные черты лица и красивые персиковые глаза; когда он поднимал взгляд, казалось, что он неизменно улыбается. Вот и сейчас он выглядел донельзя мягким, сговорчивым и податливым человеком, с которым можно делать всё что угодно.
…Нищий с юга, прибившийся к сильному клану Фу, безродный пёс, виляющий хвостом в надежде на подачку.
Мин Сы мысленно дорисовал то, что эти люди думали о нем, и невольно усмехнулся. В глубине души у него поднялось странное, неуместное в его положении чувство гордости.
Заметив, что Мин Сы улыбается, Фу Цзычжун недовольно ухватил его за полу одежды:
— Эй, нищий! Чего лыбишься, а ну падай на колени!
Мин Сы смахнул пальцы Фу Цзычжуна со своей одежды, опустил взгляд на пухлое личико ребенка и неторопливо, с ленцой протянул:
— Как ты меня назвал?
— Нищий? Но раз ты живешь в том же поместье, что и нищий, кто ты сам? Ты ведь тоже нищий.
Фу Цзычжун опешил, а Лэ Лин, стоявший за спиной мальчика, тоже растерянно смотрел на добродушное выражение лица Мин Сы.
— Я слышал, твой старший дядя собирается усыновить меня. Если это правда, разве ты не должен назвать меня старшим братом? Старший брат — нищий, а кто тогда младший брат?
Лэ Лин не выдержал и попытался остановить его:
— Молодой господин, вы…
Мин Сы поднял на него глаза и прищурился:
— Что я?
Лэ Лин: ……
Сам Мин Сы ничуть не стыдился своего нищенского прошлого — во время скитаний в Чучжоу ему действительно доводилось побираться пару дней, однако для подобных богатых семей это звучало дико.
Мин Сы перевел взгляд на Фу Цзычжуна:
— Нищий.
Губы Фу Цзычжуна задрожали, он разинул рот, собираясь зареветь. Мин Сы помрачнел, подошел к калитке своего двора и запер ее на замок. К счастью, его резиденция находилась в глухой глуши, так что громкий плач Фу Цзычжуна не услышал бы никто посторонний.
Лэ Лин метался вокруг ребенка, словно на сковородке, со вздохами утешая мальчика и сердито топая ногами на Мин Сы.
— Довели молодого господина до слез! Уж вам-то за это не сдобровать!
Мин Сы холодно посмотрел на них, заслоняя выход собственным телом, и позволил бушующим внутри порывам улечься. Спустя мгновение он закрыл лицо ладонями и слегка сутулил плечи.
Когда Фу Цзычжун уже приготовился затянуть вторую партию плача, Мин Сы тяжело вздохнул, вытянул откуда-то из травы двух сцепившихся лапками кузнечиков и протянул вперед.
Мин Сы мысленно высмеял себя за глупость и неумение заступиться за собственную гордость, но присел на корточки и сунул насекомых прямо перед носом Фу Цзычжуна:
— Молодой господин, гляньте-ка, кто это?
Фу Цзычжун тут же умолк.
-
В конце концов он все-таки окончательно насолил Фу Цзычжуну. Обнаружив на следующий день, что ему принесли прокисшую еду, Мин Сы попробовал ложку, выплеснул помои, захватил свой жетон и покинул поместье клана Фу.
Мин Сы нашел себе подработку в городе.
Правда, возвращаться к старому ремеслу гадальщика он не стал — вместо этого устроился в чайную подавать гостям чай и угощения, заодно прислушиваясь к сплетням о столичной жизни.
Что же до Фу Цзина, то он, судя по всему, надолго обосновался в Гоцзыцзяне — от него не поступало ни единой вестки. Мин Сы возвращался туда каждый день, и каждый раз, узнавая, что Фу Цзин не вернулся, ощущал нарастающий прилив раздражения. Кожа на руках, только-только затянувшаяся в дороге, снова была разодрана им до кровоточащих ран.
В конце концов хозяин лавки заметил его пальцы и заявил, что таким видом тот распугает всех посетителей, после чего Мин Сы заставил себя немного сдерживаться.
Слуги в поместье исправно носили ему тухлую еду. Не заставая Мин Сы на месте, они, вероятно по чьему-то наущению, просто выливали баланду прямо у его порога, а порой и вовсе швыряли кирпичи в крышу, так что черепица у края карниза разлеталась на мелкие кусочки.
Мин Сы не злился из-за подобного обращения, однако каждый раз, выметая этот мусор по возвращении, невольно думал о бессмысленной трате. Хорошую еду нарочно доводили до гниения, чтобы подать ему; стоило ему отказаться от угощения, как они тут же придумывали новую пакость.
http://bllate.org/book/33321/4092780
Готово:
