Особых студентов было много, и дядя-владелец лавки и сам не понимал, почему с первого же взгляда запомнил Янь Хэ.
Янь Хэ сообразил на ходу и подал голос:
— Не я буду есть, это молодой господин Юнь из F4 хочет поесть.
Дядя на мгновение замер, заталкивая булочки в пластиковый пакет, и недоверчиво уставился на Янь Хэ:
— Кто хочет есть? Молодой господин Юнь? Тот самый молодой господин Юнь Сяо из F4?
Дядя бросил щипцы, подскочил к окошку и выглянул наружу — и впрямь заметил изумрудно-зеленый седан Пань Цзэ, на заднем сиденье которого смутно угадывалась какая-то высокая фигура.
— Нельзя! Разве могут F4 есть такие замороженные баоцзы с бульоном? Это же оскорбление для F4! — дядя развернулся и со всей решимостью завопил прямо в лицо Янь Хэ.
Так они и вправду были полуфабрикатами!
Услышав это, Янь Хэ сразу понял, что дело принимает дурной оборот: его конечная цель состояла в том, чтобы сделать завтрак в закусочной подешевле, а вовсе не в том, чтобы хозяин вообще перестал продавать баоцзы!
Дядя тут же бросился обратно к разделочному столу раскатывать тесто и на ходу бросил:
— Я сию же минуту сделаю порцию вручную и поставлю на пар!
Янь Хэ:
— ...
Твою мать! Обязательно было так нагло устраивать разделение по сортам?
Это же проклятый роман о престижной академии, где все преклоняются перед F4.
Дядя работал с невероятной скоростью: не прошло и минуты, как он вручную слепил порцию маленьких баоцзы и водрузил их на бамбуковую пароварку.
Пока Янь Хэ от нечего делать листал билеты для экзамена по ПДД, маленькие баоцзы как раз успели пропариться — прошло минут десять. Он заплатил шестьдесят восемь юаней, подхватил завтрак и направился к выходу из столовой.
Неизвестно откуда из недр столовой выскочила макака. Увидев пакет с баоцзы в руке Янь Хэ, она, словно у нее активировалась родовая память, тут же протянула лапу, пытаясь отобрать еду.
Янь Хэ испуганно отшатнулся, инстинктивно прикрывая пакет.
Хозяин закусочной высунулся наружу и преувеличенно громко завопил:
— Это баоцзы для молодого господина Юня из F4! Смеешь отбирать — жить надоело?
Если бы дикие животные были столь послушными, их бы не называли зверьми.
Тем не менее, этот самый братец из гор Эмей словно очнулся ото сна: он жадно облизнулся, со свистом взлетел на обеденный стол и скрылся.
Янь Хэ:
— ...А у него и впрямь развито человеческое понимание.
Животные в этой академии и правда те еще чудики.
Янь Хэ вернулся с баоцзы к роскошной машине, а Юнь Сяо, прищурившись, недовольно проворчал:
— Чего так долго за какими-то булочками ходил?
Янь Хэ улыбнулся:
— Молодой господин Юнь, ешьте, пока горячие.
Юнь Сяо подошел к делу с большой долей церемонности: перед тем как приступить, он сделал еще несколько снимков, отправил их кому-то и только после этого попробовал угощение.
Корочка у маленьких баоцзы с бульоном оказалась тонкой, начинка — обильной, а сам бульон — на редкость нежным. Юнь Сяо только надкусил булочку, как в рту тут же брызнул сок, и чувствительный кончик языка мгновенно онемел от обжигающего кипятка.
— Молодой господин Юнь, ешьте помедленнее, выплюньте сначала, — заметив, что тот явно никогда прежде не пробовал ничего подобного, Янь Хэ тут же протянул руку и похлопал его по спине. По телу разлилось легкое покалывание, побежавшее прямо к нервным окончаниям.
Янь Хэ воспользовался моментом, чтобы украдкой бросить взгляд на парня. Черт побери, на стандартной черной форменной одежде F4 изнутри шел узор из бледно-золотых скрытых нитей — если не присматриваться, разницу в упор не заметишь! Неудивительно, что раньше этот наряд показался ему куда более роскошным, чем их собственный!
Янь Хэ мысленно выругался, но при этом не забыл про свои обязанности подлизы и подтянул пакет для мусора прямо под лицо Юнь Сяо.
Юнь Сяо торопливо сплюнул в пакет, слегка приоткрыв обветренные и обожженные губы. Янь Хэ, с трудом сдерживая улыбку, поинтересовался:
— Молодой господин Юнь, еще будете?
Юнь Сяо распробовать-то толком ничего не успел, так что, конечно, собирался продолжить.
Руководствуясь принципом относиться к платящему боссу как к божеству, Янь Хэ взял одноразовые палочки, подцепил ими баоцзы, сдвинул защитную маску к самому подбородку и, словно успокаивая маленького ребенка, легко подул:
— Остужу, тогда съедите.
Юнь Сяо раньше уже видел Янь Хэ и всегда знал, что этот сын водителя весьма неплох собой, но новая встреча заставила его сердце забиться быстрее.
Кожа у Янь Хэ была очень белой, прямо как тончайшее тесто тех баоцзы, и сквозь нее проступал легкий розоватый оттенок.
Поскольку Янь Хэ стоял лицом к Юнь Сяо, Пань Цзэ из водительского кресла ничего не видел и от нетерпения сгорал, ожесточенно скребя голову за ушами.
Ощутив легкое тепло у губ, Юнь Сяо пришел в себя и небольшим кусочком откусил бульонный баоцзы — внутри уже не так сильно обжигало.
Его боковой взгляд скользнул по влажным, персикового цвета губам Янь Хэ, и в голове внезапно мелькнула мысль: баоцзы были слишком горячими, и их пришлось остужать, но ведь и его собственный язык тоже обпекло — нельзя ли подуть и на него?
Эта слегка сладострастная звериная мысль вырвалась наружу, и Юнь Сяо почувствовал раздражение. Из-за участившейся в последнее время звероморфности его эмоциональный фон стал нестабильным, и животные инстинкты, судя по всему, взяли верх. Да и мысль эта казалась донельзя извращенной.
Юнь Сяо торопливо опустил голову и съел еще два баоцзы подряд, после чего его брови постепенно сошлись на переносице:
— Что-то жирновато.
Услышав это, Пань Цзэ уставился на оставшиеся баоцзы так, что у него глаза засияли:
— Молодой господин Юнь, я бы...
Разве мог Юнь Сяо не знать повадок гиен? Он тут же отвесил пинок по спинке сиденья и выругался:
— Катись, хватит строить несбыточные мечты перед моим носом!
Янь Хэ снова натянул маску и пребывал в некотором недоумении: в конце концов, Пань Цзэ тоже был молодым господином из богатой семьи, так с чего вдруг ему так нравилось подбирать объедки за другими? Что за странная причуда?
Впрочем, возможно, всё дело было в том, что он являлся главным безумным фанатом F4.
Юнь Сяо велел всё убрать и, с раздражением уставившись на Янь Хэ, спросил:
— Ты что, и по утрам питаешься вот этим?
Янь Хэ мысленно усмехнулся: когда в прошлой жизни он пахал как офисный раб по системе девять-девять-шесть, разве мог он позволить себе завтрак за шестьдесят восемь юаней?
К тому же, молодой господин ел булочки, слепленные хозяином вручную, — это было куда чище, гигиеничнее и лучше любых замороженных полуфабрикатов.
Заметив, что Янь Хэ промолчал, приняв это за знак согласия, Юнь Сяо почувствовал смутную тяжесть на душе. Разве это жизнь, которую может вести человек? Они-то способны принимать облик зверей, а дикие хищники и вовсе боготворят всё свежее.
Видя хмурый вид Юнь Сяо, Янь Хэ поспешно произнес:
— Простите, молодой господин Юнь, я всего лишь особый студент и могу ходить только в первую, вторую и третью столовые. В те столовые, куда вы обычно ходите, меня не пустят, так что я никак не мог принести вам завтрак из элитного ресторана.
Таков был жестокий клановый порядок Академии Бестиа, напоминавший пищевую цепочку в мире диких животных: уровень Идентификационная табличка определял абсолютно всё, включая еду.
Услышав это, Пань Цзэ едва не расплатился слезами: он-то таскал ему дорогие завтраки из элитных ресторанов, а молодой господин Хэ на них даже не смотрел!
Юнь Сяо прикоснулся одной рукой к подбородку, и его оценивающий взгляд упал на медно-красную Идентификационная табличка на левой стороне груди Янь Хэ. Парень слегка помрачнел:
— И правда, тут есть определенные неудобства.
Янь Хэ кивнул: да уж, конечно. Поэтому сегодняшний поход за завтраком для хозяина лавки был лишь проявлением усердия в первый день испытательного срока, и впредь его наверняка не станут заставлять этим заниматься, верно?
Юнь Сяо извлек из кармана брюк черно-золотую карту и протянул ее Янь Хэ.
Янь Хэ не совсем понял, что это значит, но выглядела вещь невероятно круто, особенно учитывая выбитое на ней изображение необычайно мощного орла.
Благородный старший молодой господин F4 не желал ничего объяснять, поэтому перевел взгляд на Пань Цзэ.
Глаза у Пань Цзэ и без того были небольшими, но это не мешало им в последнее время расширяться от частого вылупливания.
Пань Цзэ чуть не покраснел от зависти, его дыхание участилось:
— Эту... Это же эксклюзивный пропуск молодого господина Юня! Проведя им, можно проходить куда угодно на территории Академии Бестиа!
Академия Бестиа занимала колоссальную площадь, и обычным студентам путь во многие места был заказан. Не говоря уже об элитных ресторанах — взять хотя бы химическую лабораторию: поскольку там хранилось множество едких химических реактивов, даже Пань Цзэ был вынужден подавать заявку учителю, чтобы пользоваться ей в одиночку, в то время как F4 могли просто провести картой.
Во всей академии лишь F4 обладали столь исключительными привилегиями.
Стоило вспомнить, как Юнь Сяо обращался со своими подпевалами, а затем вспомнить его прежнего главаря — молодого господина Шэня, — и Пань Цзэ захотелось разрыдаться в три ручья.
Оказывается, ему вовсе не казалось, это молодой господин Шэнь и вправду был таким жмотом!
Пара серо-стеклянных глаз Янь Хэ над маской мгновенно заблестела, и он выпалил:
— А на ней есть деньги?
Юнь Сяо:
— ...Денег нет.
Пань Цзэ:
— ...!!
Он посмел сравнить пропуск F4 с такой вульгарной вещью, как деньги! В тот момент желание Пань Цзэ занять место подле хозяина достигло своего пика.
Услышав, что денег на карте нет, Янь Хэ вовсе не разочаровался. На самом деле, между работником и боссом всегда должна сохраняться финансовая дистанция.
Нет денег — и не надо, он думал лишь о том, что теперь наконец сможет сдать Идентификационная табличка Пань Цзэ в химическую лабораторию на переплавку и выручить за это целых семь-восемь тысяч юаней!
Юнь Сяо добавил:
— Проведешь пропуском — расходы запишут прямо на мой счет.
Не слишком ли опрометчиво отдавать столь важный пропуск Янь Хэ, этому новоиспеченному помощнику-подлизе?
Юнь Сяо уставился на сияющие глаза Янь Хэ, но быстро нашел себе оправдание:
Янь Хэ ведь не знает, что каждый раз, когда он воспользуется пропуском, тотчас же придет уведомление с координатами, позволяющее держать под жестким контролем все его перемещения.
Юнь Сяо и самому было интересно: станет ли Янь Хэ использовать его карту для походов в чужие зоны или же он достаточно сообразителен и усерден?
Проверка человеческих качеств помощника с помощью одной лишь черно-золотой пропуска — сделка вполне выгодная.
Бедняга Янь Хэ уже был полностью в его власти!
Юнь Сяо испытал необычайное чувство гордости.
*
[Юнь Сяо]: Спасибо хорошему другу за подсказку, я отбил свой завтрак [картинка]
В самом дальнем углу химического корпуса Хэ Тин стянул перчатки, обнажив руки с отчетливо выступающими суставами, и ткнул в всплывшее окошко WeChat, чтобы посмотреть сообщение, отправленное Юнь Сяо с десяток минут назад.
Прислонившись боком к лабораторному столу, он неторопливо открыл приложение Мягкий Зверь — в форуме, как и ожидалось, вовсю обсуждали визит Юнь Сяо на собрание первокурсников в Третий большой зрительный зал.
Там же были выложены размытые снимки, сделанные студентами исподтишка. На одном из них Хэ Тин сразу же заметил Янь Хэ, послушно сидевшего посреди двух крупных хищников. Тот выглядел кротким и донельзя покорным — прямо как простофиля, которого можно до смерти напугать парой угроз.
На фотографии парень выглядел совершеннейшим миротворцем, хотя вполне мог оказаться причиной конфликта, и оттого казался даже несколько раздражающим.
Должно быть, тот самый мелкий подлиза по имени Янь Хэ снова купил Юнь Сяо баоцзы с бульоном, и Юнь Сяо вернул себе лицо.
Хэ Тин легко коснулся экрана пальцем и перешел в чат приложения Мягкий Зверь.
[Пользователь 15737:.]
Это сообщение он отправил Янь Хэ еще час назад, но ответа так и не получил. Последней репликой от Янь Хэ по-прежнему оставалось автоматическое уведомление о зачислении средств.
Хэ Тин:?
Деньги принимать он горазд, а на сообщения отвечать не умеет?
Глава 10
Юнь Сяо пребывал в прекрасном расположении духа и остался весьма доволен решением прислать ему в помощники этого паренька.
Проявление заботы о подчиненном — долг любого квалифицированного лидера ради поддержания собственного имиджа. Юнь Сяо покосился на сумку через плечо, которую носил Янь Хэ: на ней зияла прореха, сквозь которую проглядывал скудный скарб.
— Что за дрянную сумку ты носишь?
Услышав это, Пань Цзэ до смерти испугался, что Янь Хэ начнет жаловаться, и тут же встрял:
— Молодой господин Юнь, это я случайно порвал ее, я куплю Янь Хэ новый рюкзак.
http://bllate.org/book/33295/4088485
Готово:
