Эти богатые старшекурсники снисходительно явились к особым студентам, чтобы вручить им подарки, проявив тем самым величайшую милость, а те теперь еще и воротят нос?
Один из них ткнул указательным пальцем в плечо Бай Юйчжоу и многозначительно усмехнулся: — А ты у нас мастак влипать в неприятности.
Еще бы! Главный-то у нас — хрупкая овечка Чу Юйсюнь, способная в будущем бросить вызов самой четверке F4.
Бай Юйчжоу молча сжал губы, а Янь Хэ уставился на две идентификационные таблички в руках старшекурсника, пытаясь сгладить углы: — Старший товарищ, а идентификационную табличку нужно носить постоянно? Если потеряешь, её можно восстановить?
Старшекурсник отвёл взгляд, протянул Янь Хэ коробочку с табличками и с улыбкой ответил: — Можно. Вот только за повторное изготовление придётся платить из своего кармана, а готовую табличку выдадут самое раннее через три дня. Я слышал, Пань Цзэ уже подал заявку на восстановление.
Эта последняя фраза прозвучала как ненавязчивое напоминание Бай Юйчжоу о том, что стоило ему только поступить в академию, как он тут же насолил богатому мажору, да еще какому — главному прихвостню F4.
Из-за вырвавшихся у него рвотных масс Пань Цзэ не только выбросил ту форму, но и из-за развитого звериного нюха стал еще острее реагировать на запахи. Он даже брезговал табличкой, висевшей у него на левой стороне груди, посчитав её пропахшей мерзким душком какого-то ничтожного особого студента, и в итоге просто выбросил её вместе со всем остальным.
Бай Юйчжоу ничего не ответил.
Идентификационная табличка в его руке отливала червонным золотом, на ней было выбито имя Янь Хэ, и весила она совсем немного.
Янь Хэ перевёл взгляд с медной таблички в своей руке на бледно-золотую табличку на груди старшего товарища и вдруг вспомнил, что все идентификационные таблички в академии делятся на четыре категории по металлам: золото, серебро и бронза!
Особые студенты занимают низшую ступень, поэтому носят таблички из червонной меди. Они ничего не стоят, но вот золотые таблички — совсем другое дело...
И бледно-золотые, и чёрно-золотые таблички содержат в себе золото, просто у бледно-золотых его проба несколько ниже.
Нынешние цены на золотишко взлетели до небес, перевалив за отметку в восемь сотен за грамм. В бледно-золотой табличке весом чуть больше десятка граммов, даже при чистоте в семьдесят пять процентов, кроется неплохой навар! Для богатых наследников такие копейки — сущие пустяки, но для особого студента это целое состояние.
Если сейчас пойти и подобрать выброшенную Пань Цзэ табличку, а потом выделить металл в студенческой лаборатории, это же чистая халява!
Старшекурсник заметил, что Янь Хэ разглядывает его табличку. В этой академии нет места человечности — здесь царят лишь звериные законы джунглей и жестокая иерархия, поэтому зависть особого студента к его бледно-золотой табличке выглядела вполне естественно.
Старшекурсник многозначительно произнес: — Младшие товарищи, если представится возможность, мы поможем и вам заполучить таблички более высокого ранга.
Это был и намёк, и протянутая рука помощи.
Внутренний мир Янь Хэ встрепенулся. Стоило старшекурсникам удалиться, как он тут же забыл про отдых и принялся обуваться.
Бай Юйчжоу хотел что-то сказать, но промолчал и в итоге лишь проводил Янь Хэ взглядом, когда тот решительно выскочил из комнаты.
Последний автобус специального маршрута уже ушел, а общего велопроката на территории академии не было. Янь Хэ уговорил дедушку-коменданта одолжить ему крошечный электромопед, оседлал его, выкрутил ручку газа до отказа и на всех парах помчался к воротам академии.
Если опоздает и кто-нибудь другой подберет табличку, он себе этого не простит.
Стоило зайти речи о том, чтобы стелиться ковриком перед F4, как Янь Хэ начинал увиливать; но когда дело коснулось бесплатного золота — он был готов ползти туда, даже если у него сорок градусов жары!
Подгоняемый вечерним лёгким ветерком, Янь Хэ почти час крутил педали — вернее, мчал на электромопеде — и наконец добрался до ворот академии. Высокие железные решетки напоминали неприступную стену, разделяющую внутренний мир академии и внешний на две разные реальности.
Янь Хэ обшарил кусты и обнаружил комплект кислым душком пропахшей форменной одежды академии, к которой всё ещё была приколота бледно-золотая табличка с выгравированным именем Пань Цзэ.
Янь Хэ немедленно снял её, взвесил на ладони — если её переплавить, чистая прибыль в семь-восемь тысяч была у него в кармане.
Благодарю тебя, щедрый бог богатства Пань!
Янь Хэ протёр табличку влажной салфеткой, сунул в карман брюк и тут же услышал доносящийся со стороны Каменной часовой башни гулкий бой часов.
Ой, чуть про молодого господина Юня не забыл.
Включив внутривузовский навигатор, Янь Хэ покатил на электромопеде к точке, которую прислал Юнь Сяо.
Уровень озеленения на территории Академии Бестиа поражал воображение. Следуя подсказкам навигатора, он петлял под сенью раскидистых деревьев, то и дело замечая, как в ветвях мелькают обезьяны.
— И куда теперь ехать? — Янь Хэ остановился, поставив одну ногу на подножку мопеда, и принялся водить тонкими пальцами по экрану смартфона.
Навигатор толком ничего не объяснял, никаких указателей по пути тоже не попадалось, и Янь Хэ отчаянно жаждал встретить хоть кого-нибудь, чтобы спросить дорогу.
— Ах... о-о-ох, братик, как же хорошо...
Из чащи донеслись то ли блаженные, то ли мучительные стоны мужчины вперемешку с рычанием какого-то свирепого зверя. Рука Янь Хэ, державшая телефон, резко замерла, а скрытое под маской лицо невольно исказилось в гримасе боли.
Гребаные педики!
Янь Хэ крутанул ручку газа и наугад свернул на первую попавшуюся тропинку. К счастью, фортуна была на его стороне, и он сразу выехал на верную дорогу.
В сгущающихся сумерках перед ним предстала двухэтажная европейская вилла вполне приличных размеров. Вход был застелен роскошным темно-красным персидским ковром, низкую ограду обвивали кусты нежно-розовых роз, лепестки которых разносил ночной ветер, наполняя воздух густым, насыщенным ароматом.
Прибыл!
Янь Хэ смутно различил за арочным панорамным окном чью-то мечущуюся туда-сюда фигуру, излучающую крайнее раздражение.
Бросив взгляд на часы, он понял, что до истечения трёхчасового дедлайна, назначенного Юнь Сяо, оставалось ровно десять минут. Что ж, можно было еще немного потянуть время.
Аккумулятор мопеда почти разрядился, и Янь Хэ хотел сначала раздобыть розетку для подзарядки.
Юнь Сяо, видимо, заранее внес его биометрические данные в систему, так что Янь Хэ без труда провёл мопед на территорию небольшого сада в зоне отдыха.
Сад пестрел всевозможными сезонными цветами, чей приторно-сладкий аромат буквально бил в нос. Сразу за садом раскинулась густая бамбуковая роща, на влажной земле которой то и дело попадались следы лап каких-то неведомых животных.
Однако странным было то, что хотя эта зона отдыха для членов F4 пряталась в самом сердце академии, в ветвях не шныряли привычные макаки и не было слышно других живых существ.
Словно эту территорию пометил более сильный хищник, и обычное зверье не смело здесь хозяйничать.
Янь Хэ особо не раздумывал над этим, списав всё на магию больших денег.
К разочарованию Янь Хэ, розеток для зарядки он так и не обнаружил, зато наткнулся на зрелище, повергшее его в шок.
Там стояла огромная железная клетка, прутья которой были толщиной в два человеческих пальца. Внутри неё свернувшись калажом лежал огромный тигр с гладкой, шелковистой шерстью! У него была крупная круглая морда, а по спине вились переплетенные полосы желтовато-коричневого, белого и черного цветов. Если бы не гигантские размеры, он походил бы на какого-то гигантского золотистого котика.
Янь Хэ не слишком разбирался в животных и понятия не имел, к какому именно виду принадлежит этот тигр.
Зверь лежал в клетке с закрытыми глазами, тихо и мирно, его мягкий пузатый бок мерно вздымался в такт дыханию — казалось, он спал.
Со всех сторон повеяло необъяснимой опасностью. Янь Хэ слегка занервничал, хотя паники не было.
Куда сильнее было удивление.
Еще в прошлой жизни, работая на хозяина, он знал, что богатеи любят держать хищников, чтобы подчеркнуть свой статус, но он и представить не мог, что Юнь Сяо заведет себе тигра!
В такого рода аристократических романах власть финансовых магнатов непоколебима, так что Янь Хэ даже не пытался задумываться о том, как именно Юнь Сяо умудрился легально обзавестись тигром.
В прошлой жизни Янь Хэ видел в коротких видеороликах блогера, который содержал тигра. Тот держал белого бенгальского тигра с чистым взглядом глупого котенка, умудрявшегося чуть не отдать концы из-за того, что у него застрял в горле кусок бескостного мяса.
Впрочем, каким бы бестолковым он ни был, тигр остается тигром, и завести такую зверюгу действительно круто и статусно.
Почему же ему самому не выпадает шанс сыграть хоть в паре эпизодов такого задорного сериала?
Раз между ними была клетка, смелости у Янь Хэ прибавилось — против мощи технологий не устоит ни один дикий зверь.
В детстве Янь Хэ бывал в зоопарке, и тогда за каких-то двадцать юаней дети могли сфотографироваться с тигренком, но родители пожалели денег и отказались.
Шерсть тигра перед ним блестела словно лучший атлас; он выглядел истинным владыкой гор, вернувшимся духом дикой природы, и не имел ничего общего с жалкими, замухрышистыми тощими тиграми из зоопарка.
Янь Хэ уставился на зверя. Трогать его он, конечно, не рискнул, но решительно достал смартфон, переключился на камеру и задумал сделать парочку селфи на фоне тигра, отгороженного прутьями.
Слух у хищников развит в разы лучше, чем у обычных людей. Хэ Тин только-только вернулся из дисциплинарного зала и теперь обессиленно лежал в клетке, пытаясь восстановить силы.
Однако прямо над ухом раздавался непрерывный, назойливый треск — парень яростно щелкал кнопкой затвора.
Бесит.
Как же это бесит.
Внезапно на экране телефона в объективе камеры пара пронзительных золотых глаз пырнула смертоносной жаждой убийства, напоминая чистейший янтарь. Этот взгляд то ли предупреждал, то ли угрожал.
Сердце Янь Хэ пропустило удар, и он замер всем телом.
Хэ Тин холодным взглядом буравил затылок Янь Хэ. Инстинкт выживания в дикой природе подсказывал: когда хищник берет жертву на мушку, хрупкое создание должно либо оцепенеть, либо немедленно броситься наутек.
Янь Хэ не сделал ни того, ни другого. Мало того, что не сбежал — он принялся фотографировать еще усерднее.
— Так, глаза сделай пошире, прими позу побрутальнее, я сделаю еще пару кадров и пойду работать тут их домашней собачкой.
Щелчки затвора не прекращались, а парень в защитной маске все не унимался, требуя, чтобы обитатель клетки сменил ракурс.
Мысли Янь Хэ: клетка же заперта, чего тут бояться?
Хэ Тин: «...»
Откуда в академии взялся этот трепло?
Огромная лапа амурского тигра случайно задела внутри клетки какой-то рычаг, и решетка со скрипом отворилась.
Мощная, усеченная смертоносными когтями тигриная лапа вальяжно высунулась наружу и легла прямо на плечо Янь Хэ, тяжело придавив его, словно сорвавшаяся с гор каменная глыба.
Треск селфи-камеры мгновенно оборвался, да и сам голос застрял в горле.
Зрачки Янь Хэ сузились до точек: ...У какого идиота замок тигриной клетки находится изнутри?!!
Огромная тигриная голова с отчетливым узором на лбу неторопливо высунулась из распахнутой клетки, тесно прижавшись к дрожащей руке Янь Хэ.
Хэ Тин уставился на телефон Янь Хэ, который всё еще был в режиме камеры, разглядывая парня на экране.
Ну как поза? Нравится?
Глава 5
Щелкай. Чего замер?
Хрупкое плечо под тяжелой тигриной лапой крупно дрожало. На подушечках лап Хэ Тин после дисциплинарного зала еще не зажили ранки, и сочащаяся сукровица легко замарала плечо Янь Хэ. Ярко-красные, режущие глаза капли крови покатились по хрупкой, беззащитной лебединой шее югра, падая на ключицу и продолжая раззадоривать и без того нестабильную нервную систему амурского тигра.
На мгновение Хэ Тин потерял рассудок: от внезапно вторгшегося в комнату юноши исходил тончайший аромат, казалось, просачивающийся из самой его белоснежной кожи, в который примешивался едва уловимый смрад других зверей.
http://bllate.org/book/33295/4088476
Готово:
