Готовый перевод Ordinary Worker in a Strange World / Обычный работяга в мире кошмаров: Бесконечные будни: Глава 12

Разговаривая, старушка резким прыжком рванулась вперёд.

Бай Е отлетел назад, рухнув рядом со столом, и скривился от боли.

— Ой, больно!

Рука онемела.

— Ах ты злыдень, негодная тварь, яви-ка свой истинный облик!

Старушка спрыгнула с кровати, опустилась на все четыре конечности и в упор уставилась на человека перед ней.

Бай Е поднял голову: глаза у старушки были ясными и чистыми, в них не было ни капли злобы или свирепости, и всё же его пробрал жуткий страх.

Еще бы — заглянув в ее зрачки, он… он вдруг увидел, что… сам изменился?!

Что за чертовщина?

Бай Е невольно вскинул руку, намереваясь потрогать лицо, но вместо этого заметил, что его собственные человеческие пальцы превратились в лапы.

На них торчала белая шерсть, причем довольно длинная.

— Тетя Яо? Я?

— Ах ты злыдень, да ты же та самая белая шерсть, что придавлена к земле под горой Айлау! Сбежал в мир людей творить бесчинства, но сегодня я тебя усмирю, так что сдавайся без боя!

Мозг Бай Е заклинило, и в следующую секунду он, кубарем скатившись с кровати, выбежал в гостиную и принялся лихорадочно шарить глазами, пока наконец не заметил зеркало.

Подняв его, он увидел, что его собственную голову венчает огромная собачья башка, которая вовсю мотала из стороны в сторону.

Мало того, два собачьих уха забавно подрагивали.

Густая и длинная белая шерсть сияла ослепительной гладкостью.

Не будь это его собственным отражением, Бай Е, пожалуй, даже восхитился бы таким образом. Но загвоздка была в том, что он из нормального человека превратился в какую-то собаку.

Какая напасть!

Небеса!

Ни в какой службе поручений не предупреждали, что придется менять обличье!

И что, ради этого нужно идти на такие жертвы?

Бай Е повертелся перед зеркалом, мучительно принимая суровую реальность своего превращения в пса.

Тяжело вздохнув, он все же подхватил сумку и вернулся в спальню:

— Тетя Яо, давайте-ка в больницу.

На этот раз старушка на удивление послушно кивнула.

Правда, по дороге в больницу она наотрез потребовала привязать к Бай Е веревку, заявив, что это необходимо для предотвращения побега.

Все споры Бай Е оказались безрезультатными, и ему пришлось выторговать хоть какую-то уступку: он перенес узел с шеи на талию, а затем с помощью той же веревки накрепко примотал к себе саму старушку.

Иначе, пока электроскутер катит куда-нибудь на середину пути, она возьмет да и сиганет на ходу.

— Тетя Яо, держитесь крепче, мы трогаемся.

Надев шлем — с торчащими наружу собачьими ушами, — Бай Е рванул с места, мчась со скоростью ветра.

То ли из-за превращения в пса, то ли по какой-то другой причине, но его зрение невероятно обострилось, позволяя видеть всё на огромном расстоянии; слух тоже усилился, так что шепот прохожих далеко впереди отчетливо долетал до его ушей.

Конечно же, громче и яснее всего доносилось бормотание старушки у него за спиной.

— Белобрысый, следуй за мной покорно, усердно постигай Дао, чтобы стать человеком.

— Белобрысый, я специально спустилась ради тебя с гор, а когда всё закончится, ты уйдешь со мной в уединение среди диких полей.

— Белобрысый…

— Тетя Яо, давайте вы сначала съездите со мной в больницу, а обо всем остальном поговорим после осмотра.

Бай Е прервал бормотание у себя за спиной — делать было нечего, привыкнуть к прозвищу Белобрысый он пока никак не мог.

Через полчаса электроскутер припарковался у Шестой психиатрической больницы.

Бай Е развязал веревку, после чего принялся мягко уговаривать старушку войти внутрь вместе с ним.

Стоило им переступить порог больничных ворот, как из кармана раздался голос автоинформатора: Служба поручений Силэмо напоминает: первый этап вашего задания выполнен, вы прибыли в больницу вовремя. Теперь, пожалуйста, помогите клиенту взять талон и пройти к врачу. Желаем приятной работы.

Бай Е глянул на телефон: на экране и вправду красовалась маленькая стрелочка, сигнализировавшая о завершении первого шага. Тут же запустился второй этап, отсчитывающий ровно четыре часа — иными словами, у него было ровно четыре часа, чтобы довести клиента до врача.

Вместе со старушкой Бай Е двинулся вглубь здания, чувствуя смутное недоумение: талончики ведь были заказаны заранее, да и госпожа Яо уверяла, что они идут в самом начале очереди, так что на всё про всё ушел бы максимум час. С чего вдруг дали целых четыре часа?

— Белобрысый, куда это мы направляемся?

Не успели они пройти и пары шагов, как старушка заартачилась и замерла на месте с угрюмым видом. Ее недавний приподнятый настрой куда-то испарился, сменившись вялым, поникшим состоянием.

Бай Е понятия не имел, чем именно умудрился расстроить старушку, но всё же мягко произнес:

— Тетя Яо, давайте еще немного потерпим, как только зайдем в холл, я сразу усажу вас на скамейку.

Подумав секунду, он счел эту идею не самой лучшей.

Если оставить человека сидеть в одиночестве, а самому пойти за талоном — а вдруг она убежит?

В больнице он никого не знает, мало ли что здесь может произочиться.

Поэтому он тут же поправился:

— Тетя Яо, идите за мной, мы вместе возьмем талон, а потом я отведу вас к доктору.

Старушка ничего не ответила, бессмысленно глядя то в небо, то под ноги, растерянная и дезориентированная.

Бай Е вздохнул и, продолжая поддерживать ее под руку, двинулся дальше. Добравшись до регистратуры, он немедленно встал в очередь к терминалу выдачи талонов.

Очередь оказалась небольшой, перед ними стояло всего человека три-четыре.

Бай Е с облегчением выдохнул и уже собирался немного перевести дух, как рядом раздался пронзительный визг.

От неожиданности он отшатнулся назад, потянув за собой старушку, и, резко обернувшись, увидел, что тело человека, стоявшего в соседней очереди, неестественно изогнулось, а жуткие визгливые звуки исходят прямо из его горла.

— Что здесь происходит?

Бай Е испуганно огляделся и принялся махать руками:

— Охрана, охрана! Тут ЧП!

Охранники преспокойно стояли у входа, механически проверяя вещи входящих, словно они все разом оглохли.

Остальные посетители, стоявшие поблизости, тоже никак не реагировали.

Казалось, припадок человека перед ними был самым заурядным, обыденным делом.

Но Бай Е не мог оставаться в стороне. Видя, как несчастный рухнул на пол в конвульсиях, он тут же бросился вперед, чтобы оценить обстановку.

— Только бы не эпилепсия… И что теперь делать, как же…

Бай Е остолбенел.

Никакого человека перед ним больше не было — на полу извивался длинный и безобразный хорек.

Зверёк катался по земле, словно его невидимо хлестали плетью, издавая непрерывный визгливый писк. Наконец, выбившись из сил, он распластался на полу, тяжело и прерывисто дыша.

— Ты…

— Пх-х…

Гнилостная волна ударила в нос, поднимаясь кверху бледно-желтым облаком, и в мгновение ока воздух вокруг терминала выдачи талонов оказался напрочь испорчен.

Хорек пустил газы!

Стоявший ближе всех Бай Е не успел среагировать и вдохнул эту отвратительную смесь полной грудью, отчего его голову тут же заволокло туманом.

Перед тем как потерять сознание, он из последних сил попытался повернуться, чтобы проверить, где старушка, и сквозь пелену в глазах заметил, как та машет руками, выписывая какие-то шаманские пассы.

…

Бай Е очнулся от галдежа: вокруг стоял такой невообразимый шум, будто десятки тысяч уток собрались прямо над его ухом и принялись огласительно гоготать.

Распахнув глаза, он уткнулся взглядом в зеленоголовую утку, которая продолжала истошно орать.

Значит, это не галлюцинация?

Утка? Откуда здесь вообще утки?

Погодите-ка! Разве он не в больнице?

А как же старушка?!

Бай Е резко подскочил с пола, бешено озираясь в поисках старушки.

От увиденного у него перехватило дыхание.

Больница оставалась той же самой психбольницей, но все пациенты и сопровождающие, которые только что снужали туда-сюда по вестибюлю, куда-то испарились.

Теперь по всей больнице сновали сплошные животные.

Мимо него, оглашая холл криками, прохаживалась зеленоголовая утка; у терминала выдачи талонов, встав на передние лапы, остервенело колотила по кнопкам маленькая овечка; а у окна шумно пререкались две куропатки…

Бай Е перевел взгляд на вход в регистратуру: на месте, где раньше стоял охранник, теперь красовался бурый медведь.

В лапе косолапый держал железный прут, время от времени тыча им в проходящие через рамку рюкзаки и басом заявляя:

— Безопасно, проходи.

Бай Е замер в растерянности, судорожно соображая. Поверить в это было трудно, но реальность не оставляла выбора.

Точно так же, как и он сам, превратившийся в белого пса, все люди в психиатрической больнице обратились в животных.

Но почему?

С чего вдруг все вокруг изменились?

Может, на самом деле он устроился вовсе не в сопровождение больных, а в какой-то специализированный зоопарк?

— Ладно, сейчас не до размышлений, важнее отыскать старушку.

Отогнав странные мысли, Бай Е принялся рыскать среди животных в поисках знакомого силуэта.

Этот не похож.

И этот тоже не тот.

Обежав вдоль и поперек оба этажа, он не нашел даже следа.

Привалившись спиной к стене и обхватив голову руками, Бай Е застонал от головной боли:

— Теперь-то мне понятно, почему на осмотр отвели аж четыре часа. На поиски одной только старушки уйдет часа три.

И что теперь делать со всей этой разношерстной, дикой и опасной живностью?

— Служба поручений Силэмо напоминает: до окончания времени приема вашего клиента осталось два часа. Пожалуйста, поторопитесь.

Бай Е ошеломленно замер, силясь осмыслить услышанное. Два часа?

Только что, когда он ворвался внутрь, объявляли о четырех часах.

Достав телефон, он проверил таймер: обратный отсчет и вправду отмерял меньше двух часов.

Переварив информацию, он испытал смесь беспомощности и неверия:

— Получается, я бессовестно провалялся врубике целых два часа?!

Два часа!

Бай Е боялся даже представить, куда могла забредянуть старушка за это время.

Он невольно покосился на главный вход — а вдруг она уже убежала на улицу?

— Конец, мне конец. О гонораре можно забыть, но если старушка потеряется, госпожа Яо меня живьем сожрет.

Аномалия… если она решит убить его, то…

Стоять на месте он больше не мог. Сгорая от паники, Бай Е бросился к выходу — ему во что бы то ни стало нужно найти старушку, его клиент не должен пропасть.

Едва добежав до дверей, Бай Е уткнулся в преграду: путь ему преградил бурый медведь.

Преградив дорогу железным прутом, тот рявкнул свирепым голосом:

— Не закончил лечение — не смей выходить!

— Командир, что это значит?

— Проваливай назад, продолжай лечение.

Но вместо испуга Бай Е почувствовал лишь надежду. Схватив медвежью лапу, он выпалил:

— Командир, вы хотите сказать, что те, кто пришел сюда лечиться, не смогут выйти, пока не пройдут осмотр? И это касается абсолютно всех? И больных, и сопровождающих — никто не может уйти, верно?

Видимо, поднятый шум утомил медведя, и тот соизволил пояснить:

— Верно. Только получив от врача заключение с диагнозом, можно покинуть больницу с документом на руках. А теперь марш обратно лечиться.

Очевидно, косолапый принял самого Бай Е за буйного пациента.

http://bllate.org/book/33261/4083709