Все говорят, что истинный облик Сици — это роскошь и праздность.
Люди чокаются бокалами, ведут непринужденные беседы и смеются. Дамы облачены в великолепные вечерние платья, господа — в сшитые по фигуре дорогие костюмы, и каждый, укутавшись в мантию показной роскоши, шныряет туда-сюда по этой грандиозное ярмарке тщеславия.
Безо всяких сомнений, Чэнь И был среди них самым чужеродным элементом.
Даже в дорогом костюме он выглядел так, будто забрёл сюда случайно, и даже наряд казался взятым напрокат. Лишь его заурядная, но миловидная внешность соответствовала подобной обстановке, составляя разительный контраст с сопровождавшим его молодым спутником.
Цзян Цзи извечно был самым ослепительным человеком на подобных сборищах.
Темно-синий костюм еще сильнее подчеркивал стройность его фигуры, без труда привлекая к нему всеобщее внимание. Стоило кому-то посмотреть на него, как взгляды неотвратимо падали на это красивое лицо, в чертах которого проступал легкий налет демоничности.
При этом он прекрасно осознавал, что обладает безупречной внешностью, и повсюду источал свое очарование, являясь самой яркой звездой этого приема.
Полная противоположность Чэнь И, которого он забыл в каком-то темном углу.
Проигнорировав изучающие взгляды окружающих, Чэнь И вздохнул и только собрался повернуться, чтобы найти какое-нибудь безлюдное место и присесть там, пока Цзян Цзи наконец не вспомнит о его существовании...
В тот самый момент, когда он развернулся, раздался хруст разбитого стеклянного бокала на длинной ножке.
Чэнь И обернулся и увидел Цзян Цзи, с ног до головы залитого красным вином.
Его красивое лицо застыло, безупречная улыбка треснула, а дорогой костюм окрасился в цвет вина, будто наглядно показывая, что он вовсе не так безупречен, как пытается казаться.
Плохо дело, он разозлится.
Чэнь И торопливо повернулся обратно и сделал пару шагов в сторону Цзян Цзи — впрочем, на этом все и закончилось.
Он увидел, как Цзян Цзи схватил молодого парня, врезавшегося в него. Стоило ему взглянуть на изящное лицо юноши, как недовольство в его глазах мгновенно испарилось, и он тут же притянул того в свои объятия, успокаивая:
— Тебя не испугали?
— Н-нет... Спасибо, молодой господин Цзян.
Шаг, который Чэнь И только что сделал, так и замер на месте.
Кто-то заметил его, и в толпе пронесся тихий, сдавленный смешок, который достиг ушей Чэнь И. Разумеется, Цзян Цзи тоже мог расслышать, как над Чэнь И насмехаются.
Но с какой стати ему обращать на это внимание? У него сейчас есть дела поважнее.
— Ты испортил мою одежду, и как же ты собираешься мне возместить ущерб?
Парень жеманно прижался к нему:
— А как бы молодой господин Цзян хотел, чтобы я расплатился?
Заметив, что тот уловил намек, Цзян Цзи усмехнулся, наклонился к самому его уху и шепнул:
— Мне сейчас как раз нужен кавалер. Побудь со мной немного, и ничего возмещать не надо, м?
Низкий и приятный голос заставил уши парня мгновенно покраснеть.
Чэнь И смотрел, как они, сплетясь руками, продолжают путь в центр толпы.
Завтра ему снова придется разгребать завалы после Цзян Цзи. Какая хлопотная работа.
Цзян Цзи совершенно не волнует, будет ли кому-то больно.
— Мистер Чэнь, вы один?
Неизвестно, когда именно за ним увязался какой-то человек. Чэнь И скосил глаза: молодой мужчина в белом костюме лучезарно улыбался, протягивая ему бокал с шампанским:
— Выпьем вместе?
Чэнь И отказался:
— Простите, я пришел с парой.
Мужчина окинул его оценивающим взглядом, покосился на Цзян Цзи, который о чем-то болтал с пареньком посреди толпы, а затем вновь перевел взгляд на лицо Чэнь И:
— Вы имеете в виду... Второго молодого господина Цзяна? Но он, похоже, сменил спутника.
Его взгляд был каким-то липким и неприятным, отчего Чэнь И почувствовал себя неуютно.
— Чэнь И, будь со мной, — мужчина придвинулся к нему на полшага ближе и понизил голос: — Я буду относиться к тебе лучше, чем Цзян Цзи. Как тебе?
Это было уже откровенное унижение. Чэнь И отступил на два шага назад и холодно произнес:
— Пожалуйста, держите себя в руках.
— Держи себя в руках? — собеседник рассмеялся так, будто услышал что-то невероятно забавное, и настойчиво подался вперед. — Чэнь И, ты тоже знаешь слова о приличиях? Я-то думал, ты...
Дешевка, которая сама вешается на шею.
Чэнь И наконец понял, почему он сам — сплошная ходячая шутка.
— Чэнь И, да Цзян Цзи всем подряд рассказывает, что ты тайно в него влюблен! Влюблен уже целых шесть лет!
— И каково это? Он знает, что ты к нему неравнодушен, что ты его любишь, но что он тебе сказал?
— О! Оказывается, вы просто друзья!
— Чэнь И, а ты спал с ним? Разве с друзьями можно...
Его речь оборвалась на полуслове, потому что чей-то кулак врезался ему прямо в лицо.
На белоснежном костюме тут же расплылись кровавые пятна — такие же грязные, как и сам этот человек.
Цзян Цзи стряхнул руку. Чэнь И понятия не имел, когда тот успел подойти: на его красивом лице больше не было улыбки, оно было мрачным и леденящим. Следы вина, пролитого на него ранее, никто так и не смыл, и теперь это темно-красное пятно казалось расползающейся кровью.
Он вот так же согнулся в три погибели, вцепился в воротник белого костюма и рывком поднял мужчину с пола, произнесли невероятно мягким тоном:
— Ой, рука соскользнула. Ты в порядке?
Только Чэнь И видел, как Цзян Цзи наклонился к самому уху того человека и добавил:
— Смеешь зариться на моих людей.
— Жить надоело?
Следовал еще один удар, и на этот раз брызги крови попали Чэнь И на скулу.
Остальные гости с трепетом отступили в сторону, опасаясь навлечь на себя гнев, а тот паренек, что только что вешался ему на шею, уже испарился. Лишь Чэнь И продолжал стоять на прежнем месте за спиной Цзян Цзи; он протянул руку, ухватил Цзян Цзи за полу костюма и тихо произнес:
— Цзян Цзи, пошли отсюда.
Третий удар, уже занесенный для броска, так и замер в воздухе, после чего напряжение спало, и Цзян Цзи перехватил эту руку своей:
— ...Хорошо, я отвезу тебя домой.
Тяньфу №1.
Оставив Чэнь И дома после возвращения, Цзян Цзи изначально собирался остаться на ночь, но Чэнь И отказался.
— Сегодня ты натворил дел, Цзян Цзи, тебе придется какое-то время пожить в родительском доме.
Цзян Цзи нахмурился:
— Разве это проблемы? Я завтра же...
— Цзян Цзи, мне нужно разобраться с тем парнем, — перебил его Чэнь И. — У меня нет возможности составить тебе компанию.
Видя, что тот по-прежнему спокоен и мягок, Цзян Цзи мысленно с облегчением выдохнул:
— Ладно, я навещу тебя чуть позже.
Цзян Цзи ушел, оставив грязный костюм у Чэнь И.
А Чэнь И просто запихнул эту одежду в мусорное ведро.
Это фальшивая оболочка Цзян Цзи, она ему не нужна.
Всем известно, что Цзян Цзи и Чэнь И — просто друзья. Так сказал сам Цзян Цзи.
И это тоже слова Цзян Цзи: Чэнь И тайно в него влюблен и готов позволить делать с собой всё, что угодно.
Целых шесть лет... Чэнь И только сейчас узнал об этом от посторонних.
Оказывается, Цзян Цзи с самого начала знал о его чувствах. Оказывается, он знал всегда.
Как у этого человека может быть настолько жестокое сердце? Все эти шесть лет Чэнь И часто задавался этим вопросом. Ведь только он один знал истинное лицо Цзян Цзи, и только он любил именно такого Цзян Цзи.
Почему же его чувства так растоптали? Почему его предали?
Чэнь И никак не мог взять в толк. Он понимал, что, наверное, и сам хорош: прекрасно зная, что за идеальной оболочкой Цзян Цзи скрывается давно сгнившая душа, он просто не мог заставить себя отпустить его. Даже когда над ним смеялись, он не мог его бросить.
Он всё думал: пусть Цзян Цзи и мразь, но неужели у этой мрази... не найдется хотя бы капли искренности?
До сегодняшнего дня он верил, что найдется.
Чэнь И наивно полагал, что он станет тем самым исключением.
А в итоге всё оказалось ложью. Цзян Цзи — лжец, лгущий всем подряд. Он обвел вокруг пальца всех, кто его не знал, прикрываясь идеальной внешней оболочкой и фальшивыми масками, а доверие Чэнь И использовал, чтобы украсть его сердце — и разбить его вдребезги.
Шесть лет — это слишком долго, думал Чэнь И. Сколько вообще таких шестилеток отведено человеку за всю жизнь?
У него больше не осталось сил любить, он больше не вынесет этого истощения.
С этими так называемыми дружескими отношениями тоже пора покончить.
Высший свет Сици пестрит громкими именами, и Семья Цзян — одно из самых влиятельных среди них.
А Цзян Цзи, второй молодой господин семьи Цзян — личность, чье имя гремит на весь бомонд Сици. И вовсе не благодаря чему-то иному, а лишь из-за его поразительно красивого лица и крайне бурной и легендарной личной жизни.
Белая лунночка, заноза в сердце, прекрасные мужчины и женщины — у него было всё.
И при этом умудрялся сохранять неплохую репутацию: верный друг, добрый со всеми.
А каков он на самом деле, соответствует ли слухам? Никого не волновало.
Только Чэнь И знал, что это была его самая лживая личина.
С самого момента их знакомства этот человек прогнил насквозь. Он лгал всем подряд, порой сочиняя настолько правдоподобные небылицы, что сам переставал отличать вымысел от правды, и тем не менее окружающие неизменно верили ему.
У него был прекрасный нрав и смазливая мордашка, за какое бы дело он ни брался — с ним всегда было спокойно. При таком раскладе распущенность казалась уже не столь существенным недостатком.
http://bllate.org/book/33202/4076058
Готово:
