Вспоминая диагноз о трещине в грудине, поставленный в больнице, Тан Цюжун на мгновение почувствовал себя неловко.
Вэй Яньшо, который как раз пытался понять, почему маленький кот снова разозлился, в следующую секунду увидел, как зрачки кота метнулись в сторону, а сам он молча отвел взгляд.
Это что… он больше не злится? Неужели он злился только потому, что до этого не видел его? Неужели этот котик настолько привязчив?
Подумав о том, что кот умудрился проследовать за ним сюда, Вэй Яньшо внезапно ощутил укол жалости. Гора Цинлун находится совсем не близко к городскому центру — на машине ехать больше часа, и этот маленький кот, вероятно, потратил целый день, чтобы найти его. Впрочем, как именно он его выследил, Вэй Яньшо раздумывать не стал. Кот, которого он держал в те годы, вел себя точно так же: постоянно исчезал, не оставляя следов, но всегда появлялся рядом, стоило только захотеться его найти.
Вэй Яньшо поставил вымытую миску перед домиком, насыпал туда кошачьего корма, добавил лакомств из сублимированного мяса, налил чистой воды, а затем, погладив кота по пушистой голове, тихо сказал: Спи. Если проголодаешься ночью, приходи сюда подкрепиться.
Боясь, что котик будет стесняться есть, он высыпал в миску почти весь пакет корма и щедро добавил сублимированного лакомства. Он слышал, что уличные коты поначалу чувствуют себя неуверенно и стараются съесть как можно больше, если есть такая возможность; нужно дать им понять, что еды всегда в достатке, чтобы они могли расслабиться. Хотя он не заметил в этом котике ни тени осторожности или пугливости, свойственных уличным животным, кто знает?
Тан Цюжун, все еще чувствуя легкую вину, решил проявить редкую благосклонность: он поднял голову, посмотрел на Вэй Яньшо и послушно мяукнул.
Вэй Яньшо снова погладил его, проводя ладонью от округлой головки вдоль всей спины до самого кончика хвоста. Ощущение пушистой, шелковистой шерстки было настолько приятным, что рука невольно задержалась.
Однако уже лежа в кровати, Вэй Яньшо почувствовал, будто кто-то наблюдает за ним из темноты. Он не удержался, открыл глаза и повернул голову: прямо в воздухе зависли два светящихся огонька, пристально вглядывающиеся в него. Вэй Яньшо на мгновение замолчал и снова закрыл глаза. Теперь он мог лишь надеяться, что кот не устроит ночные тыгыдыки.
Тан Цюжун не собирался бегать. Он был высшим демоном-котом, свободным от низменных развлечений, и, хотя сейчас не мог принять человеческий облик, это было лишь вопросом времени!
Как только дыхание Вэй Яньшо стало глубоким и мерным, означая, что тот погрузился в сон, Тан Цюжун поднялся и отправился к миске, чтобы наесться от души. Надо признать, у людей настоящий талант к готовке: будь то человеческая еда или корм для питомцев, все было довольно недурно. По крайней мере, этот корм и сублимированное мясо оказались очень вкусными — судя по качеству, это явно не дешевка.
Тан Цюжун съел практически весь корм, оставив лишь одну гранулу, запил все это несколькими глотками воды и, тихонько икнув, остался доволен ночным перекусом. Затем он грациозно запрыгнул на кровать, прошелся по ногам Вэй Яньшо и уселся прямо у него на животе, прижав передние лапы к тому самому месту, куда он его когда-то ударил.
Хм? Грудные мышцы человека такие мягкие? Лапам очень приятно.
Тан Цюжун потоптался на груди Вэй Яньшо и, заметив, что дыхание человека изменилось, тут же замер. Дождавшись, пока тот снова уйдет в глубокий сон, он вспомнил о своей цели. Он должен исцелить Вэй Яньшо. В конце концов, сейчас глубокая ночь, Вэй Яньшо спит, а вокруг ни души — никто не увидит, как он использует силу демона, так что все в порядке!
Пушистая лапа Тан Цюжуна легла на грудь Вэй Яньшо, и невидимые человеческому глазу золотые искорки медленно просочились в тело мужчины. В темноте Тан Цюжун видел, как складка между бровей Вэй Яньшо постепенно разглаживается. Хотя трещина в грудине не была такой уж серьезной, любое неосторожное движение отдавалось болью, из-за чего во сне человек хмурился.
Спустя долгое время Тан Цюжун тяжело выдохнул и растянулся на Вэй Яньшо, чувствуя, что у него не осталось сил даже пошевелиться. Утомительно! Люди такие огромные, а Вэй Яньшо особенно, и даже если травма была не тяжелой, работа с костями отняла много силы демона.
Вэй Яньшо сквозь сон почувствовал странный зуд и, полусонный, потянулся рукой, нащупав мягкую гладкую шерстку. Не открывая глаз, он обнял кота, притянул теплый комочек к груди и продолжил спать.
Тан Цюжуну, оказавшемуся в теплых объятиях, стало клонить в сон. В далеком прошлом они с Вэй Яньшо точно так же грелись друг о друга глубокой осенью. Однако спать было нельзя. Бирюзовая серьга все еще лежала в мусорном ведре в ванной, и ему нужно было во всем разобраться, иначе он не мог успокоиться.
Собрав всю свою волю, Тан Цюжун выбрался из объятий Вэй Яньшо и бесшумно спрыгнул на пол. Добравшись до ванной, он выудил серьгу, поскреб её когтем, понюхал и невольно нахмурился. Эта вещь вовсе не была натуральным камнем — её сделали из праха.Тан Цюжун пошевелил ушами и, убедившись, что Вэй Яньшо по-прежнему крепко спит, применил силу демона, чтобы направить всё своё сознание внутрь бирюзовой серьги.
Как только сознание проникло в украшение, округлое тело Тан Цюжуна непроизвольно содрогнулось.
Все, что предстало его взору, было завалено всевозможными черепами и парящими в пустоте существами, в которых невозможно было распознать ни людей, ни призраков. Разумеется, если бы дело ограничивалось одними лишь скелетами, это вряд ли произвело бы на него столь сильное впечатление.
Проблема заключалась в том, что эти скелеты вместе с левитирующими тенями постоянно издавали низкий шепот и пронзительные крики, и этот хаотичный гул, смешиваясь, прямо-таки ввинчивался ему в мозг.
Тан Цюжун, превозмогая тошноту, прислушивался к этому полдня, но не разобрал ни единого слова, зато изрядно измучил себя.
Вспыхнув от гнева, он взмахнул лапой и разбил серьгу вдребезги.
Сделав это, он тут же пожалел о содеянном. Изначально он планировал избавить украшение от пагубного воздействия и вернуть его Вэй Яньшо.
А теперь что? Осталась лишь горстка пыли на полу.
Долг за спасение жизни еще не отдан, а тут добавился новый.
Тан Цюжун украдкой выглянул наружу и, обнаружив, что Вэй Яньшо все еще спит, принялся немедленно заметать следы. Он пустил в ход силу демона, начисто стирая остатки следов серьги, а затем развернулся, запрыгнул на кровать и повалился на нее.
Этот день вымотал кота до смерти. Обычно к ночи он становился только энергичнее, но сейчас, лежа на мягкой и уютной постели, он мог думать лишь об одном — о сне.
Что же касается бирюзовой серьги Вэй Яньшо… ладно, когда-нибудь потом он найдет время и компенсирует ему потерю.
У самого Тан Цюжуна не было никаких сбережений, но он знал, где можно раздобыть красивые камни. Вот только он не представлял, как изготовить из них серьгу и как правдоподобно преподнести ее Вэй Яньшо.
Размышляя об этом, Тан Цюжун сам не заметил, как провалился в сон.
***
Вэй Яньшо проспал до самого рассвета. Когда он сквозь дрему открыл глаза, то почувствовал легкий зуд на теле и машинально протянул руку, в итоге нащупав клок шерсти.
Вэй Яньшо мгновенно проснулся, сел и посмотрел вниз — рядом с ним, раскинувшись во весь рост, спал котенок.
Длинная золотистая шерсть касалась его кожи, и на ощупь она была мягкой и щекотной.
Он перевел взгляд с кота на пустую корзинку для питомца, стоявшую на полу.
Раньше он полагал, что этот котенок отличается от тех, кто на дух не переносит свои лежанки, но теперь казалось, что никакой разницы нет.
Хм? Постой-ка. Почему миска пуста?
Вэй Яньшо решил, что ему показалось, встал и подошел поближе, чтобы рассмотреть получше: керамическая миска была вылизана дочиста, в ней сиротливо лежала лишь одна-единственная гранула корма.
Он отчетливо помнил, что вчера вечером насыпал почти пятьсот граммов.А на упаковке черным по белому было написано: даже для крупных кошек вроде мейн-кунов рекомендуемая суточная норма составляет всего чуть больше двухсот граммов.
Вэй Яньшо повернулся, вернулся к постели и осторожно погладил котенка по животику, как вдруг тот в ту же секунду обхватил его запястье двумя передними лапками.
Он замер, испытывая сильнейшее внутреннее колебание: то, как котенок обнимал его, выглядело донельзя послушным и милым, но то, что эта кроха за один присест умяла целый фунт кошачьего корма, тоже заставляло его серьезно переживать.
В конце концов ему пришлось аккуратно высвободить руку, подняться, умыться и одеться, собираясь отвезти кота в ветеринарную клинику на осмотр.
Тан Цюжун на самом деле проснулся еще тогда, когда проснулся Вэй Яньшо, однако он ленился и совсем не хотел двигаться, а дождавшись, пока Вэй Яньшо уйдет умываться, лишь перевернулся, сел и облизал губы.
Проспав всю ночь, он немного проголодался.
Поэтому, когда Вэй Яньшо вышел из ванной, перед его взором предстала следующая картина: котенок уже чинно и благопристойно сидел перед пустой миской и, едва встретившись с ним взглядом, принялся скрести ее лапой.
Керамическая миска под его нажатием опускалась и пружинила обратно, звонко стуря о кафельный пол.
Сопровождая этот звонкий стук, Тан Цюжун выдал в адрес Вэй Яньшо четко и отчетливо прозвучавший слог: — Голоден.
Это ведь не должно считаться чем-то из ряда вон выходящим, верно? Хотя голосовой аппарат у кошек и людей устроен по-разному, порой они все же способны произносить кое-какие простые звуки.
Услышав это, Вэй Яньшо даже замедлил движения, застегивая пуговицы, и слегка усомнился в собственных ушах.
Неужели ему послышалось, как кот говорит, что он голоден?
Это произношение… точь-в-точь как у Танцю, которого он держал в прошлые годы.
Видя, что Вэй Яньшо молча смотрит на него, Тан Цюжун снова задрал голову и мяукнул: — Голоден.
Теперь можно было не сомневаться: на этот раз ему не послышалось.
Выражение лица Вэй Яньшо в одно мгновение стало крайне сложным: прошлой ночью этот кот умял целый фунт корма.
Хотя было неизвестно, в какой именно момент он всё это слопал, но даже если отсчитывать с того времени, как он погасил свет, прошло уже больше десяти часов.
И вот теперь кот снова заявляет ему, что хочет есть.
Вэй Яньшо быстро дооделся, наклонился и, подхватив на руки все еще безумно скребущую миску котенка, решил немедля везти его в ветклинику на обследование.
— М? — Тан Цюжун задрал голову, глядя на него, и издал полный недоумения носовой звук.
Вэй Яньшо опустил на него взгляд и, не в силах сдержаться, чмокнул котенка в макушку, после чего мягко произнес: — Ты съел слишком много, давай сначала съездим в больницу проверимся, а поешь уже тогда, когда всё будет в порядке.
http://bllate.org/book/33087/4059859
Готово:
