Сяо Хуа ушла, хоть и ворчала по пути, но сделала это весьма изящно. Она хлестнула коня и в мгновение ока растворилась в призрачных ночных сумерках.
Из-за того, что путь был долгим и утомительным, Хуа Лин довольно рано уснула, свернувшись калачиком в стоге сена. Бай Фангу снял свою верхнюю одежду и укрыл её, размышляя про себя: Хуа Лин уже тринадцать лет, юной девушке не пристало скитаться и ночевать под открытым небом вместе с ним. В Секте Кулака одни мужчины, так что это доставляет немало неудобств. В этот раз, вернувшись в Город Фэй, нужно будет оставить её на попечение Сестрицы Ин, чтобы та как следует позаботилась о ней.
Бай Фангу подоткнул края одежды, укрывая девочку, и уже собирался прилечь сам, как вдруг услышал холодный голос, раздавшийся прямо над ухом:
— Где мой меч?
Бай Фангу подпрыгнул от неожиданности и обернулся. Оказалось, что Молодой господин Пустыни очнулся — когда же он успел? Заметив, что Бай Фангу замер в изумлении, юноша попытался пошевелиться, но его тело лишь судорожно дернулось, а уголок рта дрогнул:
— Ты запечатал мои точки?
Бай Фангу кивнул и, пробормотав что-то невнятное, поспешно отступил на восемь чжанов прочь.
Молодой господин холодно усмехнулся:
— Наивно. Верни мне меч.
Бай Фангу развел руками, изобразив крайнюю степень беспомощности:
— Ты отравлен. Тяжело отравлен. Я спас тебе жизнь, так что тот меч пошел в счет оплаты, я его уже отдал.
Лицо Молодого господина Пустыни налилось кровью, а выражение стало крайне болезненным:
— Ты… ты посмел!
Бай Фангу развеселился. Видя, как яростно тот пытается извиваться, он подошел и присел рядом, тихо рассмеявшись:
— Молодой господин, не говоря уже о том, что вы отравлены, даже если бы ядов не было — в мастерстве Сяо Хуа запечатывать точки, если он назовет себя первым, во всем мире никто не посмеет оспаривать это звание!
Молодой господин холодно усмехнулся, и на его благородном лице проступил иней:
— Правда?
Бай Фангу сидел на корточках перед ним, довольный собой, как вдруг в следующую секунду небо над ним словно потемнело. Молодой господин Пустыни поднялся на ноги в полный рост. Бай Фангу открыл рот и уставился на него, как идиот. Первой мыслью было бежать, и он, метнувшись, в мгновение ока оказался за пределами хижины.
Скорость его была недосягаемой. Но в следующую секунду он вдруг застыл — ведь Хуа Лин всё еще спала внутри! Бай Фангу развернулся и бросился обратно.
Похоже, Молодой господин Пустыни тоже был озадачен. Кажется, он моргнул всего дважды, как Бай Фангу исчез, словно молния. А когда он моргнул в третий раз, Бай Фангу уже неловко стоял у входа, расплываясь в улыбке.
Тут до Бай Фангу внезапно дошло: тот отравлен Травой Хвоста Феникса, а этот яд схож с действием Цветка Девяти Фениксов. Даже если он встал, передвигаться свободно ему нельзя.
Бай Фангу хмыкнул, набрался смелости, скрестил руки на груди и сделал шаг вперед:
— Молодой господин, советую вам лучше лежать, иначе позже будете жалеть.
Молодой господин Пустыни с презрением фыркнул:
— Жалеть о том, что не убил тебя?
Бай Фангу усмехнулся и подошел еще ближе. Он поднял палец, намереваясь ткнуть им в юношу, чтобы тот снова рухнул, но, увидев ледяное выражение лица и проступившую на нём холодную ярость, проявил осторожность и, хмыкнув, опустил руку:
— В твоем нынешнем состоянии я мог бы свалить тебя одним пальцем, но мне лень даже поднимать руку.
Молодой господин Пустыни вскинулся:
— Ты ведь уже поднял! Попробуй, ткни.
С этими словами он сделал шаг, и Бай Фангу в ужасе воскликнул:
— Я же сказал, тебе нельзя ходить!
Раздался глухой удар, в воздух взметнулось облако пыли и мелких щепок. Бай Фангу не успел договорить, как Молодой господин Пустыни плашмя рухнул лицом вниз. Удар был тяжелым, Бай Фангу даже почувствовал, как задрожала земля под ногами. Постояв в ступоре, он наконец опомнился. Подумал лишь, что этот Молодой господин поистине крепок, но после такого падения лицо его, вероятно, превратилось в лепешку.
Так и вышло. Бай Фангу заглянул под ноги и увидел, что Молодой господин Пустыни лежит неподвижно, лишь судорожно подергиваясь. Он не мог издать ни звука, даже шея задеревенела так, что не повернуть. Так он и остался лежать, уткнувшись лицом в землю.
Бай Фангу пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы, тяжело дыша, перетащить его обратно в стог сена. Взглянув на лицо Молодого господина, он увидел, что оно перепачкано грязью и кровью. Глаза юноши яростно дрожали:
— Почему не сказал раньше?!
От ярости он говорил невнятно. Бай Фангу, глядя на этот жалкий вид, рассмеялся так, что у него перехватило дыхание:
— Я говорил, а ты не слушал! Ха-ха-ха…
Бай Фангу заливался безумным смехом, краем глаза заметив на земле, прямо под местом, где было лицо, пятно ярко-алой крови. В лужице блестели два белых зуба. Опешив, Бай Фангу поднял их:
— Передние зубы выбил?
Видя, как Молодой господин Пустыни кривится, словно кузнечные меха, Бай Фангу едва сдерживал смех:
— И надо же было твоему лицу найти такое удачное место. Прямо об камень.
Молодой господин Пустыни дрожал от ярости, но говорить больше не смел. Глядя на два зуба, покоящихся на ладони Бай Фангу, он наконец почувствовал острую боль и с присвистом втянул воздух.
Бай Фангу вытер его лицо от грязи и крови, но руки предательски дрожали. Молодой господин Пустыни холодно бросил:
— Хочешь смеяться — смейся, чего сдерживаться? Лопнешь еще!
Бай Фангу наконец снова расхохотался, да так, что не мог вдохнуть. Лишь спустя долгое время он перевел дыхание и, заметив, что лицо Молодого господина по-прежнему пугающе холодное, сквозь смех ответил:
— Ты сам разрешил — раз хочу, значит, смеюсь!
Молодой господин Пустыни промолчал, а спустя мгновение холодно спросил:
— Каким ядом я отравлен?
Бай Фангу опустил взгляд и тихо ответил:
— Яд Травы Хвоста Феникса. Эта трава, как и Цветок Девяти Фениксов — для одного она отрава, для другого — лекарство. Если не принять противоядие в течение трех часов, оно останется в организме навсегда, и придется постоянно подавлять его лекарствами. Это очень мучительно. Даже если успеть в эти три часа, всё равно три дня нельзя двигаться, иначе будешь как сейчас… — сказав это, Бай Фангу снова прыснул.
В этот раз Молодой господин Пустыни послушно лежал, косясь на него:
— Почему ты спас меня?
Бай Фангу сел, потянулся и лег рядом, неспешно ответив:
— Во-первых, ты пострадал из-за меня. Я спас тебя, потому что не хочу быть обязанным. Во-вторых, меч моего младшего брата сломался, и ему приглянулся твой еще не вкусивший крови клинок. В-третьих, жизнь бесценна.
Бай Фангу зевнул. Проведя несколько дней в пути, он наконец почувствовал, как его одолевает сон.
Увидев, что Молодой господин Пустыни молчит, Бай Фангу решил заговорить первым:
— Встреча — это судьба, а Молодой господин еще не назвал своего имени.
Молодой господин Пустыни холодно ответил, картавя из-за отсутствия зубов:
— Оуян Лоу!
Бай Фангу зевнул:
— Хорошее имя.
Он больше не произнес ни слова, но когда Бай Фангу уже начал проваливаться в сон, вдруг пробормотал:
— У тебя фамилия Бай?
Бай Фангу кивнул, почти засыпая:
— Фамилия Бай… Бай Фангу.
http://bllate.org/book/32991/4042994
Готово:
